Правда, мнение слуги целиком и полностью разделяла и бывшая герцогиня де Брилье.

Это что же получается? Привезённая девица, будучи у себя дома, производила впечатление робкой и глупой, если всё же верить старухе, а на самом деле скрывала в себе целый вулкан чувств и способностей?

Я облегчённо выдохнул. Это всё же она, моя прелесть. А ведь спроси меня кто о ней, я бы дал этой девушке уже третью характеристику, совершенно отличную от двух предыдущих...

Но какая сила дара, однако! Какая смелость и отвага! Кстати, оба де Брилье, ворвавшись в комнату пленниц, где к тому моменту валялась лишь полудохлая мамаша, больше никого там не нашли. При этом окно было распахнуто настежь и прямо в окне торчал острый сук старого дуба, росшего неподалёку, неведомо как в сим окне оказавшийся.

Старый пень де Брилье ломанулся было к окну, но был опять же неведомо как откинут этим самым суком, острой его стороной, естественно. При этом сук ещё и пропорол старикану кое-что, над чем менталисты потом хохотали довольно долго.

То есть по итогу-то получается, что это моя прелесть, моя лесная фея, моя сладкая волшебница отважно возглавила побег ранее похищенных девиц знатных кровей из этого вертепа, во что превратили одно из ценнейших чудес нашего мира, волшебный замок, его непутёвые хозяева. То-то замок вышвырнул их как куски дерьма, едва не размазав у наших ног. Слуга, кстати, приземлился довольно-таки мягко.

Ладно, то, что этот маленький отряд со своим прелестным предводителем пределы замка покинул, это понятно. Но дальше? Возможно, моя маленькая в курсе не была, но в каком бы праведном гневе ни пребывал обиженный, преданный хозяевами, оскорблённый замок, его магия в принципе не способна была причинить вред волшебнице, ведь природа у них одна. Сила магии в тот момент была разрушительна лишь для простого люда без дара.

Девицы, сопровождающие мою маленькую, тоже все знатного рода, соответственно дар у них есть. Погибнуть они не могли. Но и находиться на застывшей территории, прилегающей к замку, они не могут по определению. Там сейчас жизни, по сути, и нет.

А та жизнь, которая не успела унести ноги или лапы, ту вынесло последними, уже значительно ослабленными порывами магии, причём опять же к нашим ногам, поскольку источник отражения сил замка был именно у нас.

Девушек не было. Я бы заметил. Да, моя прелесть, даже не сомневайся, я бы схватил тебя и прижал к себе так крепко, что ты забыла бы обо всём на свете. Бесит то, что, если бы не необходимость ставить защиту для простого люда, я успел бы её найти! Ведь я чувствовал, что она где-то рядом. Мне даже казалось, что я слышу, как испуганно бьётся её сердечко, как у маленькой прелестной птички.

Если бы у меня было время в тот момент обратиться к глубинной силе дара, если бы было... Но мы должны были поставить щит, без этого никак. Но я всё время чувствовал её где-то рядом, и был уверен, что легко найду её. А потом в один из моментов я скорее почувствовал, чем увидел, вспышку портала в самой гуще разгулявшейся магической стихии. И всё. Наша связь не прервалась, нет. Но она ослабла до предела. Прочный канат превратился в тоненькую нить.

Это значит только одно. Она где-то очень и очень далеко от меня, значительно дальше, нежели была доселе. Да, она жива, я чувствую это, так же как точно знаю, что в противном случае я бы умер. Нет, физически я бы жил, конечно. Жил и выполнял бы свой долг перед королевством, но часть моей души была бы мертва однозначно...

Этон Сегодня прибыли из приграничья семьи всех тех, у кого последнее время пропадали дочери.

Вернее сказать, это мы вызвали семьи, коих беда с дочерями постигла в последнее время. Но отчаявшиеся родителя термин последнее время поняли по-своему. В итоге ровно сто двадцать семей с портретами своих дочерей стоят сейчас у ворот дворца. Да, именно стольких невинных девиц лишилось наше королевство за последние тридцать лет, именно стольких.

