Я закатила глаза. Неужели именно для этого он и позвал меня в беседку возле какого‑то там третьего пруда⁈ Благословить на брак с лордом Равенмором?
– Твой дядя тоже будет доволен, – продолжал сыпать аргументами Лукас. – Мой отец в полном от него восторге. Можно сказать, что Гильберт ДиРейн – его кумир, так что у них точно найдется, о чем поговорить.
– Все это замечательно, – отозвалась я. – Но ты забыл кое о ком еще.
– О себе? – усмехнулся Лукас. – Пожалуй, чтобы затянуть дыру в груди, которая появляется каждый раз, когда я тебя не вижу, или погасить ярость, когда вижу тебя с другим, я готов связать себя узами брака. Терпеть твои капризы и несносный характер, Шани, баловать и угождать тебе во всем. Я буду хорошим мужем! А заодно стану неплохим отцом нашим детям и никогда не буду их проклинать, если им вдруг захочется выйти в море под пиратским флагом.
– Лукас, да ты просто… невозможный! – застонала я.
– Конечно же, есть еще одна сторона – это ты, Шани! Сейчас ты мне скажешь, что нисколько меня не любишь.
– Но это так, ты совершенно прав.
Он кивнул.
– Я знаю, ты влюблена в другого. В того, кто по натуре своей холодная и скользкая рыба и кто очень скоро разобьет тебе сердце, потому что вам не суждено быть вместе. Поэтому я предлагаю тебе нанести упреждающий удар – оставить того, с кем у вас ничего не выйдет, и уйти ко мне. Стать моей женой и сберечь свое сердце. А потом, я уверен, ты сможешь найти в нем место и для меня.
После этих слов Лукас снова протянул мне розу.
Я уставилась на цветок в его руке, чувствуя, как меня переполняют эмоции, готовые вот‑вот вырваться наружу.
Но в них не было ни радости от невероятно «щедрого» и продуманного предложения, которое сделал мне молодой лорд Равенмор, ни ликования из‑за того, что кто‑то решил взять на себя мои проблемы и даже пообещал терпеть мой несносный характер.
Заодно я не испытывала энтузиазма от его слов, что однажды дед может выделить целую пиратскую флотилию, если вдруг кровь моего отца даст о себе знать и меня потянет разбойничать в море.
Но я постаралась взять себя в руки.
– Ты хоть слышишь себя, Лукас? – спросила у него. – Ты говоришь о нашем браке так, словно это какая‑то сделка. Твердишь мне о выгоде, которую получат все заинтересованные стороны, нисколько не беря в расчет ни мои мысли, ни мои чувства. Но ведь я не вещь и не трофей, который можно передавать из рук в руки!
Он собирался возразить, но я ему не позволила.
– Я выслушала твое предложение от начала до конца, – сказала ему. – Так что теперь твоя очередь узнать мой ответ.
И он его узнал.
– Ты прав, я тебя не люблю и серьезно сомневаюсь, что в моем сердце когда‑либо найдется для тебя место. И даже если оно разобьется из‑за того, что я сделаю неправильный выбор, это мое собственное право на ошибку. Так что нет, Лукас, замуж я за тебя не выйду! Несмотря на твой блестящий и продуманный план.
Вот что я ему сказала, но Лукаса, как я и подозревала, подобным было не пронять.
– Тебе стоит хорошенько все обдумать, Шанайя, – произнес он, совершенно не обескураженный моим отказом. – Не руби с плеча! Остынь, а потом поразмысли обо всем на досуге.
– Хочешь сказать, что мне стоит взять пример с моего деда, который сначала взъярился, но позже решил, что это отличная сделка? – Я покачала головой. – Нет, Лукас, такого не будет, и своего решения я уже не изменю. Заодно не забудь передать деду, что его благословение мне не нужно, потому что в ближайшее время замуж я не собираюсь.
Произнеся эти слова, я развернулась и пошла по дорожке к поджидавшей меня в стороне Лине. Шагала, чувствуя пронзительный взгляд, которым Лукас уперся мне в затылок.
Хорошо, хоть не боевое заклинание, промелькнуло в голове, а то с него и не такое станется!
Но вокруг было достаточно многолюдно, поэтому, подозреваю, Лукас не решился на крайние и дурацкие меры.
Я спокойно дошла до Лины, подхватила ее под руку, после чего мы зашагали к нашим друзьям. Парни стояли чуть дальше по дорожке, дожидаясь, когда мы подойдем.
