— А я не имею права ее одну с тобой оставлять, — тут же задрала нос Аня. Еще и руки под грудью сложила. — Или вы хотите опорочить свою невесту?

Тут мне крыть было нечем. Поэтому я просто спросил, куда можно присесть. Анна махнула в сторону стула, а сама уселась на кровать. Анастасия примостилась на противоположную кровать, посмотрев в мою сторону. Вообще комната у девушек была небольшая. Метров двенадцать квадратных. Две кровати, один туалетный столик и пара комодов под вещи. Еще два стула, один из которых я и занял.

Поудобнее пристроив гитару на коленях, я прошелся по струнам, оценивая их звучание. Вот только я их успел сегодня уже настроить, так что это было не необходимостью, а желанием оттянуть момент. Все-таки я волновался. Поняв это, тут же мысленно дал себе пинка и решительно отбросил все негативные мысли в сторону. Будь как будет!

У ночного огня

Под огромной луной

Зазвучал мой голос под аккомпанемент гитары.

Темный лес укрывал

Нас зеленой листвой

Я тебя целовал у ночного огня

Я тебе подарил

Половинку себя.

В этот момент я смотрел на Настю. Когда только начал петь, ее лицо слегка нахмурилось — девушка пыталась узнать мелодию и слова. Но потом, поняв, что композиция ей незнакома, просто стала вслушиваться в смысл. И вот сейчас ее губки приоткрылись от удивления, а руки сами прижались к груди. Как реагирует на песню Анна, я не видел, сосредоточив все свое внимание на моей невесте.

Свет далекой звезды

Песни птиц до утра

Ты смотрела в глаза мои, шептала слова

Ты не верила мне, но любила меня

Я оставил с тобой

Половинку себя.

Настя замерла и не шевелилась. Только по легкому подрагиванию ресничек было понятно, что она буквально впитывает смысл песни. Скажу честно, «10 капель» тут подошли бы больше, но и «Половинка» от той же группы неплохо подошла. Хотя эта песня больше про расставание, но не будем заострять на этом внимание.

То, что было, забыто

То, что было, прошло

Ты махала мне вслед бирюзовым платком

Я тебя целовал у ночного огня

Ты оставила мне

Половинку меня*.

* — Танцы Минус — Половинка

Песня завершилась, а я еле сдержал облегченный выдох. Все-таки играть, не смотря при этом на струны, и одновременно петь — крайне тяжело. Без предварительной подготовки точно бы не справился. Хорошо еще, что здесь аккордов — «кот наплакал», да и сама песня короткая.

Настя все еще сидела неподвижно, переживая только что услышанное. А я впервые за исполнение песни перевел взгляд на ее сестру. Девушка с грустью смотрела в окно, словно вспомнив что-то из прошлого. Она не пыталась ни съязвить, ни развеять сгустившуюся тишину. Вообще не пыталась нарушить этот трогательный момент, за что я ей был благодарен. И первой, как ни странно, пришла в себя Настя.

— Какие слова грустные, — вздохнула она. — Будто ты прощаешься со мной.

— Ничего подобного, — тут же замотал я головой.

— А это ты написал? — спросила Анна. — Никогда ничего подобного не слышала.

— Не я, — не стал я приписывать себе чужой труд и отложил гитару.

После чего не удержался, подошел и присел рядом с Настей, приобняв ее. При этом я был готов, если она отстранится, тут же отпустить девушку. Но та наоборот — лишь крепче прижалась ко мне в ответ. Я невольно вдохнул запах ее духов. Что-то цветочное. Под тонкой тканью моя рука чувствовала нежную кожу девушки. Если бы не присутствие Анны, я бы точно попытался поцеловать Настю. И что-то мне подсказывает, что это чувство было взаимным. Да уж, не зря молодых девиц не оставляют без присмотра рядом с парнем. Аня видела мой маневр, но препятствовать не стала. Однако по ее глазам я видел — этот тот «максимум», который она мне позволит в отношении своей сестры.

— Роман, а можешь исполнить еще что-нибудь? — спросила Аня.

— Я пока только осваиваю игру на гитаре. Даже эту короткую песню полдня учил.

