Лиана всё ещё лежала рядом, свернувшись кольцом. Странно… почему она не пытается убежать? Я чувствовал, что она жива. Просто… ждёт.

Я взял кинжал и наклонился к ней. Может, стоит убить эту тварь, пока она беспомощна?

Руки тряслись, но я крепко сжал кинжал и попытался резануть хищное растение. Вот только едва лезвие коснулось поверхности лианы, мою руку пронзила острая боль.

— Ах ты!.. — я отдёрнул руку, роняя оружие.

Что это было⁈

Я уставился на лиану. Она по-прежнему лежала неподвижно, не проявляя никаких признаков агрессии.И тут же всплыло системное уведомление:

[Внимание! Между вами и Хищной мутировавшей лозой (ранг опасности: слабый) установлена симбиотическая связь.

Тип связи: Подчинение

Статус: Активна

Предупреждение: Нанесение урона симбионту приведёт к частичному отражению боли на носителя Дара]

Я несколько секунд смотрел на эти строки, пытаясь осмыслить прочитанное. Симбиотическая связь. Это было не то же самое, что я делал с растениями в саду — тут всё было серьезнее.

Грэм говорил, что приручители чувствуют боль своих питомцев. Например если волка убьют, хозяин ощутит это как удар по собственному телу. Я тогда не придал этому особого значения, а теперь до меня дошло — у меня и этой лозы теперь такая же связь. Вот только приручители работали с существами, у которых был настоящий разум: с волками, которые понимали команды и могли выполнять сложные задачи, птицами, которые служили разведчиками, боевыми зверями, которые сражались рядом с хозяином. А у меня тут… хищная мутировавшая лоза.

Я посмотрел на лиану с новым пониманием.

Эта тварь только что едва не убила меня. Но теперь она была… моя? Подчинённая? Связанная со мной узами, которые я сам же и создал в процессе борьбы воль?

Это окончательно? Или временный эффект, пока я рядом?

Я осторожно взял кинжал и прикоснулся лезвием к поверхности лианы, но не резал, а просто уколол. Боль пришла незамедлительно, однако не такая острая, как в первый раз — словно кто-то уколол мне руку булавкой.

Интересно…

Я убрал кинжал и попытался нащупать связь — тот самый «поводок», который теперь соединял нас, пока я плохо его ощущал.

И нашёл.

Примитивное сознание лианы было… тихим и подавленным. Оно больше не излучало голод и жажду убийства. Через нашу связь я чувствовал скорее осознание того, что есть нечто БОЛЬШЕЕ, СИЛЬНЕЕ, что подчинило её.

Я протянул руку и осторожно коснулся лианы пальцами, готовый отдернуться в любой момент.

Но она не напала, даже не дернулась– просто лежала, безвольная и покорная.

Я ощущал ту «нить», что связывала нас — тонкую, но прочную ментальную нить, тянущуюся от моего сознания к её примитивному разуму. Я понял, что могу разорвать эту связь усилием воли. Просто захотеть — и она исчезнет. Но тогда что? Лиана снова станет свободной и она немедленно попытается убить меня. А у меня не было сил на еще одну битву и точно нет сил на еще один поединок воль. Мой духовный корень был почти пуст, тело измотано, а шея кровоточила — эта короткая схватка слишком истощила меня.

Нет, разрывать связь сейчас было бы самоубийством.

Но что делать с этим существом? Отпустить его я не могу. Наверное, я мог бы высосать энергию из нее. Вот только я увидел в ней интересные возможности. Уничтожить я всегда успею.

Для начала надо проверить пределы нашей связи.

Через ментальную нить, я чистым импульсом воли (таким же, каким атаковал ее, когда подчинял) послал простую команду:

ОТПОЛЗИ. ТУДА. — Я указал на место в нескольких метрах от себя.

Лиана дрогнула, затем медленно и неохотно, но начала двигаться. Её отростки-щупальца упёрлись в землю, и тварь поползла прочь от меня — неуклюже, словно ещё не привыкла подчиняться чужой воле.

Я послал ещё одну команду:

ВЗБЕРИСЬ НА ЭТО ДЕРЕВО.

