Тут я вспомнил, что в конверте про Михайлова не было ни слова. Или было? Я тут же достал документ и уже гораздо внимательнее его прочитал. Ничего подобного в нем не было.

— Постойте, но тут про господина Михайлова не сказано ни слова, — показал я документ девушкам.

Те лишь грустно улыбнулись.

— Это так, но когда суд начнет заседание, то адвокат Виталия Мстиславовича тут же укажет на твой возраст и не возможность тебе самому говорить от собственного имени. Точнее, уже я думаю, сказал, — просветила меня Настя. — А дальше… ну, мы уже это говорили.

Вот ведь засада! И что теперь? Соглашаться на предложение стряпчего — однозначно настроить в будущем против себя Петра Егоровича. Да мне и самому уже не особо хочется спускать с рук Канарейкину его клевету. А то ведь раз у него вот так все прокатит, второй, а потом и чего похуже может придумать. И вообще — не люблю, когда меня припирают к стенке. Так что я могу тогда сделать? Екатерина Савельевна давала когда-то мне письмо-пропуск к главе магистрата. Но он сейчас у мамы. Да и даже если бы был у меня, тот не дворянин. Не факт, что сможет чем-то помочь. И тот «пропуск» — лишь возможность поговорить, а не долг.

В памяти я тут же начал перебирать всех, кого знал в городе. И надо сказать, таких не особо много вышло. Из относительно знакомых — лишь банкир Николай Алексеевич. Сама владелица борделя — госпожа Совина. Сестры Скородубовы, которые ничем тут не помогут, и… все?

Нет, не все! Есть еще те, кому я портреты рисовал. Да, знакомство это шапочное, но все же имеется. Уж поговорить со мной согласятся. Даст мне это что-то? Ну, как минимум поможет понять, как местные дворяне отнесутся к поступку Михайлова. Попортит ли ему репутацию такое наглое пренебрежение моим мнением и мнением Петра Егоровича или нет. Сейчас к офицерам, особенно боевым, отношение уважительное. Попасть в армию стремятся многие благородные фамилии. Поэтому если намекнуть, что честь одного из них хотят задеть, это может сработать. Осталось понять, к кому лучше всего с этим обратиться. И, кажется, я знаю одну даму, которая с удовольствием мне в этом поможет!

23 августа 1859 года

— Госпожа вас ждет, — открыл передо мной дверь чопорный, под стать своей хозяйке, дворецкий.

Про Марию Парфеновну я вспомнил не просто так. Еще когда рисовал ее портрет, Екатерина Савельевна перед этим упомянула, что ее муж был когда-то главой дворянского собрания. Да и личное общение с женщиной оставило у меня впечатление о ней, как о властной даме, но с принципами. Еще бы! Муж у нее был офицером, и уважением пользовался гораздо большим, чем нынешний глава собрания. О том я и у близняшек спросил, и они мое мнение подтвердили. Да и влияние за годы после смерти супруга эта дама не до конца растеряла. К ней прислушивались, и ее слово могло склонить чашу весов в ту или иную сторону. Если мне удастся заручиться ее поддержкой, то Борису Романовичу придется учитывать мое мнение.

Вот и отправил я к ней вестового с просьбой о встрече. К моей удаче отказывать она не стала.

Госпожа Аверьянова встретила меня в гостиной зале. Все такая же суровая, с прямой и гордой осанкой и слегка надменным взглядом.

— Признаться, ваша просьба о встрече меня изрядно заинтриговала, — начала она, когда мы обменялись любезностями.

— Увы, — развел я руками, — она продиктована не только моим желанием нашего непринужденного общения.

— Я и не сомневалась, — чуть приподняв голову, сказала Мария Парфеновна. — И раз вы не хотите ходить вокруг да около, то время вас поджимает? Я права?

— Это так, — не стал я отрицать очевидного. — Но даже будь иначе, я не из тех, кто любит плести словесные кружева.

— Вы этим мне напоминаете моего мужа, — слегка приподняла уголки губ в подобии улыбки дама. — И что же вам нужно?

— Ваш совет. Меня оклеветали, и втянули в это моего будущего тестя. Тот человек военный и прямой, когда правда вскрылась, не стал терпеть подобного хамства и подал заявление в суд. Вот только сейчас он вынужден был убыть по делам службы, а сам себя я не могу представлять в суде в силу возраста…

Я замолчал, но было сказано достаточно. Госпожа Аверьянова — женщина умная, и все поняла и так.

