Дёрнувшись, я нажимаю Enter.

Глаза расширяются, когда появляются результаты поиска.

Местный житель Эйден Мёрфи скончался в возрасте двадцати восьми лет после убийства нескольких человек в их доме.

Убийца Эйден Мёрфи заколот ножом одним из его жертв. Оба скончались сразу.

Сообщество SCHS потрясено жестоким убийством любимых выпускников, звёзд футбола.

Мне с трудом удаётся сглотнуть из-за сухости в горле. Я никогда не слышала ни о чём подобном. Полагаю, это не должно удивлять — в моих краях люди умирают постоянно, и, не смотря новости, никогда не узнаешь. Дрожащей рукой провожу мышью к первой ссылке и щёлкаю. Новостная статья, кишащая всплывающей рекламой, атакует глаза, но я всё равно пытаюсь сфокусироваться на тексте.

В пятницу, 13 декабря 2019 года, местный житель Эйден Мёрфи был признан мёртвым на месте после того, как заколол несколько молодых людей в их доме. После дальнейшего расследования полиция обнаружила связь между убийцей и его жертвами. Выяснилось, что у Мёрфи и одного из погибших, Нейта Питерса, была давняя история, уходящая корнями в детство. Известно, что у двоих были разногласия ещё в средней школе, классический случай «аутсайдера против …квотербека, но, казалось, они примирились в последние годы, их видели на одних и тех же вечеринках. Источник, близкий к жертве, сообщает, что видела их в дружеской беседе несколько раз. Никто не уверен, что послужило катализатором нападения.

В тексте встроено полноцветное изображение Эйдена. Моего Эйдена.

Под ним — фотография дома, в котором я сейчас живу, во всей его очаровательно растрёпанной красе, вплоть до шезлонгов и облупившихся ставень.

Я откидываюсь назад, пытаясь осмыслить прочитанное. Эйден — убийца? Призрак и вправду может быть Эйденом? Если это правда, то я не только занималась сексом с призраком, но и с убийцей? Я вскакиваю с места и открываю крышку унитаза как раз вовремя, чтобы меня вырвало в него. Пустые спазмы прокатываются по телу, пока оно наконец не принимает, что больше ничего не выйдет. Смываю и чищу зубы, тело обмякает под тяжестью гравитации, угрожающей притянуть меня к полу. Сердцебиение, спотыкающееся в груди, причиняет боль, пока я плетусь обратно в комнату. Останавливаюсь в нескольких шагах от компьютера, уставившись на светящийся экран, и раздумываю, смогу ли прямо сейчас узнать больше. Мой бурлящий желудок принимает решение за меня.

Неуверенными руками я откидываю покрывало на кровати и забираюсь под него. Рассеянно глажу озадаченного Бинкса по голове, пока разбираю по кусочкам каждую часть информации из статьи. Но нет сомнений — человек на фотографии был тем же самым, которого я нашла сидящим на моей кухне без приглашения, тем самым, кому позволила трахнуть себя, тем самым, кому доверилась, что он не причинит вреда.

Единственный вопрос теперь: действительно ли призрак-ублюдок в моём доме — это Эйден, или он лжёт. Не знаю, готова ли я к ответу.

Глава двадцать третья

30 апреля 2021 год – полтора месяца спустя

Размолвка с моим призраком… другом… и информация, которую я узнала об Эйдене, оказались слишком тяжёлыми. Последние полтора месяца прошли как в тумане: столько дней, проведённых в постели, отгородившись от мира, в дымке алкоголя, травки и кокса, что даже мои самые жёсткие вечеринки не сравнятся. Мне пришлось позволить себе полностью отключиться. Всё стало слишком реальным и слишком молниеносным. Слава Богу, я сама себе начальник, иначе меня бы уже точно уволили.

Даже Ава, с которой я редко общаюсь, заглянула ко мне из-за беспокойства, вызванного моим ответом на её сообщение, который, видимо, заставил её материнские чувства зашевелиться. Я позволила ей принести мне еды и немного помочь с уборкой, но через пару дней всё снова скатилось в дерьмо.

Правда была в том, что как бы я ни пыталась выбросить это из головы. С тех пор как я прочитала те новостные статьи, я едва могу думать о чём-либо другом, если только не выпадаю из реальности. Я отстаю по работе, не могу дочитать книгу, и даже во сне не могу избежать потребности в ответе. Моё подсознание тоже думает только об Эйдене. Кошмары, которые мне снились сначала, были ужасающими: он весь в крови, на полу бесформенные мёртвые тела, и зловещее призрачное присутствие следует за ним. Но тот кошмарный вариант — не тот Эйден, которого я знаю. Тот, который теперь приходит в моих снах, — это тот, кто смотрит прямо в мою душу своим пронзительным голубым взглядом. Прошлой ночью мне снилось, что он заперт в доме, охваченном пожаром, а я отчаянно пытаюсь выпустить его. Я проснулась со слезами на лице. Это был последний толчок, чтобы найти ответы, в которых я так отчётливо нуждалась. Я просто хочу знать, кем он был на самом деле.

Я говорю себе, что это ради безопасности — если он и призрак одно и то же, я должна знать, с кем живу. Более честная часть меня знает, что моё колебание вызвано необъяснимой привязанностью к нему. Любой рациональный человек просто немедленно вызвал бы специалиста, чтобы изгнать призрака — особенно того, который, скорее всего, является духом убийцы.

Вместо того чтобы читать больше статей, которые, вероятно, сенсационно искажали бы детали, я решаю пойти прямо к источнику. Страшно, как легко найти чей-то домашний адрес. Быстрый поиск по имени «Эйден Мёрфи» даёт адрес всего в нескольких милях по шоссе. Более свежий появляется в Нью-Йорке, но, надеюсь, его родители всё ещё живут в том доме. Полагаю, мне просто придётся поехать туда и выяснить.

Ком в горле мешает дышать, пока я поднимаюсь по ступенькам маленького зелёного дома и стучу. Каждая мышца в теле напряжена и готова бежать, если только дверь не откроется, но как раз когда я собираюсь уйти, женщина с тёмными волосами и грозовыми глазами Эйдена открывает дверь. Возврата назад теперь нет.

«Я могу вам помочь?» — доброжелательно спрашивает мать Эйдена. Её голос лёгок, но я вижу глубокую печаль в тёмных мешках под глазами и впадинах на щеках.

Я прочищаю горло. «Да, эмм… Простите за беспокойство, но я дружила с вашим сыном до его смерти. Я в городе в командировке и надеялась, что смогу поговорить с вами о нём».

Её брови сдвигаются, губы дрожат, но она быстро берёт себя в руки. «Ах, да, вы, должно быть, кто-то, с кем он познакомился в Нью-Йорке. Как вас зовут?»

«Скай», — отвечаю я, не отрывая взгляда, пытаясь дать понять, что она может мне доверять.

«Здравствуйте, Скай, я Эрин. Пожалуйста, заходите». Она открывает дверь шире и отступает. «Присаживайтесь на диван. Я сейчас подойду».

Когда она заворачивает за угол, предположительно на кухню, я вхожу ближе к галерее семейных фотографий на стене. Не могу представить, как тяжело смотреть на них каждый день. На одной из старейших фотографий, как я полагаю, сестра Эйдена валит его на землю, их праздничные колпаки съехали с головы. Глазурь покрывает их улыбающиеся лица; очевидно, они близнецы, почти неотличимые в том возрасте, если не считать её чуть более мягких черт и праздничного платья, контрастирующего с его джинсами и футболкой. Некоторые вещи никогда не меняются, полагаю.