One Last Breath – Tommee Profitt, Nicole Serrano

The Sound Of Silence – Lexxi Saal, NOCTURN

Masquerade – Euphoria, Bolshiee

Just A Girl – Astyria

Born To Die – Euphoria, Bolshiee

Hero – Alan Walker, Sasha Alex Sloan

With You Til The End – Tommee Profitt, Sam Tinnesz

Take On Me – Wendy Wang, Inga Roberts

Until The Hurting Is Gone – Billy Raffoul

I Won’t Let You Down – Erin McCarley

Iris – Valerie Broussard

Эта книга содержит темы, которые могут быть щекотливыми для некоторых читателей.

Триггеры:

Сцены жестокого насилия

Физическое насилие

Психическое насилие (не со стороны главного героя)

Деградация личности (не со стороны главного героя)

Похищение

Травмы и ПТСР

Главный герой пытает героиню, думая, что она мужчина.

В книге присутствуют сцены унижения, но обратите внимание, он не знает, что она женщина, поскольку она скрывает свою истинную личность.

Только 18+

Пожалуйста, читайте с осторожностью.

Аугусто Витале

↓

Семейный бизнес: Коза Ностра

Отец: Франко Витале (Жаждущая опасности)

Мать: Саманта Витале (Жаждущая опасности)

Лучшие друзья: Джорджи Торризи и Адриано Риццо

Крестный отец: Ренцо Торризи (Преследуемая тенью)

Юки Танака

↓

Семейный бизнес: Якудза

Отец: Масато Танака

Старший брат: Рё Танака

Мать: скончалась

Переводы

Японский:

Yaro – Ублюдок

Kuso – Блять

Kumichō – Глава семьи

Baka – Идиот/дурак

Kuso – Дерьмо

Юки

Аугусто Витале – 32. Юки Танака – 22.

Я лежу на медицинском столе с бесстрастным выражением лица.

Как всегда, доктор и Масаки обмениваются парой слов, прежде чем он подходит и встает рядом со мной.

Масаки отвечает за меня, следит, чтобы я не создавала проблем и делала все, что мне говорят. Поначалу, когда я пыталась сопротивляться, он жестоко избивал меня. Но в конце концов наказания стали просто невыносимыми, поэтому теперь я делаю то, что мне говорят.

Доктор Хагита работает на якудза столько, сколько я себя помню. Именно он позаботился о том, чтобы с одиннадцати лет я выглядела как мальчик. С помощью дермальных филлеров и ботокса он корректирует линию подбородка, увеличивает его, придает щекам, носу и бровям более мужественные очертания.

Я не видела Рё одиннадцать лет. В детстве я была очень близка со своим старшим братом, пока отец насильно не разлучил нас. Пока я занимаю место Рё на публике, он усердно тренируется, стремясь занять место Кумитё¹ якудза и дать отцу возможность уйти на пенсию.

На пенсию, как же.

Отец жаждет власти и не готов уступить свое место. Вот почему он планирует посадить моего брата на трон. Тогда отец сможет продолжить править, заставляя Рё выполнять его приказы.

Пока доктор Хагита начинает делать инъекции, я закрываю глаза, и мои мысли возвращаются Рё. Интересно, все ли у него хорошо? Думает ли он обо мне? Отец никогда не отвечает на мои вопросы о нем.

Мое сердце сжимается, потому что, несмотря на то, что прошло столько времени, я скучаю по своему старшему брату. Он был единственным человеком, который проявлял ко мне хоть какую-то любовь, прежде чем его у меня отняли.

(Одиннадцать лет назад...)

— Юки! Сюда.

Я осторожно перепрыгиваю с одного камня на другой, пересекая ручей, чтобы добраться до места, где притаился Рё. Положив руку ему на плечо, я наклоняюсь и заглядываю в лужу. При виде маленькой рыбки мое лицо расплывается в улыбке.

Рё медленно опускает палец в воду, и рыбки уплывают, ища укрытие между камнями.

