Рэд прилетел на следующий день. Схватил письмо и был таков.

Обратно драколис не вернулся.

В баре «Золотой котел».

Через десять лет после Победы.

— Борис! Пиво!

— Батя, дай сюда эту бочку!

— Я сам!

— Нет! Отдыхай, мы сами!

И отняв у него бочонок, близнецы покатили его к стойке. Справились они за какую-то минуту и на свое место важно взгромоздился кот Василий. На чересчур медленного Бориса он посмотрел с осуждением.

— Стар ты стал, чертов бармен… — вздохнул Борис, поймав взгляд потускневших глаз в зеркале.

Даже до своего места за стойкой дотащиться было той еще задачкой, куда там таскать эти бочки? Годы идут, а здоровее он не становится. Спина ни к черту. Да и колени давно стерлись. Если бы не помощь Миши и Маши он бы точно уже кончился.

В зале «Котла» сплошь новые лица. Из тех, кто посещал бар еще десять лет назад, осталась пара пьянчуг. Прочих унесло в какие-то неведомые дали жизни.

— Маша, за пятым столиком ждут заказ!

— У меня не десять рук, Миш. Сейчас отнесу я им эту яичницу!

Наблюдая, как близнецы хозяйничают в его баре, Борис не смог сдержать улыбки. Наверное, и его унесло бы куда-нибудь на дно, если бы он не взял сироток под свою крышу. После войны Город буквально полнился ими — вот и Маша с Мишей как-то заглянули к нему в бар. Вернее, в подвал, где оба пытались переждать проливной дождь. Борис испугался, что в подвале снова открылся портал, но потом признал в «монстрах» двух чумазых ребятишек. Четвертый год как они живут одной семьей.

По телевизору, тем временем, освещали очередную акцию протеста среди ящеров, или как они просили себя называть «людоящеров». На экране показывали толпу под красными флагами с изображением дракона. На плакатах было написано «Хвост это звучит гордо!», «Ящеры тоже люди», «Свободу королеве!», «Скоро Он вернется!»

Вот уже почти десять лет, как они требуют себе равных прав, официального признания церкви Дракона, а еще доступа к Башне, где якобы укрывают их «королеву». Все эти десять лет они вызывали среди жителей Города противоречивые чувства:

— Совсем охренели хвостатые! — воскликнул один из пьянчуг. — Сначала дай им доступ в школы и равную оплату труда, а дальше что? Заберут себе наших женщин⁈

Насчет женщин Борис сомневался, но вот старики и инвалиды войны к ним уходили в превеликом множестве. Кто от нужды, а кто по духовным причинам, ибо культ Дракона в Королевстве креп день ото дня. Даже сюда по паре раз в месяц наведывались проповедники, чтобы забрать парочку новых членов. Встречали их по разному… и все чаще с кулаками.

— Эй, нас кто-нибудь обуслужит⁈

— Маша, пятый столик!

— Иду-иду!

Схватив поднос, девочка побежала к столику, за которым восседала компания ящеров. Сидели они вдали ото всех, не шумели, пили одно молоко с перцем, однако народ это только распаляло.

— … Пришли… — шептали тут и там. — И чего места в Городе больше нет? Намазано им что ли тут?

— Борис, — шепнул бармену один из пьянчуг, — тебя не смущает присутствие этих уродцев?

Бармен покачал головой.

— Эти «уродцы», Никита, еще когда ты пешком под стол ходил, помогали освобождать Город от Изнанки, а их главная и вовсе вместе с Артуром сразила дракона. Посему в мой бар им вход свободный. Видел вывеску на выходе «Только для людей»?

— Нет.

— Вот! — и бармен поднял палец. — Потому что ее нет! Сиди и пей свое пиво.

Пробурчав что-то, Никита пропал в своем бокале, а Борис от греха переключил на другой канал. Однако там тоже передавали не самые оптимистичные новости:

— … И если испытания нового супер-оружия пройдут успешно, то Ганза получит преимущество для давления на Королевство. Наш источник утверждает…

Нет, это явно не то. Щелк!

