— Возможно. Однажды он упомянул, что работает в нескольких штатах. Может, есть другие команды, как наша. Но имен он не называл.

— Клиенты. Вы когда-нибудь встречали их?

— Нет. Никогда. Санторо держал нас отдельно. Я не видел клиентов, клиенты не видели меня. Элис их тоже не видела. Только Санторо знал всех.

— Но Элис упоминала что-то о клиентах?

Рэй задумался.

— Пару раз. Она сказала, что Санторо говорил по телефону с клиентом. Упомянул слово «судья». Элис подумала, что один из клиентов судья. Но имени не слышала. В другой раз он упомянул «доктор», уже в разговоре со мной.

Судья среди клиентов. Если это правда, будет громкий скандал.

— Что еще вы можете сказать о Санторо? Семья, привычки, слабости?

— Женат, двое взрослых детей. Жена не знает о его нелегальном бизнесе, думает, что он занимается недвижимостью. Санторо осторожен, он параноик. Всегда проверяет, нет ли слежки. Меняет маршруты и телефоны. Но у него слабость, это деньги. Он очень жадный. Всегда хочет много.

— Есть еще что-то, что мы должны знать?

Рэй молчал несколько секунд, думал.

— Записи. У Санторо есть записи. Элис говорила, что видела, как он записывает в блокнот имена, даты и суммы. Ведет учет. Если найдете блокнот, там будет все — клиенты, доходы, другие исполнители, если они есть.

— Где Санторо хранит блокнот?

— Не знаю. Может, в офисе. Может, дома. Или в сейфе в банке. Элис не знала.

Блокнот ключевая улика. Нужно найти при обыске.

Я посмотрел на Дэйва. Он кивнул, вопросов больше нет.

Посмотрел на часы. Допрос шел час с лишним.

— Мистер Делани, это все на сегодня. Ваши показания записаны, будут напечатаны. Вы подпишете протокол. Вас отведут в камеру. Есть еще вопросы?

Рэй посмотрел на меня.

— Пожалуйста, скажите семьям детей, что я сожалею. Знаю, это ничего не меняет. Но я сожалею, очень сожалею.

Я встал.

— Слова не вернут детей, мистер Делани. Только действия имеют значение. Если ваши показания помогут разгромить сеть педофилов, вы сможете искупить часть вины. Это единственное, что вы можете сделать сейчас.

Я вышел из комнаты. Дэйв шел следом.

В коридоре он остановился, и шумно выдохнул.

— Сукин сын! Ты слышал? Он сожалеет? Я едва не влепил ему в рожу! Еле сдержался.

Я покачал головой.

— Мы должны быть профи до конца. Как ни крути, мы получили все, что нужно. Этого достаточно для ареста.

Мы поднялись на третий этаж. Томпсон разговаривал с Харви. Маркус сидел за столом, изучал карту Филадельфии. Джерри печатал.

Томпсон обернулся.

— Ну как все прошло?

— Да, сэр. Он дал показания. Делани подтвердил все. Санторо организатор, Элис куратор. Упомянул, что Санторо ведет записи в блокноте.

— Хорошо. Я передал информацию в Филадельфию. Ордер на обыск офиса и дома готов. Завтра в шесть утра одновременный рейд. Митчелл и Уильямс, вы выезжаете в Филадельфию. Встретитесь с командой и участвуете в рейде.

— Понял, сэр. Мне нужно написать отчет по допросу Делани.

— Давай делай. Потом готовься к выезду. Завтра у вас важный день.

Я сел за стол, взял чистые листы бумаги и начал писать отчет. Дата, время, участники допроса. Краткое изложение показаний Делани. Ключевые факты.

Писал быстро и четко. Когда закончил, отдал Джерри, а он напечатал три копии на машинке с копиркой. Одна для дела, одна для прокурора, одна для Филадельфии. Позвонил домой и предупредил Дженнифер о том, что уезжаю.

Маркус подошел, держа дорожную сумку.

— Готов к поездке?

— Да. Поехали.

Мы попрощались с остальными и спустились на парковку. Сели в служебную машину, черный Форд седан. Маркус за рулем, я рядом.

Выехали из Вашингтона в семнадцать десять. Филадельфия в ста тридцати милях на север, два с половиной часа езды. Приедем около восьми вечера.

Я смотрел в окно. Солнце клонилось к горизонту.