— Так это же очень быстро! — воскликнула девушка. — Уверена, у тебя и другие получится сыграть. Ну пожалуйста! — протянула она, сложив ладошки молитвенно перед собой и состроив умильное выражение лица.

Настя молчала. Ей не хотелось, чтобы я ее выпускал из объятий. Пусть я и не видел сейчас ее лица, но ощущение у меня сложилось такое. Однако вскоре я понял, что Аня просто старается, чтобы мы не перешли черту, и при этом ей не пришлось жестко вмешиваться — иначе поссорится с сестрой. А когда до меня это дошло, я с сожалением выпустил Настю из объятий и снова взял гитару. Пожалуй, сейчас можно и «10 капель» сыграть.

Тут бой по струнам был побыстрее, что позволило близняшкам встряхнуться. Но вот сейчас я уже глаз от инструмента не поднимал, чтобы не сбиться с ритма. Поэтому сумел оценить их реакцию лишь когда закончил.

Настя тут же прижалась ко мне, как только я отложил гитару. Моя рука машинально легла ей на талию, и так получилось, что ее накидка чуть задралась, и моя ладонь легла на голую кожу девушки. У той тут же побежали мурашки по телу. Анна в первое мгновение лишь мечтательно прикрывала глаза и не заметила передвижения сестры. А когда их открыла, то было уже поздно. Девушка тут же нахмурила бровки и не поленилась вслух озвучить свое недовольство:

— Я все понимаю, но и наглеть не стоит. Анастасия, держи себя в руках!

Видимо из-за того, что я ей чужой человек, призвать к приличиям она решила сестру. И увидев, что та не спешит отстраняться, добавила:

— Иначе больше в моем присутствии вы не встретитесь — только при папе.

А вот эта угроза уже подействовала. Оно и понятно, Петру Егоровичу скоро убыть на службу придется, и тогда наша новая встреча с Настей состоится лишь через несколько месяцев.

— Может, прогуляемся? — предложил я сестрам.

— Только я переоденусь, — смущенно сказала Настя.

Возражать я не стал. Пришлось конечно покинуть спальню девушек. Но как же хочется в этот момент хоть одним глазком взглянуть на невольный стриптиз! Не зря говорят, что запретный плод сладок. Ну ничего, я подожду. Лучше пока подумаю, куда сестер сводить, да сколько времени я собираюсь провести в Царицыне. Сегодня уезжать, или до завтра подождать? Вот в чем вопрос.

— Дарья Дмитриевна, — сухо кивнул женщине граф, присаживаясь в кресло. — Вы просили меня приехать. Еще раз соболезную вам. Григорий Александрович был моим хорошим партнером и уверен, надежным мужем.

— Спасибо за теплые слова, Константин Васильевич, — с каменным лицом ответила Белова. — И я рада, что вы вспомнили о вашем партнерстве с моим покойным супругом. Думаю, того же самого о вас он сказать бы не смог.

Свечин тут же напрягся. Он с самого начала не ждал ничего хорошего от просьбы княгини навестить ее с визитом. Хоть та и сослалась на просьбу поддержать ее в трудную минуту морально, как старому приятелю ее мужа, но мужчина не обманывался. Григорий Александрович перед смертью обвинял его в собственных проблемах. Граф догадывался, что тот собирался каким-то образом привлечь его к их решению. Или стребовать что-то для себя. Единственное, чего не понимал Свечин — на что рассчитывал Белов? У него есть какие-то улики об их сговоре, которые могли бы повредить репутации графа? Или князь хотел взять его «нахрапом»? Вот чтобы выяснить это, Константин Васильевич и решил отозваться на просьбу Беловой.

— Что вы имеете в виду? — после некоторой паузы, все же спросил Свечин.

— Вы втравили моего мужа в некрасивую историю. Уговорили преступить закон. Поссорили его с нашими соседями. Думаете, после всего этого я могу называть вас «хорошим партнером» Григория Александровича? — язвительно сказала Дарья Дмитриевна.

— Не понимаю, о чем вы, — попытался уйти в не сознанку граф.