Почему именно здесь? Почему сегодня, так рано, в первый же день сражения, которое по самым скромным подсчётам должно было затянуться на недели непрекращающегося ада, исход которого решило бы в первую очередь количество доступных обеим сторонам конфликта ресурсов? В которых у британцев с их союзниками имелось неоспоримое, многократное превосходство?

В том, что русские пошли на откровенное безумие, вызванное, как посчитал Генрих Йоркский, отчаянием. Император Николай вместе со своими лучшими силами, лейб-гвардией и так называемой Железной Армией, являющейся самой мощной частью русской армии, пошли во внезапную атаку. Не просто вышли на передовую, самолично удерживая оборонительные рубежи, что хоть и тоже было бы крайне неразумно, но более того — они покинули укреплённые рубежи, где стояли их войска, и пошли вперёд.

Естественно, Железная Армия, состоящая из одних лишь одарённых второго ранга и выше, насыщенная до предела лучшей военной техникой, вооружением и вообще всем, чем можно и нельзя, насчитывающая более ста тысяч солдат, смела со своего пути, почти не заметив, низших демонов вместе с их командирами. Поначалу, получив доклад о происходящем, Генрих и его командиры даже не поверили в происходящее, но прибыв лично убедились в правдивости донесения на все сто процентов.

И к их изумлению, император со своими лучшими силами, включающими, разумеется, не только пехоту, но и элитную русскую кавалерию — богатырей, один из полноценных воздушных флотов Империи и разнообразных приручённых воздушных духов, ведомых сибирскими шаманами (наличие которых в подобных количествах оказалось для британцев большим сюрпризом), не остановился на том, что очистил поле между позициями Империи и европейцев — он повёл свои силы в наступление на их позиции!

Это оказалось полнейшей неожиданностью. Русские играючи смели первые линии обороны, даже не доводя дело до прямого столкновения — тяжёлая артиллерия, техномагические комплексы на парящих платформах, атакующие площадными чарами шестого, седьмого и даже восьмого ранга — около тысячи с чарами шестого, почти двести — седьмого и, по разным оценкам, от тридцати пяти до сорока восьмого. Защищённые сферическими барьерами соответствующих рангов, парящие на высоте от трёхсот до семисот метров, прикрытые сверху духами и воздушным флотом, на глубине более двух километров от передней линии наземных войск, они не то чтобы были прямо чем-то новым для британцев и демонов, нет — эти устройства неоднократно попадались им и прежде, но весьма нечасто и были явлением штучным. Считалось, что эта новинка русской техномагии не успела получить широкого распространения. Да и платформ мощнее шестого ранга им прежде не попадалось… А тут — такое количество, причём разом!

Всё это стало неприятным сюрпризом. Не критичным — изменить кардинально расстановку сил подобное не могло, но всё же показало, что русские ещё могут неприятно удивить. Эти платформы, способные на весьма мощные площадные атаки, были весьма хороши лишь против обычных войск — низших демонов, пехоты, слабейших из чародеев… Но вот против элиты годились мало.

И тем не менее русские сейчас глубоко вклинились в позиции врага, уверенно проламывая оборону и двигаясь вперёд. Вот только это было глупо… Сначала Генрих и его генералы осторожничали, не решаясь ответить как должно лучшими силами, опасаясь ловушки, но в какой-то момент, когда русские окончательно оторвались от своих основных сил, им удалось замкнуть края окружения — и лишь когда враг начал разворачиваться, явно стремясь вырваться из окружения, Генрих решился. Это был шанс закончить всё быстро, с минимальными потерями и, самое главное, самолично поставив точку в противостоянии с Николаем.

Надо сказать, за последнее время, благодаря чудовищной поддержке своих союзников и старших партнёров из-за грани Бытия, он рос в силе, как на дрожжах. Уже сейчас он достиг уровня восьми Сверхчар — сила, которой он обладал на пике в прежней жизни. Если так пойдёт дальше, он, сделав всё как надо, возможно, даже сумеет перейти на считавшийся полумифическим десятый ранг — ранг Абсолюта!

