Пауки засеменили за ней. Митя выглядел брутальней и серьезней, Мотя смотрелась рядом с ним как игрушка. Но игрушка непростая, с голосовым модулем, который она вовсю использовала, сразу выясняя все, что ей было непонятно.

— Чет мне эта Мотя уже сейчас не нравится, — проворчал Валерон.

— Признаю, что розовая паучиха Ниночке больше подходит, — сказал отчим, — но не кажется ли тебе, Петя, что она немного туповата?

— Не немного, а очень даже много, — отметил Валерон.

— Она еще ничему не училась, — напомнил я. — Митя тоже поначалу ничего не знал. Как только все нужное запомнит, вы ее не узнаете.

— Главное — нам до этого отсюда удрать, а то всучат нам эту Мотю с собой, как пить дать, — пессимистично заметил Валерон.

— Она не опасна? — спросила маменька. — У нее такие жуткие ножики. Еще порежет кого-нибудь.

— Они убираются, случайно никого не порежет, — уверил я.

— Но она мне угрожала! — возмутилась маменька.

— Она тогда еще не понимала, кого должна слушаться и охранять, теперь угрожать не будет.

— Я схожу проверю, но если это не так, то… — она задумалась.

— То я все исправлю. Но ничего править не придется, уверяю тебя. Митя ей все объяснит.

Маменька не поверила и пошла убеждаться самостоятельно. И я ее понимал. Болтливость при переделке уменьшилась, но, кажется, это негативно отразилось на контурах управления. Как мне показалось, по сравнению с Митей Мотя немного подтормаживала, то есть и развитие у нее будет замедленным. Сравнивать с вариантом Марии Васильевны было пустым занятием — от старой паучишки здесь только корпус и покраска, внутренности я поменял.

— Машкина тоже поначалу тормозила, — сказала Наташа, явно желая меня подбодрить. — Она больше говорила, чем думала, поэтому кое-что ей приходилось повторять на несколько раз.

— Митя мне нравится больше, — резюмировал отчим.

— Митя нам самим нравится больше, — огрызнулся Валерон, которого отчим, разумеется, не понял, но посмотрел на него очень недовольно.

— Когда экзамены назначены? — попытался сменить я тему.

— На третье января*. До этого времени вы приглашены с нами на несколько приемов. Ты вправе отказаться, потому что приемы не дворянские, но я был бы тебе признателен, если вы составите нам компанию.

Отказываться я и не подумал, потому что оскорблять людей, от которых будет зависеть скорость восстановления моего княжества, — последнее дело.

— Что за приемы, Юрий Владимирович? Ваш входит в общий список? — поинтересовался я.

— У нас бал уже был. Теперь нужны ответные визиты, — пояснил отчим. — Мы с тобой потом обсудим, к кому тебе точно стоит сходить, а кого можно пропустить. Приглашений слишком много. Пока вам все же нужно отдохнуть с дороги. Вам приготовили спальню. Не твою старую комнату, а побольше.

К нам выскочил Митя. Насколько я мог считывать его эмоции, паук был в панике.

— Что-то случилось? — забеспокоился я.

— Моте выдали зеркало, — сообщил он. — Теперь его не могут отобрать, а она хочет, чтобы ей один ножик заменили зеркалом.

— Похоже, общий язык девочки уже нашли, — хмыкнул отчим. — Следующей просьбой будет установка расчески. Или щипцов для завивки.

На этом месте я даже задумался, потому что реализовать вариант щипцов мне было по силам. Сам предлагать не буду, но если попросят — не откажу, потому что боевое использование щипцов возможно, пусть похуже, чем ножиков, но зато с ожогами.

— Петя, ты мне обещал новый модуль, — напомнил Митя. — Можно его сейчас поставить? Я готов к изменениям. И мне кажется, что на адаптацию нужно будет время.

— Чувствую, его там заболтали, — насмешливо тявкнул Валерон. — Настолько заболтали, что ему хочется остудить мозги. Схожу-ка я, проверю, что они там делают.

Он шмыгнул в дверь, как настоящая собака, и исчез в недрах беляевского особняка — а вот дальше, возможно, без бесплотного состояния не обошлось. А отчим позвал Глашу и попросил показать нам приготовленную комнату. Наташа с ней пошла, а я задержался, поскольку знал, о какой комнате идет речь, и спросил у отчима:

— Вы в курсе, что Глаша торгует информацией о семье?

