…Еще не хватало, чтобы она перебежала на сторону Ганзы!

— Ну сучка, смотри у меня, — буркнула себе под нос Марьяна, переведя глаза на посла.

Тот выжидательно выпятил губу. Золотой клык угрожающе сверкнул.

— Если вы непонимайтен, я есть повторяйтен! — заявил посол и снова раскрыл свою бумагу. — Майн Амператор за защиту вашей столицы от монстров Изнанки требует… Айн! Новый хороший договортен с привилегия наших торговцев. Без процейтен. Цвайн! Территорий на север, которые мы хотайтен под наше окку… кхем, под наше присутствие. Драйн…

— Не много ли ты хочешь, посол? — прищурилась Марьяна.

— Драйн!

Марьяна махнула рукой.

— Ты уже говорил и свой драйн, и свой виер, и фунф, и все остальное… Дай сюда бумажку!

Склонившись еще ниже, посол с почтением передал королеве список требований за «помощь». При этом с его губ не сходила наглая ухмылочка.

Ох, как же она хотела приложить ему да посильнее… Но нет. Дипломатия! К тому же без их кораблей им и правда приходится очень туго!

Вздохнув, Марьяна лично перечитала текст. Как и ожидалось, там все было написано на их наречии, но королева умела читать, пусть и не бегло.

Да, так и знала. Пунктов там было куда больше, чем перечислял этот зубастый мошенник.

В ней шевельнулся Гнев.

— Так что передайтен майн Амператор?.. — и вопрос снова повис в воздухе. Придворные задержали дыхание.

Марьяна поджала губы. Вряд ли они развернуться и уедут, если она скажет «нет». Не для этого Император прислал сюда флот. Ответ может быть только один…

Королева выпрямилась на троне. Нет, так легко она не сдастся. Пусть Кировой нет, значит, придется самой вести дипломатию.

— Передай своему хозяину, что…

Но она не успела закончить. Что-то коснулось ее ушей — кажется, крики и треск заклинаний, а затем…

Хохот⁈

Она обернулась — прямо к огромному витражному окну, где был запечатлен герб их Королевства. С той стороны виднелась крылатая тень. И она приближалась.

В следующий миг окно, простоявшее целых четыреста лет, разнесло вдребезги.

На часах было три.

— А потом она взяла меня за ухо и вывела из дворцового парка. Пароли нас, кстати, вместе. Сначала Василия, а следом и меня… Хворостиной. Как вспомню, мороз по коже. — Борис неловко улыбнулся. — Рука у нее тяжелая.

Я хохотнул. Хотел бы я посмотреть, как Дарья порола своего сына на пару с маленьким Борисом. Отчего-то я не мог представить бармена без усов.

Тот сначала страшно перепугался, обнаружив в своем баре огромного получеловека-полудракона с крыльями и парой рогов, которыми я, встав, едва не упирался в потолок. Но потом как-то принял тот факт, что его бывший постоялец, вышибала и нынешний совладелец «Золотого котла» оказался давно умершим и переродившимся Драконом, Великим Ханом Орды и по совместительству отцом нового правителя Царства.

— Все что не уничтожает мой бар, к добру, — сказал Борис, наливая мне еще пива. Его рука слегка дрожала, но голос был тверд.

— Даже Дракон? — спросил я, наглаживая шерстку коту Василию.

— Возможно… Лучше пусть в Башне живет Дракон, чем по улицам будет бегать вся эта сволочь.

С момента моего появления прошел уже час, и с тех пор мы умудрились отбить целых четыре атаки. В перерывах возвращались пропустить кружку другую.

Несмотря на месяц осады, «Котел» почти и не изменился — с поправкой на то, что был военным штабом Хозяев трущоб и Ассоциации. Все тот же полутемный, пропахший дымом зал, немного похожий на мою Башню, которая, кстати, подмигивала мне из окна. Прямо как и в тот день, когда я зашел сюда впервые. Силантия, увы, не было, как и Тимофея с Амодеем. Все трое, по словам Бориса, пропадали где-то под землей, куда с недавних пор силами ящерок уводили все больше беженцев. Девчонки тоже были с ними, и хорошо. Нынче в городе творился такой бардак, что если ты не успел пробиться в центр или уехать за город, то участь твоя печальна.

— А как дела у Марьяны? — спросил я.