Я смеюсь, затем встаю и прыгаю на травянистую насыпь.

— Оставь рыбок, Рё.

Он тоже встает и идет за мной. Проходя через бамбуковые заросли, мы находим палки, которые можно использовать в качестве мечей, и притворяемся самураями.

— Ты слишком красивая, чтобы быть самураем, — говорит Рё, тыча в меня палкой.

Улыбка сходит с моего лица, когда я смотрю на самого дорогого мне человека, а в следующую секунду слезы начинают течь по моим щекам.

Вчера отец сказал нам, что Рё уезжает тренироваться, а я останусь дома.

Рё быстро подбегает и обнимает меня.

— Я не хочу уезжать.

Прижавшись к брату, я рыдаю навзрыд.

— Если ты уедешь, я останусь совсем одна.

— Рё! Юки! — слышим мы голос Масаки со стороны ручья.

Пока я хватаю ртом воздух, Рё берет меня за руку и начинает бежать между деревьями.

— Рё! — кричит Масаки. — У нас нет на это времени.

Я оглядываюсь через плечо и вижу, как Масаки подает знак солдатам идти за нами.

С моих губ срывается крик, а слезы снова наворачиваются на глаза.

— Рё, они приближаются.

Он сильнее тянет меня за руку, наши ладони уже вспотели. Я почти спотыкаюсь, изо всех сил стараясь не отстать от него. В следующую секунду кто-то хватает меня за другую руку, и я испуганно вскрикиваю, когда мою ладонь с легкостью вырывают из руки Рё.

Рё разворачивается и, издав воинский клич, бросается на солдата, который тянет меня назад. Когда я теряю равновесие и падаю, другие солдаты хватают Рё, и он роняет свою палку на землю.

— Хватит! — сердито рявкает Масаки, а затем приказывает: — Уведите Рё.

— Неееет! — кричу я, вскакивая на ноги, когда солдаты начинают тащить Рё обратно к ручью. Тот парень, что схватил меня, крепче сжимает мою руку, и мне не удается освободиться.

— Юки! — кричит Рё. — Нет. Отпустите меня. Юки! — Его голос становится резким от гнева, когда он борется с ними.

Я плачу так сильно, что не могу вымолвить ни слова, и когда мужчины продолжают идти, а расстояние между нами увеличивается, чувствую себя опустошенной.

— Я найду тебя! — кричит Рё, исчезая из моего поля зрения. — Юки! Я обязательно найду тебя.

Я опускаюсь на колени, моя рука замирает в воздухе, так как солдат по-прежнему крепко держит ее. Заметив палку, которую Рё использовал в качестве меча, я быстро хватаю ее и прижимаю к груди.

(Настоящее время...)

Доктор Хагита заканчивает делать последнюю инъекцию возле моего уха, затем его пальцы ощупывают все мое лицо.

Всю следующую неделю я буду отдыхать, пока не спадет отек, прежде чем меня снова заставят выйти в свет. Только на этой неделе мне удастся побыть одной.

Раньше я посвящала все время учебе и вокалу, но с восемнадцати лет могу заниматься только гончарным делом или смотреть телевизор, поглощая закуски. По крайней мере, мне не нужно следить за своим весом, потому что некоторые лишние килограммы помогают мне выглядеть более мужественной.

Мне приходится проходить процедуры каждые три месяца, и уколы уже не доставляют дискомфорта. Честно говоря, я настолько привыкла к ним, что даже радуюсь, зная, что у меня будет семь дней тишины и покоя, прежде чем мне придется вернуться к роли мужчины, который проводит большую часть времени в ресторанах и клубах.

Помимо этого мне приходится примерять костюмы, тестировать новейшие спортивные автомобили и время от времени посещать дни рождения или мероприятия, которые устраивают другие богатые наследники в Токио.

Ненавижу, что мне приходится изображать Рё как человека, который легкомысленно тратит деньги и ни о чем не заботится. Мне кажется, что я порочу его имидж, и, боюсь, он не простит меня, когда обо всем узнает.