К счастью, слуга де Брилье, который с готовностью сотрудничает с нами, помнит чисто внешне всех девиц в момент их прибытия, так как затем, по его словам, внешность девиц изменилась настолько разительно, что они напоминали живых мертвецов, не больше, не меньше. Так что наших девиц придётся вычислять с его помощью. Похвально инициативный слуга весьма помогает нам, так как этот говнюк Антуан не соизволил толком запомнить даже имена всех похищенных девиц, что уж говорить об имени рода.

Папане тем более до этого никакого дела не было. Так что придётся сопоставлять даты, города, приметы, память слуги. К сожалению, использовать память самих преступников возможным уже не представляется, так как после нашего, назовём это оперативным, вмешательства они, как это говорится, навредить уже точно никому не смогут.

Соответственно, и помочь тоже.

Снаружи общий гомон толпы, которую мы сейчас пытаемся оперативно разделить всё же по временному принципу пропаж девушек, перекрывает пронзительный звук охотничьего рога.

Какой-то довольно-таки упитанный, очень представительного вида богато одетый мужчина средних лет, явно относящийся к знати, уверенно прокладывает себе дорогу среди явно растерявшихся от такого напора несчастных родственников наших пропаж.

Мужчина периодически трубит в рог, привлекая к себе внимание, затем по-хозяйски расталкивая толпу, уверенно двигает к дворцовым воротам. Хитрец рассчитал абсолютно верно. Вскоре, согласно моему приказанию, он, сопровождаемый Сайреном, бодро входит в мой кабинет. И я почему-то сразу понимаю, кто он!

Мицариелла.

Ярко светит солнце, его волшебные золотистые лучи пронизывают всё вокруг.. Море, чудесное синее-синее море плещется у моих ног.. Свежий морской бриз смешивается с чудесным ароматом множества прекрасных роз... Розами усыпан весь берег и дальше, дальше, насколько хватает взора. Я заворожённо любуюсь чудесным волшебным ковром, прекраснее которого не вообразить.

Мои распущенные волосы ласково колышет лёгкий ветерок, нежным солнечным теплом окутывает меня всю. Ощущение счастья переполняет меня. Я раскидываю руки как крылья! Мне кажется, я полечу сейчас, как птица, вот только разбегусь посильнее и полечу далеко-далеко... Я бегу по берегу среди роз, далеко впереди я вижу кого-то. Я не сомневаюсь, что этот кто-то счастлив так же, как и я сейчас, ведь иначе просто не может быть.

Этот кто-то идёт мне навстречу, он всё ближе и ближе. Вот он замечает меня и срывается с места навстречу. Это Этон, конечно же, это он! Мы летим навстречу друг другу всё быстрее и быстрее!

Моя любовь всё ближе, я знаю, сейчас мы встретимся... Я прижмусь к нему сильно-сильно, так, что он забудет обо всём на свете. И я забуду обо всём на свете...

Оглушительный крик раздаётся внезапно, сбивая меня с ног. Что-то запуталось у меня в волосах, и тьма вдруг накрывает всё вокруг. Я зову Этона, но мой крик тонет в чьём-то оглушительном крике.

Крике? Визге? О Триединая Сестра, что это?

Я вдруг понимаю, что я лежу на чём-то жёстком, что у меня неудобно подвёрнута рука, что в моих волосах копошится что-то горячее и что этот оглушительный визг мне хорошо знаком.

- Да закрой же ты уже рот, Алисия, - слышу я в небольшом промежутке тишины, который, видимо, иногда всё же требуется источнику этого кошмарного звука.

- Ты же видишь, что эта змея сама боится тебя, вот и ищет защиту у нашей госпожи...

Что? Я вскакиваю, окончательно проснувшись и с горечью осознав, что это был всего лишь сон. Я всего лишь спала, а в волосах у меня запуталась всё та же неуклюжая толстая змея, которая имела несчастье столь неудачно столкнуться с Алисией там, в лесу близ замка.

Я мгновенно вспоминаю всё, с тревогой оглядываюсь вокруг, проверяя, все ли в сборе, все ли здоровы, никто ли не пострадал. Слава Триединой Сестре, все девушки выглядят даже лучше, нежели ранее, в лесу близ замка, даже Алисия, которая, зажав рот рукой, с ужасом смотрит на запутавшуюся теперь уже в моих волосах змею.