— Бросай, идиот, она…

Алхимик вздохнул.

— Учебная. Так вы поняли или повторить?

Бойцы медленно вылезли из-под столов. Плюнули и, хрустя стекляшками под сапогами, быстро поставили столы на место и расселись на прежние места. Бориса «неминуемый взрыв» поймал с мусорным ведром в обмнимку, так что ему было совсем грустно.

Грустить однако ему не дали. Не успел последний боец сесть на свое место, как в кармане Кучерявого зазвонил телефон. Выслушав доклад, он кивнул остальным:

— Давайте дуйте к Бороде. Там что-то совсем нехорошее. Гранаты попробуете там же.

Кивнув, половина бойцов направились к выходу. Вскоре зарычали колеса, и они умчались. Стоило только реву моторов затихнуть, как порог пересекла еще группа женщин с детьми.

— Зараза, и откуда вас столько⁈ — воскликнул Борис, но и ежу было понятно, что в трущобах не так много мест, где можно отсидеться в относительной безопасности. Вот и прут к ним, словно им тут намазано.

Когда последняя беженка пропала в подвале, к ним заявилась еще группа. А потом еще…

— Это добром не кончится, — вздохнул Борис, дав добро размещать их по комнатам персонала, да и свою спальню пришлось отдать. Выгнать их на улицу было бы совсем плохим делом.

Однако не может же он вместить в баре все трущобы⁈

Из размышлений его вырвал телефонный звонок. Приняв вызов, Кучерявый нахмурился.

— Кто? Куда⁈ Откуда столько?

Он посмотрел на своих парней и кинулся на лестницу. Борис направился за ним — сам не зная зачем. Он давно слышал с улицы какие-то звуки, но гнал их от себя, ибо ему казалось, что у него просто разыгралось воображение.

Увы… Стоило только Кучерявому выбраться на крышу, а затем подойти к краю, как пулеметчик, засевший у поручней, дал очередь. А потом еще одну. А затем его оружие уже не умолкало.

На улице были монстры, и много. Очень много. И вся эта орава валила к бару.

В золотом дворце.

Сквозь плотно сомкнутые веки слышалась музыка, откуда-то звучали голоса, смех и еще какой-то навязчивый гул. Следом пришла ноющая боль — она и заставила Аристарха открыть глаза.

Моргая и морщась, он лежал на кровати в странном помещении, где даже стены были завешаны коврами. Под потолком клубился дым от курильниц, в узкие окна заглядывало солнце. Перед постелью Аристарх разглядел девушку в длинном одеянии. Стоило их взглядам пересечься, как она вскрикнула и, прикрыв лицо материей, кинулась вон.

За ней поднялся Аристарх — и потянулся к кувшину, стоявшему у изголовья. Жажда в нем проснулась лютая.

Тело под одеялом казалось чужим, так что прежде чем напиться, он умудрился разлить половину.

— Зараза…

Не остановился он до тех пор, пока сосуд не показал дно, а затем откинулся на подушки. Боль не ушла, а вот в голове стало куда яснее.

…И где же он оказался? Кто эта особа? И что случилось с Марьяной и остальными?

Последнее что он помнил, это как Зайцев сумел дотянуться до него своим мечом. Вспышка света, а затем он увидел перед собою Обухова. Сидя на золотом троне, парень напоминал дьявола в человеческом обличии. Весь в чешуе, с когтями и крыльями. Какая-то неведомая сила срывала с Аристарха доспехи, а все вокруг сверкало от золота — и пол, и стены, и потолок…

Бред. Настолько лютый, что мозг, наверняка, предпочел просто отключиться, чем продолжать разлагаться. Но… Что это за место? Неужто тот свет⁈

Непохоже. Судя по обстановке и одеянию той барышни, это не Королевство, а скорее нечто напоминающее…

Орду. В наказание его наверняка отдали в плен тайджи Удегею. Все ясно как день.

— И поделом… Старый дурак…

Устав терзать себя, Аристарх осмотрел свое тело — на месте доспехов были сплошные бинты, под которыми что-то мешалось.

Золото⁈ Он выгреб из-под бинтов целую горсть золотых монет с клеймом Орды. Они были даже на голове, которая тоже оказалась накрепко перебинтована. Ран под бинтами не было, и это при том, что доспехи рвали ему плоть при каждом непрошенном движении…

Раскрыть эту загадку ему не дали голоса, а затем и шелест шагов. Очень мягких, почти неслышных.