Самоуверенный же Николай был лишь на уровне четырёх Сверхчар — а ведь в отличие от гостей в этом мире, что даже будучи на уровне Великих были ограничены в возможностях, Генрих обладал всей полнотой мощи своего уровня магического развития.

У него было больше высших чародеев, больше войск, в том числе элитных, и сам он был сильнее врага — и Генрих решился.

— А ведь ты казался мне куда разумнее, русский царь! — не сдерживая ликования, бросил он телепатически своему визави. — Нет, я в целом понимал, что ты не самый умный парень, учитывая, как ты продул ситуацию с войной, но чтобы настолько… Или ты рассчитываешь, что второй ваш реинкарнатор, этот Аристарх, придёт тебе на помощь? Тогда у меня для тебя плохие новости — прежде чем вступить в бой лично, я убедился, что его сковали боем!

— Какой предусмотрительный пёсик у инфернальных владык, — пришёл насмешливый ответ. — Всё рассчитал, всё выверил, всё предусмотрел, проверил и лишь тогда начал действовать, решив, что ухватил победу за хвост?

— Явление Меча Лорда-Якшасы!

Сверхчары под номером шесть — удар магическим оружием целого Лорда Инферно, его личным клинком, стал одним из главных козырей Великого Мага демонологии. Один-единственный удар магическим оружием в полную силу целого сверхсущества, что был сопоставим со Старшими Богами, считался для любого Великого Мага Сверхчарами огромной мощи.

Огромный, сотни полторы длиной, клинок, объятый языками чёрного пламени, возникший над Николаем, рухнул вниз с чудовищной скоростью. На пути острия клинка, летящего вниз, один за другим лопнули четыре звуковых барьера, распространяя содрогания воздуха во все стороны, прямо на зависшего в воздухе Великого Мага в лице императора России.

Оказавшийся между клинком и его целью линкор лезвие, объятое Пламенем Неуничтожимым, рассекло надвое, словно тот был обычной рыбацкой лодкой, попавшейся на пути удара злой чародейской мощи.

Ни мощный, восьмого ранга сферический барьер, ни прочнейшие, покрытые магическими рунами плиты брони из магических сплавов не послужили преградой на пути удара могучего оружия — судно, что в бою было сопоставимо с не самым слабым Магом Заклятий и по некоторым показателям могло такового даже превосходить, просто разрезало напополам, заставив две неравные половинки разом вспыхнуть чёрным, негасимым пламенем, стремительно уничтожая всякую жизнь на бортах. Не выжил никто — от рядовых матросов до Архимага-капитана, все погибли… А в следующий миг клинок угодил в защиту русского императора.

— Инверсия Магии!

Вскинутый к небесам собственный клинок императора был Регалией Рода Романовых. В этом могущественном оружии, которое более тысячи лет укреплялось и усиливалось чарами и средствами целой династии богатейшего на магические ресурсы государства, заключалась огромная сила… Но могущества заключённых в неё сил было бы абсолютно недостаточно, чтобы противостоять тому, что опускалось на её хозяина.

Однако Николай Третий и не использовал это оружие в качестве Регалии. Ему не было необходимости активировать его собственные чары, не было нужды полагаться на нечто, созданное кем-то иным, полагаться на заёмную силу — Сверхчары, что ударили навстречу Мечу Лорда-Якшасы, облеклись в толстое, напоминающее огромный неровный столп сияния, из которого во все стороны били тонкие, на фоне основной мощи, зигзаги молний.

Фиолетовых Молний. И Сама Инверсия Магии была именно могущественнейшей Фиолетовой Молнией — Сверхчарами, которые основывались на том же принципе, что и у Пепла. Вот только в отличие от того же проявления Фиолетовых у Аристарха, эта сила у Николая Третьего была несколько иной. Более глубокой, более фундаментальной, более искусной и тонкой…

Меч Лорда-Якшасы, столкнувшись с Инверсией Магией, повёл себя совершенно не так, как ожидал его творец. Шестые Сверхчары, столкнувшиеся со всего лишь вторыми Сверхчарами императора, к удивлению Генриха оказались не просто ударом единого заклятия — терпящие сокрушительное поражение ближники русского царя внезапно получили неоценимую, невероятную помощь от одних Сверхчар.