Один из них был высоким и невероятно крепким пожилым мужчиной с обветренным лицом. Одет он был в подобие синего морского мундира.

Уверена, это и был легендарный пират Черный Дрейк, мой дед.

Второй – тоже очень высокий и мускулистый, обнаженный до пояса; в черных штанах, плотно сидящих на мускулистых бедрах, а еще с золотым ожерельем на шее и резным черным посохом с золотым светящимся набалдашником.

Седые волосы спадали ему на плечи, и этот нари…

Он скользнул по мне безразличным взглядом, но я сразу же его узнала.

До этого дня в своей жизни я видела только двоих из морского народа. Один из них был Кайрен, которого я спасла, а второй – тот самый нари, который сейчас стоял рядом с Черным Дрейком.

Но однажды он вот так же стоял рядом с Кайреном и смотрел на меня – безразлично и без малейшей жалости в темных глазах. Встретил меня в гроте, куда я прибежала из приюта, чтобы поскорее увидеть раненого юношу. А потом вытянул свой посох и…

Я зашаталась.

В голову стукнуло «Вспомни!» Кайрена и то, как он раз за разом твердил мне это слово, настаивая, что я должна сделать это сама. Припомнить от начала до конца все, что произошло в моем детстве и привело к потере памяти, а заодно и связи с источником магии.

И теперь я вспомнила. Из тьмы небытия выплыл тот самый грот и двое из морского народа – спасенный мною юноша и этот нари, которого в тот раз Кайрен назвал… своим отцом.

– Отец, не надо! – кричал он, пытаясь меня загородить. – Не делай этого! Она ни в чем не виновата! Шани ничего не знает!

Кайрен тогда еще двигался с трудом: раны до сих пор причиняли ему боль. Но он все равно дернулся, стараясь встать между мной и посохом, которым тот нари хотел коснуться моей груди.

Или головы – я этого не знала, потому что попятилась, понимая, что дела мои плохи. Но зацепилась ногой за камень и, словно назло, растянулась, сильно ударившись спиной, боком, затылком…

Задохнулась от боли и отчаяния – а я ведь хотела только добра! Спасала и лечила Кайрена, рискуя собственной жизнью, заодно преступая закон Арвена. Понимала, что если Кайрена обнаружат, то не пощадят уже ни его, ни меня.

Тогда почему второй нари смотрит на меня с безразличным лицом, упрямо направляя в мою сторону свой посох⁈

– Отец, не надо! – раз за разом повторял Кайрен. – Прошу тебя, прекрати! Оставь ее в покое!

– За время общения с этой человеческой девчонкой ты позабыл родной язык, – ледяным голосом ответил тот самый нари, который сейчас стоял передо мной на палубе «Хозяйки Морей», прощаясь с бывшим адмиралом.

Правда, в гроте он выглядел немного по‑другому – его волосы еще не были настолько седыми, а морщины такими глубокими.

Затем пришло новое воспоминание – Кайрен заговорил с ним на своем языке, а я встала на четвереньки. Попыталась сбежать, чувствуя, как из раны на затылке течет кровь.

Потом на это и сослались в лазарете – на то, что я ударилась головой, из‑за чего и потеряла память, а заодно и магию. И настоятельнице приюта последнее пришлось очень даже по душе…

В какой‑то момент, когда я пыталась уползти от нари, потому что Кайрен кричал и заслонял меня от него, я все же поднялась на ноги и ринулась прочь. Понимала, что уже начался прилив и я могу и не успеть поднырнуть под скалой и выбраться на песчаном берегу.

Именно тогда грот озарила ярчайшая магическая вспышка. Что‑то ударило меня в спину, и я упала навзничь, потеряв сознание. А когда очнулась, то уже лежала на пляже.

…И вот теперь я смотрела на этого самого нари, который в тот раз не послушал сына и поступил по‑своему. Зато он лишь мазнул по мне глазами. Не узнал, пошел себе дальше, а я…

Внезапно в груди появилось горячечное тепло и потекло по рукам.

– Эй, красавица, придержи‑ка коней и свою магию рядом с Владыкой, – толкнув меня в бок, зашипел на ухо Лукас. – Эти суровые ребята не станут выяснять, что у тебя на уме и почему ты решила активировать боевое заклинание рядом с их королем. Зарубят как пить дать!