— Я-то в курсе, — удивился он. — А вот ты откуда узнал?

— Случайно. Значит, у вас контролируемый слив?

— Надеюсь, что да. А если что-то уходит неконтролируемого, то несерьезное и придает достоверности, — усмехнулся он. — Не перестаю удивляться случившимся с тобой изменениям, Петя. Ты словно другой человек.

— Вы же знаете мою проблему. Мне, только чтобы не умереть, приходится вертеться, — вздохнул я.

— А в том месте, где ты узнал про Глашу, что-то есть на остальную прислугу?

— Остальные информацией торговать отказались. Во всяком случае, с этим источником.

Митя нетерпеливо переминался с лапы на лапу (а их было куда больше, чем у Валерона), показывая желание убраться отсюда подальше. Он точно чувствовал себя лишним на том празднике жизни, что происходил сейчас в комнате Ниночки.

Разочаровывать Митю я не стал, и мы с ним пошли… Нет, не ставить ему новый модуль — тот все равно был в Валероне, а в кабинет отчима смотреть проект договора на совместное предприятие.

— Юрий Владимирович, вопрос с мотором. Если мы ставим тот, что у меня сейчас на автомобиле, то там требуются ингредиенты из зоны. Будет справедливо считать их стоимость по рыночной цене, даже если я сам добываю, а то у вас здесь написано: фактические затраты. Опять же, изготовление для меня бесплатно, хотя, по идее, мотор — довольно дорогое изделие.

— И что ты предлагаешь?

— Оформление отдельного предприятия уже на меня? Тогда я продавал бы нашему совместному моторы, и эта проблема снялась бы автоматически.

Он задумчиво поскреб подбородок и сказал:

— В идеале бы обойтись вообще без артефактных деталей, а то автомобиль обойдется покупателю в копеечку.

— Пока речь идет о люксовых вариантах, можно об этом не переживать. А так да, нужно думать о двигателе внутреннего сгорания. Кстати, двигатели тоже можно вынести в отдельное производство, поскольку делать их можно не только под автомобили. А еще нужны нормальные шины. Последнее может стать проблемой.

— Почему?

— Потому что из зоны колес не натаскаешься. Нужно создавать свои. Это отдельное производство. И на пустом месте его не создашь. Нужно будет сначала разработать сам процесс. Опять же, резиновые прокладки понадобятся и при сборке автомобиля, если обходиться без артефактных и алхимических дополнений.

Я сообразил, что если двигатель внутреннего сгорания я соберу, то об изготовлении шин имею только общее представление, которое придется переносить в жизнь методом проб и ошибок. Нужен толковый химик. Или алхимик, если будут использоваться специфические рецепты. Последнее конечный результат удорожит.

— То есть нужно три отдельных производства?

— По факту да. Но то, что с резиной, не обязательно жестко завязывать на шины. Можно делать всякие бытовые мелочи. Шланги, водонепроницаемые сапоги, да даже те же ластики.

— Все это требует обдумывания, — заметил отчим.

— Ну так сложное производство, Юрий Владимирович. Много мелких деталей, которые можно отливать на ваших заводах, а доводить уже на месте. Нам нужен технический специалист, который все это возглавит. Главный инженер производства. Мне это не по статусу.

Он опять поскреб подбородок.

— Тогда нужно в отдельное производство выводить еще красители. Там тоже возможно использование продукции для других целей. Честно говоря, я был уверен, что мы сможем производить все в одном месте, но ты, Петя, неожиданно заставил меня посмотреть на дело под другим углом. Спасибо.

Подписание договора мы отложили — нынешний вариант придется переписывать, да и не уверен я, что подпишу и следующий, там дорабатывать и дорабатывать еще, пока результат удовлетворит нас обоих. Но на сегодня разговор был закончен, мы с Митей покинули кабинет, а в коридоре почти сразу к нам присоединился Валерон, который с немалой долей ехидства принялся рассказывать, как из боевого паука делают салонную штучку, а маменька уже прикидывает, куда она будет брать с собой Мотю. Для охраны, разумеется.