— Так совет, или помощь? — спустя несколько минут молчания уточнила она.

— Для начала — совет. Смогу ли я сам как-то решить эту ситуацию? А то, признаться, у меня нет уверенности, что Борис Романович, представляющий меня в суде, будет блюсти мои интересы, а не моего оппонента. Но может, я просто ошибаюсь и зря заранее плохо думаю о человеке с чужих слов?

— Если вам дали не самую лестную оценку способности Михайлова договариваться… или наоборот — чересчур лестную, то тут я вас понимаю, — жестко усмехнулась она. — Да, Борис Романович блюдет в первую очередь свои, а потом уже чужие интересы. И если предложение того, кто вас оклеветал, будет выглядеть в его глазах более привлекательным… то он может поддаться искушению.

После ее слов я перестал сомневаться, что стряпчий пытался меня обмануть или преувеличить свои слова. Похоже, от меня и впрямь ничего на будущем суде не зависит. Да и состоится ли тот суд? Вот сегодня в четыре часа они с Михайловым все порешают, а меня поставят перед фактом. Если не сделают этого еще раньше. С другой стороны — почему-то же Игорь Александрович пришел ко мне? Мог вообще меня не навещать и меня поставили бы перед фактом. Сейчас бы беспечно гулял с Настей, а завтра бы очень удивлялся, что казалось бы формальное дело получило столь неожиданный поворот. И только сформулировав для себя этот тезис, я понял, что меня смущало в поведении стряпчего. И тут же спросил Марию Парфеновну. Уж она-то в курсе местной «кухни», сможет объяснить мне причины такого его поведения.

— Он хороший стряпчий, — немедленно заявила Аверьянова. — И как любой хороший стряпчий — трус, — а вот это было неожиданно. — Пытается подстелить соломки везде, где возможно. Да, вы правы, он мог вас не навещать. И тогда бы все получилось так, как вы описали. Но тогда лично для Вас он стал бы заинтересованной стороной. И врагом. А раз он трус, то иметь во врагах дворянина, пусть и несовершеннолетнего, не в его интересах. Своим визитом он как бы вывел себя за скобки вашего противостояния с Канарейкиным. Вот сейчас, Роман, вы испытываете в сторону этого Пирогова злость? Желание ему как-то навредить?

— Да нет, — с удивлением прислушался я к себе. — Да, разговор у нас вышел неприятный, но и только.

— Вот видите, — усмехнулась женщина. — Его стратегия работает. И про своего нанимателя он не забыл. Нашел, как решить его проблему. И я думаю, про вас перед вашим разговором поинтересоваться успел. Потому и уверен, что вы ничего сделать не сможете и будете вынуждены пойти на сделку. Или же принять ее последствия. Но при этом весь ваш гнев будет в сторону Бориса Романовича, да этого клеветника. А сам стряпчий — вроде как и не причем.

Да уж, хитрый жук.

— Не хотите помочь и щелкнуть этих плутов по носу? — спросил я напрямик.

— И как же я это смогу сделать? — аристократично выгула бровь женщина.

— Одно ваше присутствие позволит этим двум нечистым на руку господам соблюдать не букву, а дух закона. Вас в городе знают. И уж кто, как не вы, способны донести до дворянского собрания, что выбранный председатель… не такая уж и хорошая креатура? Ведь случаи бывают разные. Кто поручится, что жертвой его алчности в следующий раз не станет уже кто-то из местных?

— Хороший ход, — улыбнулась Мария Парфеновна. — Вот только Виталий Мстиславович — как раз местный. А вы — нет. И Борис Романович может сослаться, что как глава собрания защищал интересы нашего общества.

— Но я еще и жених Анастасии Скородубовой, — напомнил я женщине. — И заявление написал ее отец. Не получится господину Михайлову прикрыться этим доводом.

После моих слов старая аристократка надолго ушла в свои мысли. Я ей не мешал. Отступать и позволять пренебрегать собой я не хотел. Позволю вот так вытирать о себя ноги, в следующий раз даже не узнаю, что кто-то решил снова провернуть подобное. Тот же Игорь Александрович будет знать, что меня можно не опасаться. И другим весть разнесет. Зато если добьюсь своего, вот тогда уже подобных ситуаций ждать не стоит. Десять раз подумают, прежде чем пытаться меня обмануть, или провернуть свои делишки, прикрываясь моим именем.