Я хотела было огрызнуться и сказать, что я ничего не решала. Да и какое еще боевое заклинание⁈

Но вместо этого… погасила то, что разгорелось под моими ладонями и в груди, а затем склонилась перед проходившим мимо Владыкой нари. Понимала, что мне стоит держать язык за зубами – а то, мало ли, вспомнит меня и довершит начатое в том гроте…

Правда, слишком далеко тот нари не ушел – грациозно перемахнул за борт «Хозяйки Морей», на что я вытаращила глаза. Но уже через секунду он воспарил в небо на морском чудовище – потому что это был огромный дракон, даже больше того, на чьей спине сидел Кайрен.

Следом за Владыкой за борт попрыгала вся его свита и охрана, и уже скоро несколько дюжин нари унеслись на своих драконах в сторону открытого моря, исчезнув в тумане.

Тогда‑то Черный Дрейк обратил на меня внимание.

Подошел, посмотрел на вспыхивающие разряды молний под моими ладонями – потому что я все еще не могла поверить в случившееся чудо… В то, что ко мне наконец‑таки вернулась память, а заодно и моя магия, с которой я родилась!

Я чувствовала яркий и послушный источник у себя в груди – он отзывался на каждую мою мысль, и теплые магические потоки покорно лились к рукам.

– Веллард, моя кровь! – заявил Черный Дрейк, с одобрительным видом осмотрев меня с головы до ног. – В этом нет никаких сомнений! Добро пожаловать домой, внучка!

Каюта бывшего адмирала и нынешнего предводителя пиратов на «Хозяйке Морей» оказалась немного не такой, как я ожидала. Все выглядело богато, но при этом не слишком броско. Я бы сказала, что это была солидная роскошь, в которой не чувствовалось показного желания выставить золото или драгоценные побрякушки напоказ.

Вместо этого почти все стены занимали полки с книгами, рядом с которыми висели морские карты. На письменном столе лежали навигационные приборы и виднелся распахнутый корабельный журнал, а в застекленном шкафу поблескивали непонятные, но при этом излучающие магические вибрации артефакты.

Теперь‑то я это чувствовала!

Казалось, в каюте Черного Дрейка было собрано все, что может понадобиться человеку, привыкшему командовать не только кораблем, но и людьми. И спал он тоже здесь – я увидела простую одноместную кровать за неплотно задернутой ширмой.

Хотя мне казалось, что куда больше времени бывший адмирал проводил за письменным столом, над которым горел магический светлячок, а из чернильницы торчало серое перо.

– Будь моей гостьей, Шанайя, – раздался его голос, и я поняла, что застыла на пороге, слишком долго разглядывая святая святых капитана.

– Проходите! – добавил он, но это приглашение касалось только меня и Лукаса.

Наша охрана осталась снаружи, так же как и вооруженные до зубов люди бывшего адмирала. Заодно меня не оставляло ощущение, будто бы все были настороже, ожидая серьезную опасность.

Но я терялась в догадках, что это могло быть. Возможно, военная операция королевского флота, раз уж с нари пираты отлично поладили?

Ответов у меня не имелось, и, ясное дело, вряд ли бы кто‑то стал посвящать меня в такие детали. С другой стороны, на языке вертелось два вопроса, в которых я все же надеялась получить ясность.

Первый – зачем я здесь? По какой причине понадобилась деду после стольких лет на Найрене, когда я никому не была нужна? И второй: где мой отец – Ронан Веллард, кровавый пират?

Впрочем, на этом корабле и на окружающих судах, наверное, все были такие.

Хотя дед мне почему‑то нравился. От него исходила властная, но доброжелательная сила, а еще уверенность в том, что ему любые трудности по плечу.

– Ты, наверное, о многом хочешь у меня спросить, – словно угадав мои мысли, произнес он. – Но сперва я прикажу накрыть на стол.

С Владыкой нари во время встречи, судя по всему, разносолов они не делили. На обеденном столе не было никаких угощений, только початая бутылка с темной жидкостью, от которой исходил резкий запах, а грязные стаканы уже унесли.