…А в море, я слышала, рвали на части скелет дракона, брошенного своим хозяином. Айрея летала над поверхностью и очень сильно жалела… Жалела, что не может присоединиться к общему веселью – потому что тот дракон попытался скрыться, но за ним гнались нари, и моя Таласса не отставала.

Но догонят ли они его или нет – сейчас для меня не было никакой разницы. Потому что Кайрен меня целовал, а я целовала в ответ.

Сегодняшняя битва завершилась – и с Бездной, и с королевским флотом. И тот и другой были повержены, но я знала, что это еще далеко не конец.

На столе в дедовой каюте в уцелевшей «Хозяйке Морей» лежала пачка бумаг. Все они были с драконистой гербовой печатью, светившейся магическим светом, отчего становилась видна не менее впечатляющая размашистая подпись короля Гериха.

‑ И что это такое? – поинтересовалась я.

Потому что мы все ждали возвращения деда с переговоров – и тревожились, не без этого, – на которые он отправился вместе с Лукасом Равенмором.

Надо сказать, что во время битвы Лукас проявил себя как настоящий пиратский герой, поэтому он официально стал правой рукой Черного Дрейка, а заодно был провозглашен вице‑наместником Карассы.

По рассказам очевидцев, Лукас сражался как лев – в буквальном и в переносном смысле, потому что корабль под его предводительством потопил три вражеских фрегата. Заодно захватил два, пытавшихся его атаковать, а еще один догнал, используя хитрый ход с впряженным драконом.

Тот корабль Лукас тоже захватил, а причина погони была в том, что им командовал старший сын короля Гериха, Арт Веллард

Кронпринца – опять же, по рассказам, – Лукас разоружил сам.

И сейчас герой вчерашнего сражения, войдя с дедом в каюту, уселся в углу и уставился давящим взглядом… на меня и Кайрена, устроившегося рядом со мной за столом.

С принцем нари мы почти не расставались, и если Лукас до сих пор питал какие‑либо надежды…

Впрочем, я сомневалась, что он мог быть настолько глуп и самонадеян, чтобы думать о нас с ним как о паре. Ему придется смириться с тем, что вместе нам быть не суждено, – я уже много раз об этом говорила, и теперь Лукас должен был дойти до осознания этого факта сам.

И дед, который мечтал о том, чтобы мы поженились с его приемным сыном, тоже должен к такому прийти.

Хотя подобный путь этим двоим давался непросто.

Впрочем, у нас с Кайреном пока еще ничего не было ясно – кроме наших поцелуев, от которых у меня кружилась голова и ухало сердце. Заодно были совместные вылазки, когда мы с ним отправлялись осматривать госпитали и проверять, как заботятся о раненых – как в людских, в Карассе, так и у нари.

Я впервые увидела поселения морского народа, а нари впервые увидели меня рядом со своим принцем.

Могу сразу сказать, что их города и деревни были во многом похожи, но в то же время разительно отличались от всего, что я встречала в своей жизни…

Оказалось, что я настолько глубоко погрузилась в свои мысли, а еще с затаенным удовольствием вспоминала о том, что нари относились ко мне очень хорошо… Уж и не знаю, кто пустил и как быстро мог распространиться слух о том, что я нанесла сокрушительный удар Бездне, но меня везде встречали как героиню.

‑ Шани, – раздался недовольный голос деда, – ты снова витаешь в облаках! Я говорю о том, что мы получили подписанные помилования от Гериха. Там есть и на твое имя, если тебе интересно это узнать.

‑ Отличные бумажки, – раздался ехидный голос Лукаса, – которые мы можем использовать по назначению, если захочется справить нужду. Правда, боюсь, гербовая печать может натереть одно место…

Я сдавленно усмехнулась и закатила глаза. Зато Кайрен не шелохнулся – у него с Лукасом имелись собственные счеты, и смеяться над его шутками он не собирался.

Тут дед в своей привычной манере ка‑ак стукнул по столу кулачищем, а затем ка‑ак прорычал:

‑ А ну‑ка, сейчас же прекратите балаган!

В общем, ничего нового – балаган как балаган.