Лиана подползла к ближайшему стволу и начала карабкаться вверх, обвиваясь вокруг коры своими побегами. Движения были медленными, но уверенными. Это было её естественное поведение — лианы и должны карабкаться по деревьям. Я просто направил этот инстинкт.

СЛЕЗЬ.

Она послушно спустилась.

Я экспериментировал ещё несколько минут, отдавая простые команды: подползти сюда, замереть, обвиться вокруг этой ветки. С каждой командой лиана реагировала быстрее, словно привыкала к моему контролю, или я — к управлению ею.

Но я также заметил кое-что важное: лиана двигалась быстро только короткими рывками, но в остальное время она была медлительной. Это существо было хищником, созданным для внезапных атак из укрытия, а не для преследования.

Я посмотрел на корзину, валявшуюся неподалеку. Грибы, которые я собрал по пути, рассыпались по земле, как и всё остальное.

Я вздохнул и начал их собирать, размышляя о том, что делать с моим новым… «питомцем». Система показывала «низкий» уровень опасности и теперь, глядя на ее «передвижения», я понимал почему. Для меня эта тварь была смертельной угрозой только из-за внезапности нападения. Любой опытный охотник разорвал бы её голыми руками. Даже группа сборщиков трав справилась бы без особого труда. Убежать от нее не сложно, она не приспособлена для погонь. Только моя невнимательность и позволила ей напасть. Что ж, будет уроком на будущее. Хорошо, что не последним.

И, тем не менее, она была полезна: лиана могла служить защитой, ловушкой и дополнительной парой «рук» в критической ситуации. Я сам почувствовал ее «хватку». Для человека одиночки или даже некрупного зверя она опасна. В Кромке она может быть моей,,защитой,, от мелких тварей.

Но брать её домой было слишком рискованно. Что если связь ослабнет? Или я потеряю контроль и она просто задушит нас обоих ночью? Нет уж, спасибо. Пока я не настолько уверен в силе своего Дара. Его нужно ускоренно поднимать, чтобы таких ситуаций больше не было.

Лиану нужно оставить в лесу.

Но мне еще нужно набрать сок едкого дуба. Пусть и случилась эта…,,лиана,, но моих планов это не отменяет. Единственное, что добавилось из задач — это залечить ее раны. Судя по описанию системы, лиана не ядовитая. Хоть на том спасибо — не хватало мне сейчас бегать и искать противоядие. В любом случае, закалка мне была необходима. Будь у меня хотя бы первая ступень, то возможно кожа бы выдержала «давление» подобной твари. Так что вперед.

Я приказал лиане залезть в корзину и прикрыл её тряпкой. Пока буду ходить по Кромке пусть будет со мной, а потом…потом придется оставить.

После этого двинулся вперед.

Едкий дуб я нашёл минут через пятнадцать. Всё это время внимательно контролировал «поводок» связи между собой и лианой, и пока лишь убеждался, что с каждой секундой он становится крепче, и мне легче давать ей мысленные команды. Теперь уже попавшись в ловушку одной лианы, искал всюду других. И не находил. Эта лиана была какой-то случайностью. Тут такой живности вообще не должно было быть, если судить по рассказам Грэма. И тем не менее вот она, хищная мутировавшая тварь в моей корзине. Живое подтверждение того, что Кромка не так уж и безопасна.

Дерево я легко узнал по характерной тёмно-серой, почти черной коре с глубокими трещинами, его описывал Грэм и его я знал из теста. Похоже, именно там, в этих трещинах и нужно делать «надрез» и втыкать трубку. Даже на расстоянии нескольких шагов я почувствовал едкий, уксусный запах.

Я осторожно подошёл ближе, достал из корзины кинжал и металлическую трубочку. Лиана зашевелилась, но я мысленно приказал ей оставаться на месте.

Кора едкого дуба была невероятно прочной — Грэм не преувеличивал. Мне пришлось изрядно попотеть, прежде чем удалось сделать достаточно глубокий надрез. Желтоватый сок тут же начал сочиться из раны, и я поспешно подставил глиняный горшок.

Трубочка вошла в надрез с характерным хрустом и сок медленно, капля за каплей, но потёк.

Теперь оставалось только ждать.