– И что было нужно Равенмору? – поинтересовалась Лина, с тревогой вглядываясь в мое лицо. – Шани, ты совсем бледная! Что он уже успел тебе наговорить⁈
– Всяческих глупостей, – призналась ей. – Хотел, чтобы я вышла за него замуж, но я ему отказала.
И нет, я нисколько не сомневалась в правильности принятого мною решения. Выйти замуж за нелюбимого, а потом страдать всю жизнь, сделав несчастными не только себя, но и мужа?
Это был не тот путь, по которому я собиралась идти.
К тому же у меня перед глазами имелся пример: я никогда не видела свою маму улыбающейся или счастливой, хотя мой отчим был замечательным человеком и очень ее любил.
Но рассказывать подруге о сути наших отношений с Лукасом Равенмором, где к его чувствам примешивалась не только выгода, а заодно неудавшаяся казнь, провалившееся похищение на драконе и удачное – на «Морском Демоне», плюс дед‑пират…
Нет, я решила пожалеть ее нервы.
– Прости, это была шутка, – сказала я Лине и попыталась улыбнуться.
– Никакая это не шутка, – покачала она головой. – Очень скоро, Шани, когда дядя даст тебе свое имя, ты станешь завидной невестой, и вокруг будет целая очередь из желающих взять тебя в жены. Наверное, Равенмор просто решил подсуетиться раньше остальных.
– Серьезно сомневаюсь, что будет очередь, – отозвалась я, подумав об «отягчающих обстоятельствах» в лице отца и деда. – Но давай сейчас не об этом. Нам нужно найти Тео и Кару.
Это была одна из причин, ради которых я согласилась поехать на эту экскурсию.
Еще я собиралась отдать деду медальон, что удалось вполне удачно провернуть, и заодно предостеречь их с Лукасом от любых действий против младшего сына короля, только что прошедшего мимо в компании своих поклонниц.
От щебета окружавших его девиц у меня закружилась голова, от их пестрых платьев зарябило в глазах, а от сильного запаха духов мне даже не пришлось насылать насекомых.
Пчелы и сами подумали, что перед ними настоящий цветочный сад.
– Встретимся позже, – негромко бросил Йорген и повел свой «цветник» дальше, но на его лице не было ни малейшего энтузиазма.
Вот и я без энтузиазма подумала, что ни с дедом, ни с Лукасом поговорить о Йоргене не удалось. Да и не было что им предложить – потому что мне не удалось сначала поговорить об этом с дядей!
Тут мы с Линой присоединились к друзьям, догнали основную группу и явились со всеми в просторный холл главного корпуса. Там немного послушали рассказ о знаменитых людских магах, вышедших из стен этой академии, после чего и сами вышли…
Угу, наружу.
Улизнув от своих, отправились на поиски друзей с Найрена – потому что среди зевак, собравшихся в холл поглазеть на студентов Академии Драконов, их не оказалось.
Сперва решили разыскать Кару – ее молчание в ответ на наши письма тревожило меня больше всего.
Уже скоро в глубине сада мы обнаружили приземистое и вытянутое строение женского общежития. Вошли, вежливо поздоровались с распорядительницей и сказали, что мы – подруги Кары с Найрена и явились ее проведать.
Где она может быть?
Лицо распорядительницы тотчас вытянулось, затем приняло скорбное выражение, после чего она сообщила нам, что Кара пропала.
Да, ее искали довольно долго. Даже вызвали даже жандармов, потому что своими силами маги академии не справились.
– В жандармерии пришли к выводу, что Кара бросила учебу, покинула Керн и вернулась на свой остров. Так иногда бывает: тоска по дому оказывается сильнее, чем желание учиться, – возвестила распорядительница.
– Но Кара нисколько не тосковала по дому, – возразила я. – Наоборот, мы все были рады вырваться с нашего острова. Потому что Найрен – это… Это…
– Настоящие задворки королевства, – подхватила Лина, – где ни у кого нет будущего. Кара бы никогда не убежала из академии, она была так счастлива, что сюда поступила!
Но распорядительница лишь развела руками и повторила, что жандармерия сделала именно такой вывод, поэтому поиски были прекращены. Нам же стоит ждать от подруги письма – как только Кара прибудет на родной остров, она, несомненно, об этом сообщит.