Ну, кроме того, что все ждали прибытия Владыки нари, чтобы принять несколько важных решений, которые будут касаться не только дальнейшего хода событий, но и моей судьбы тоже.

Именно поэтому меня и пригласили в каюту – чтобы ее решить в моем присутствии, – потому что ничего другого мне все равно не доверяли. Хотя медальон Веллардов я все‑таки «отвоевала», и теперь он постоянно висел у меня на шее.

Оказалось, это были далеко не все новости, привезенные с переговоров (подозреваю, во все меня бы и так не посвятили). Воспользовавшись тем, что у него в заложниках находился кронпринц – «высокий гость», как называл Арта Вельмара дед и держал его взаперти на корабле «Мятежный»…

Так вот, дед повел себя как заправский шантажист.

Правда, перед тем, как отправиться на переговоры, мне крепко‑накрепко запретили дурить и ни в коем случае не выпускать дедов козырь на свободу.

Но с момента побега Йоргена, который я ему устроила, а потом вместо благодарности стала королевской пленницей, утекло уже достаточно воды.

Так я и сказала деду.

Заодно извинилась за то, что проявила свободомыслие и поступила по‑своему. Хотела как лучше, вызволяя Йоргена; надеялась, что король Арвена не нападет на Карассу, и тем самым я спасу множество жизней. Заодно и сохраню последний медальон от Бездны.

Но все вышло совсем не так, а Вельмары показали себя теми, кому нельзя доверять.

‑ Так даже лучше, – помню, как заявил после моих признаний дед, а затем похлопал меня по плечу, добавив, что он меня прощает.

И что это вот завихрение у меня в голове, которое толкает меня поступать исключительно по‑своему, – это подобным образом проявляется кровь Веллардов. Но я должна взять себя в руки и в дальнейшем слушаться его беспрекословно.

А так – все неплохо получилось: флот Арвена наголову разбит. Нари и пираты впервые выступили как союзники в битве и нанесли королю Гериху даже не оплеуху, а серьезный удар в челюсть.

Теперь он почти в нокауте, поэтому станет делать именно то, что пожелает мой дед. Конечно, в разумных пределах.

Именно поэтому дед выторговал помилования для всех в Карассе, заявив, что с этой бумагой желающие могут в любой момент вернуться к нормальной жизни. Но я как‑то не видела ни одного, кто бы отплывал в сторону Керна…

Вот и я тоже не спешила. Даже и не думала возвращаться в столицу и в академию, потому что не верила в бумагу, подписанную королем.

«Дал слово – забрал слово», – именно таким казался мне девиз правящей династии.

Заодно дед заявил, что в самое ближайшее время он отправляется к Проливу Теней, чтобы отыскать моего отца. Решение уже принято, и ничто не сможет его изменить. На это он даже получил от Гериха…

Нет, не разрешение…

‑ А почему бы и нет? – тотчас встрял в разговор Лукас. – Его разрешением можно было бы воспользоваться так же, как и этими бумажками.

Я снова усмехнулась. Кайрен привычно хранил молчание, тогда как дед… Немного посмотрев на стол, грохать по нему кулаком он все же передумал.

Вместо этого продолжил.

Оказывается, он получил у короля огромную сумму денег на то, чтобы снарядить экспедицию к Проливу Теней, поэтому и отплывает в самое ближайшее время.

‑ Дня через три‑четыре, – произнес дед. – Лукас останется в Карассе, я поведу корабли, но с нами будет…

‑ Мой дядя Гильберт! – выдохнула я. – Конечно же, ведь он дал свое согласие!

Черный Дрейк кивнул.

‑ Гильберт ДиРейн прибудет в Карассу уже этим вечером. Он собирается осмотреть корабли, которые я выбрал для экспедиции. После чего будет участвовать в снаряжении…

Тут я почувствовала, как Кайрен предупреждающе сжал мою руку. И все потому, что раздались уверенные шаги, дверь каюты распахнулась, и в нее вошел Владыка нари.

Это был еще один победитель в недавней битве, чья помощь оказалась неоценима. Его воины на драконах, благодаря совместным действиям с людьми, сперва уничтожили всю летную гвардию, а потом и королевский флот.