Мы прибыли в Филадельфию в девятнадцать часов сорок две минуты. Маркус вел машину последние двадцать миль, а я смотрел в окно.

Город встретил нас огнями. Всюду светили уличные фонари, витрины магазинов и фары встречных машин. Здания высокие, кирпичные и каменные. Улицы узкие, старые, мощеные булыжником в историческом центре и асфальтом на окраинах.

Маркус свернул на Шестую улицу и притормозил у высокого здания из серого камня. Федеральный суд, семь этажей, окна прямоугольные, на фасаде флаги, американский и Пенсильвании. Латунная вывеска над входом: «Федеральный суд Соединенных Штатов — Региональный Офис ФБР».

Припарковались на служебной стоянке сзади здания. Вышли из машины и взяли сумки. Воздух прохладный, влажный, пахло выхлопными газами и рекой, ведь Делавэр в нескольких кварталах отсюда.

Вход через заднюю дверь, охранник проверил удостоверения и пропустил нас. Лифт на пятый этаж, длинный коридор, серый линолеум, бежевые обои на стенах. Офис ФБР в Филадельфии находился за двойной стеклянной дверью.

Внутри приемная. Секретарша сидела за столом, женщина около сорока лет, темные волосы строго причесаны, на носу очки. На ней был строгий деловой синий костюм и белая блузка. Она печатала на машинке и подняла голову при виде нас.

— Агенты Митчелл и Уильямс из Вашингтона?

— Да, мэм, — ответил Маркус.

— Агент МакКлейн ждет вас. Конференц-зал, третья дверь слева.

Мы прошли по коридору. Двери кабинетов закрыты, рядом висели таблички с именами. Третья дверь была открыта, внутри горел свет и слышались голоса.

Вошли.

Конференц-зал средних размеров и прямоугольный. Длинный стол на двенадцать человек, стулья с кожаными сиденьями. У дальней стены доска на треноге, к ней кнопками приколота карта Филадельфии и пригородов. Рядом фотографии: Виктор Санторо, его дом, офис «Santoro Realty».

За столом сидели трое. Мужчина лет пятидесяти встал и подошел к нам навстречу.

Высокий, рост около шести футов двух дюймов, широкие плечи, спортивное телосложение. Седые волосы коротко острижены, лицо обветренное, вокруг глаз морщины. На нем был темно-синий костюм, белая рубашка и бордовый галстук.

— Агент Митчелл? Роберт МакКлейн, руководитель филадельфийского офиса.

Пожал руку. Рукопожатие твердое и уверенное.

— Приятно познакомиться, сэр. Это агент Уильямс.

Маркус пожал руку МакКлейну.

— Садитесь, господа. Познакомлю с командой.

Женщина за столом встала. Около тридцати пяти лет, среднего роста, стройная.

Рыжие волосы до плеч, уложены волнами. Лицо серьезное, на щеках веснушки, зеленые глаза. На ней серый брючный костюм, белая блузка и узкий галстук, что необычно для женщины, но она и так одна из первых агентов ФБР женского пола.

— Специальный агент Кэтрин О’Коннор. Моя квалификация — организованная преступность.

Пожал ей руку. Рукопожатие крепкое, не уступает мужскому.

— Приятно познакомиться.

Второй мужчина за столом кивнул, не поднимаясь. Около тридцати лет, худощавый, темные волосы зачесаны назад. Очки в тонкой оправе, карие глаза. На нем был коричневый костюм и бежевая рубашка.

— Агент Дэниел Картер. Работаю с финансовыми преступлениями.

Мы сели за стол. МакКлейн занял место во главе, я напротив, Маркус рядом со мной. О’Коннор и Картер по бокам.

МакКлейн открыл папку и достал документы.

— Итак, господа. Получили ваше досье на Виктора Санторо сегодня днем. Впечатляющая работа. Вы связали пять похищений в разных штатах, вышли на исполнителя, через него на куратора и самого организатора. То есть Санторо. Спасли похищенного ребенка. Отличный результат. Вы там в Вашингтоне не только штаны умеете просиживать, а?

Он захохотал. Я вежливо улыбнулся.

— Спасибо, сэр. Команда работала на редкость слаженно.

— Задержанный дает показания?

— Да. Он дал полный расклад. Подтверждил, что Санторо организатор, он платил пять тысяч за ребенка, продавал клиентам за пятьдесят. Шестеро детей за два года. Один найден мертвым, четверо пропали, одна спасена.