Прежде чем ответить Борис задумчиво почесал затылок.

— Новости не смотришь? Она сейчас в ударе…

Включив телевизор, он защелка по каналам и бегло рассказал мне последние новости — указы, перестановки в правительстве, казни, скороспелый с Гедимином, а также его таинственная смерть. Наконец, мы попали на выпуск новостей. Все было об одном — Изнанка в самом сердце страны, силы Ганзы с запада, а еще совместное войско Орды и Царства, надвигающееся на Королевство с юга. Последние не встречали практически никакого сопротивления.

— Мои парни, — кивнул я в ответ на озадаченное лицо Бориса. — Будут здесь на днях. Не боись, деньгами не обидят.

Затем показали кадры, где в торжественной обстановке закрытый гроб с Гедимином захоронили на королевском кладбище. Иронично, но совсем рядом с Олафом.

— Туда ему и дорога, — кивнул я, одобрив такое полезное дело. Всякую мразь нужно хоронить бок о бок. Желательно на помойке, но и так пойдет.

Затем выкатили список казненных на прошлой неделе. От знакомых фамилий я аж присвистнул. Мы с Борисом выпили, не чокаясь.

— Короче, в целом все благополучно, — заметил я.

— Многие из среды аристократии с тобой бы не согласилась, — улыбнулся Борис. — Так-то чуть ли не половина всех влиятельных лиц лишилась либо голов, либо свободы. Народ от королевы, конечно, в восторге, мол, так и надо, наконец-то этих наглецов прижали к ногтю. Однако, как по мне, лучше бы королева этим занималась в более спокойное время…

— Спокойные времена закончились, — ответил я. — Они и так породили слишком много слабых и жалких людей. Именно из-за них все ваши проблемы.

Борис хмыкнул, но не стал отвечать на мою реплику.

Королеву тоже показывали, и чисто внешне это была та самая Марьяна, только жутко уставшая и постоянно злая. Это было неудивительно, учитывая, какая ноша нынче лежала на ее плечах, однако, зная страсть Домны к интригам, оставалась возможность, что это двойник.

На мое замечание Борис заметил:

— Зайцев точно при ней. Наверное, он бы заподозрил подмену.

Тут он попал в точку. Буквально в каждом репортаже, где показывали нашу новую королеву за ее спиной держался знакомый здоровяк с огромным мечом. И вот он сильно изменился. Стал точь-в-точь как тот самый Артур Зайцев из прошлого.

— Это все кровь, Артур, — сказал я в экран. — Ни тебе, ни Марьяне от нее не сбежать.

Бряцнул колокольчик, и в бар, виляя чешуйчатыми бедрами, вошла ни кто иная как Людмила, а за ней и еще десяток ящерок. Открыв рот, она хотела что-то сказать Борису, но тут все увидели меня.

Поднялся крик, и через секунду все упали на колени перед моим стулом.

— Повелитель! Вы вернулись!

Я улыбнулся. Эти зубастые мне всегда нравились.

Как ни странно, но они были не одни. К спине одной из ящерок была привязана какая-то женщина. При внимательном рассмотрении оказалось, что это ни кто иная, как Лукреция Ардова — главный вивисектор Инквизиции.

Была она серьезно ранена, а еще без сознания. Как ни странно, но на ее уста улыбка лежала до ушей.

— Их отряд разбили у одного из порталов, — заявила Людмила, ощупав Инквизиторшу, которую ящерки уложили прямо на барную стойку. — Выжила только она, и…

— Можно мы ее съедим, господин? — спросила одна из ящерок, и все сложили лапки в молящем жесте. Борис позеленел.

— С ума сошли? — охнула Людмила. — Вам монстров мало? Постыдились бы!

Тут я заметил на себе взгляд. Придя в сознание, Ардова вглядывалась в меня.

— Ты?.. — охнула она, приподнимаясь со своего места. — Я сплю?

Смотрела она мне в глаза. Впервые на ее лице не было ни тени ее обычного маниакального любопытства.

— Нет, — ответил я. — Лежи, Инквизитор. Ты хорошо выполнила свою задачу.

Ардова попыталась слезть со стойки, но сознание быстро покинуло ее. Поклонившись, ящерка унесли ее — «к остальным», как они выразились. Когда двери за ними закрылись, я покосился на часы — было уже около четырех.