У него была ровно секунда. Вскочив на ноги, Аристарх едва не полетел на пол, но успел скользнуть за ширму. Открылась дверь, и в помещение вошли двое — та самая излишне скромная девушка и какой-то женственный мужчина в длинном богатом одеянии. Евнух, как пить дать.

При виде пустой кровати поднялся крик. Их язык Аристарх когда-то неплохо знал, но с тех пор утекло много воды. Ясно было одно — евнух очень огорчен, что постель с «Арис’Трахом», как его называли, оказалась пуста.

— Что значит, пропал⁈ — донеслось до разума Аристарха. — Как можно потерять раненого в его состоянии⁈ Да падет гнев Повелителя на твою пустую голову, женщина!

— Простите! Простите!

— Молить будешь Повелителя, если мы не найдем его!

Проклиная небеса, евнух выскочил в коридор. Плачущая девушка направилась следом. Аристарх тоже. Хоть его и мотало каждый шаг, но сидеть взаперти было выше его сил. Если это действительно Орда, то без боя он не сдасться. Да, родина теперь ему враждебна, но и тут оставаться себе дороже.

Поймав в зеркале свою новую внешность — никак не получалось привыкнуть к тому, что ему снова восемнадцать — он осторожно вышел в темный коридор.

— Ей, Арис’Трах⁈ Ты где, Шайтан!

Евнух с девушкой проверяли соседние комнаты, а он направился в противоположную сторону. Уже через десяток шагов у него с висков хлестал пот: эта небольшая прогулка стоила ему остатка сил. Отдыхать времени не было, ибо в коридоре вновь послышались мягкие шаги.

Его спасла незаметная ниша. В коридор вошли двое воинов в черном — кэшиктены.

— … Если он решит спорить с Повелителем, ему же хуже. На этот раз мы не оставим от его гадкой страны и камня на камне!

— Давно мы не ровняли города с землей. Уж и забыл как пищат рабыни.

Когда шаги с голосами начали удаляться, Аристарх направился дальше, и так, короткими переходами, он миновал несколько залов. Группки девушек курсировали из комнаты в комнату, на каждом повороте его подстерегал очередной охранник, а евнухи и вовсе ходили почти не издавая звуков.

Из обрывков разговоров челяди быстро стало ясно одно — это дворец правителя Орды, Великого Хана. Последнее место, где Аристарху хотелось бы оказаться. Поговаривали, что он сделан из чистого золота, и в это ему всегда слабо верилось. Однако поверхности не покрытые коврами действительно напоминали золотые…

Не успел он основательно удивиться этому факту, как ему снова пришлось прятаться — на этот раз его спас балкон. Закрыв за собой дверь, он буквально прирос к месту.

Небо было чистым, безмятежным и синим. Под ним все было затянуто в пыльную тучу, что поднималась от тысяч колес. Мимо дворца двигались колонны грузовиков и даже лошади с телегами. У обочины шагали бесконечные цепочки отрядов в черном. Все как один и люди, и животные, и техника двигались одним не останавливающимся потоком.

И это не было самым интересным. Дворец, ослепительно желтые стены которого буквально светились, он…

Он тоже двигался.

— Черт тебя…

Сначала Аристарх решил, что свихнулся, однако деревья с домами методично проплывали мимо. Никаких колес под стенами Аристарх не заметил, ибо дворец просто двигался, словно огромная золотая ладья. За ним до самого горизонта стелилась пыль.

На степи окружающее пространство совсем не походило, а значит, они все же не в Орде, а в более северных регионах. Ничего хорошего это не предвещало, ибо ордынцы выходят за пределы своего государства сугубо ради грабежа, дани или очередных завоеваний. Или всего сразу.

Сколько Аристарх себя помнил, Орда всегда была рада откусить от соседей небольшой кусочек, а потом, обложив народ данью, годами сосать из него кровь понемногу, чтобы в конце концов, сожрать уже с потрохами. Так погибли несколько крупных государств и бесчисленное количество мелких, пока Орда не встала на границах Царства. Кровь из него она сосала вот уже лет двадцать, и, кажется, это и были территории этой страны.