— Исчез очередной золотой запас, и на этот раз жертвой таинственного похитителя стала Орда. Нашему репортеру не удалось взять комментарий у Хана, но, по слухам, она настолько рассвирепела, что чуть не задушивала своего…

Борис едва не выронил пульт. Эти таинственные «похищения» происходили с разницей в несколько лет и волною прокатывались по золотым запасам разных стран. Пару лет назад это некто основательно «пощупал» Ганзу, а теперь вот на тебе — Орда!

— Так им! — хохотнули среди пьянчуг. — Меньше будет задаваться эта мерзкая предательница!

…И кажется, Борис знал, кто всему виной. Если так пойдет дальше, то золото станет самым редким металлом на планете. При одной мысли о том, что «кое-кто» будет делать с золотым запасом всего мира, по спине пробежались мурашки.

От греха он снова переключил канал, и попал на новости освоения космоса. Вот-вот, и первые космонавты Королевства грозились высадиться на Луне.

— Фух, так-то лучше…

Увы, нет. Новости прикатились к ним сами — со стороны парка, который разбили на месте битвы с драконом. В центре возвышался ростовой памятник королю Артуру, доброму правителю, снискавшему хорошую славу и среди ящерок, и среди людей. Под ними очень любили собираться поэты, музыканты, а еще протестующие. Их яркие плакаты и показались у окон бара.

— Позор! Позор! Позор!

Через пять минут площадь была забита подчистую. С каждым выкриком лица пьянчуг все быстрее краснели, а Никита и вовсе начал зеленеть. Поняв к чему идет дело, ящеры попятились к выходу.

— А яичница! — нахмурилась Маша, но эта парочка уже пропала снаружи.

Тем временем, на площади показались журналисты, а с ними и полиция прискакала. Увидев по телевизору свой собственный бар, Борис скорбно почесал бороду.

— Сейчас опять начнется…

Еще не хватало, чтобы они снова решили окопаться в баре. Прошлогодний штурм бара омоном, конечно, был не таким веселым, как война с Изнанкой, но тоже ничем хорошим не закончился. «Золотой котел» давно был у власти на карандаше, как «нелояльное место», а тут еще и по телевизору «засветился».

Ну хоть нет самой главной подстрекательницы. И нам то спасибо.

— Смотрите! — ткнула Маша пальцем в окно. — Тетя Люда опять выступает!

— Не говори чепухи. Тетя Люда сей… — заикнулся Борис, но впрямь увидел среди знамен знакомую физиономию. — Люда⁈

Ящерка Людмила стояла на постаменте памятника, словно на трибуне, размахивая Писанием. Под прицелами камер она рассказывала о том, как тяжело живется ящеркам в…

— … Условиях расового гнета! Нас не признают, как равных! — кричала она, пока толпу окружали полицейские со щитами. — Но мы будем бороться, пока Корона не признает нас как людоящеров! Да здравствует свободное общество без предрассудков по наличию или отсутствию хвоста! Да здравствует Дракон! Свободу Королеве Крови!

Толпа разразилась радостными криками. В этот самый момент в щиты начали долбить дубинками. Все проезжающие мимо машины отчаянно сигналили, из них кричали:

— Валите в свою Орду, сволочи!

— Да, такие как вы, в самом почете в Орде!

— Пусть валят хоть на Луну!

В ответ посыпались ответные оскорбления. Ситуация начала накаляться, ибо тема с Ордой была не из веселых. Там ящеров и в самом деле привечали — и явно в пику Королевству, где им разрешали селиться только вне городов или в канализации.

С трудом поднявшись со стула, Борис взял трость и направился вон из бара. Снаружи «Золотой котел» выглядел совсем игрушечным, почти затерявшемся в чудовищно разросшимся городском массиве. И в прошлые времена бар со всех сторон зажимали многоэтажки, но за последние десять лет полуразрушенные здания снесли, а на их месте построили настолько высокие дома, что они могли поспорить с Башней. Временами Борису снился сон, что, рано или поздно, его бар, как и лачугу Силантия, «поднимут» к самому небу, а потом сбросят оттуда прямо в залив. Просыпался он в холодном поту. Урбанизация — страшная сила.

— Батя!

Борис обернулся. Близнецы опять пытались загнать его в бар! А еще эти любопытные носы с пивными кружками — облепили все окна.