Перед ним уже стоят кофе и пирожные, и он машет рукой, чтобы привлечь моё внимание.

– Привет, – осторожно приветствует меня Тайлер, когда я занимаю прежнее место Джека и вешаю куртку на спинку стула, ставя спортивную сумку рядом с собой.

– Я, эм... – он указывает на черничный маффин и песочное печенье “миллионер” на тарелке передо мной. – Я не был уверен, что из этого тебе понравится больше, поэтому взял оба, – улыбается он. – Я знаю, ты любишь чернику и шоколад, поэтому я решил, что это лучшие варианты.

Я продолжаю смотреть на угощения передо мной, не вникая в то, что он говорит, и, следовательно, позволяю своему рту опередить мозг.

– Вообще-то, я сейчас немного перехожу на булочки, но это тоже вкусно. Так что спасибо.

Тайлер склоняет голову набок, сложив руки на столе.

– Ты никогда не упоминала об этом раньше, но если хочешь, я могу поменять...

– Нет, нет, всё в порядке, – поспешно выпаливаю я, а затем прочищаю горло, злясь на себя за то, что вообще что-то сказала. – Итак, ты хотел поговорить?

Левой рукой Тайлер чешет висок.

– Да.

– О чём? – спрашиваю я, решив, что он должен раскрыть свои карты и начать разговор, хотя бы раз в жизни. Ему требуется всего пара секунд, чтобы заговорить снова, но кажется, что прошла вечность.

– О нас.

Добавляя в кофе сахар, я беру ложку и начинаю помешивать его — любой предлог, чтобы избежать зрительного контакта. Я не хочу показаться грубой, но атмосфера между нами кажется неловкой, и я изо всех сил стараюсь выдержать её.

Верни ему его сумку и покончи с этим, Кендра.

Я делаю глубокий вдох, прежде чем заговорить.

– ‘Нас’ больше нет, Тайлер. Я думала, что я здесь для того, чтобы мы могли прояснить ситуацию и двигаться дальше.

Наклоняясь, я беру его спортивную сумку и протягиваю над стол между нами.

– Я думаю, это всё, что ты оставил у меня дома. Там было немного, так что я смогла вместить всё сюда.

Я продолжаю держать сумку в вытянутой руке, но когда Тайлер не берет её, я, наконец, набираюсь смелости посмотреть на него.

– Возьми её, пожалуйста.

На его лице отражается разочарование, когда он протягивает руку и цепляется за один из ремешков.

– Это твоя сумка.

– Оставь себе, – отвечаю я, махнув рукой перед собой. – Она старая, со времен университета. Я ею больше не пользуюсь.

Вокруг нас продолжаются разговоры, прерываемые звоном тарелок и шумом кофеварки, пока я жду, когда Тайлер заговорит снова. Он вытягивает шею и смотрит в потолок.

– Прости.

Я киваю в знак признательности. Я не особо ждала от него извинений, но я ценю это, даже если они запоздали на годы.

– Мы можем хотя бы попытаться стать друзьями? – спрашивает Тайлер.

Я думаю, мы оба знаем, что шансы на то, что мы станем друзьями, невелики, тем более что единственное, что у нас есть общего, – это город, в котором мы живем. Но я не хочу рисковать ещё одним спором.

– Конечно, – отвечаю я, одаривая его своей лучшей, но в конечном итоге слабой улыбкой.

Тайлер достает свой телефон и начинает что-то смотреть. Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Он никогда не мог уделять мне всё своё внимание; интерес к его последним публикациям в социальных сетях и шумиха вокруг них всегда оказывались для него намного более увлекательными.

Он задумчиво поджимает губы.

– В таком случае, я думаю, это хорошая идея – пойти на гала-концерт на следующей неделе вместе. Я знаю, что мы были бы друзьями, но мои мама и папа задают вопросы о нас с тех пор, как прочитали слухи о том, что мы расстались в плохих отношениях, и папа обеспокоен тем, что это плохо отражается на мне. Так что, если мы пойдем вместе и дадим понять, что идем как друзья, тогда, я думаю, это поможет.

– Гала? – спрашиваю я, глубоко вздохнув. – О чём ты говоришь?

Тайлер хмурит брови.

– Ежегодный гала-концерт профессиональных спортсменов, Кенд. Тот, на котором мы присутствовали в прошлом году. Ну, знаешь, тот, что...

– Я помню, – прерываю я его.

Чёрт.

У меня сводит живот. Из-за всего происходящего я как-то умудрилась забыть, что NYPAG – гала—концерт профессиональных спортсменов в Нью-Йорке – будет в следующую субботу вечером. Все электронные письма с напоминанием об этом до сих пор остаются непрочитанными в моём почтовом ящике.

Делая глоток кофе, чтобы выиграть себе ещё несколько секунд на размышления, я ставлю чашку обратно и смотрю на Тайлера.

– Итак, ты хочешь, чтобы я пошла с тобой, чтобы помочь твоей репутации? – в моём голосе звучит недоверие. Мне никогда не нравился отец Тайлера, но теперь я начинаю понимать, откуда у моего бывшего парня такие эгоистичные пристрастия. – Я не думаю, что это хорошая идея.

– Почему бы и нет?

Я делаю ещё глоток холодного кофе.

– Потому что я не пешка в твоей пиар-игре.

– Ха, – фыркает он и поглаживает свой грубый подбородок. – Это потому, что у тебя уже есть пара на гала-концерт?

Я недоверчиво качаю головой.

– Почему ты так думаешь?

– Потому что, Кендра, – он протягивает руку, указывая на меня. – Ты, кажется, чертовски быстро забыла о нас. Четыре года, – он повышает голос и обводит взглядом кафе, чтобы убедиться, что никто не заметил. Его голос понижается до шепота. – Четыре года мы были вместе, а теперь ты двигаешься дальше, как будто меня никогда и не существовало.

Впервые с тех пор, как я себя помню, я вижу что-то похожее на сожаление на лице моего бывшего парня.

– Я ни с кем не встречаюсь, – подтверждаю я. – Я просто уделяю больше времени себе и устанавливаю границы прямо сейчас. Большая часть боли была причинена мне за месяцы, может быть, даже за годы до того, как мы расстались. Год назад ты поставил мне ультиматум – футбол в Великобритании или мы. Я выбрала нас и последовала за тобой в этот город только для того, чтобы ты, в итоге, кинул меня.

– Что ж, всё, что я могу сказать, это то, что мне очень жаль, – в голосе Тайлера слышится раздражение, которое подсказывает мне, что его слова, возможно, не совсем искренни.

Мне не нужна его жалость.

– Всё в порядке. Теперь всё в прошлом.

Когда между нами снова воцаряется тишина, я отодвигаю свой стул, не в силах больше выносить эту атмосферу.

– Куда ты идешь?

Я пододвигаю к нему маффин и печенье.

– Вот, возьми их. Думаю, мы сказали всё, что нужно.

Я тянусь за курткой, висящей на спинке стула, когда телефон Тайлера привлекает моё внимание. Он находится на другой стороне стола, но сообщение легко увидеть.

Неизвестный:

«Просто хотела сказать, что та ночь была потрясающей. Ты был потрясающим. Нам обязательно нужно как-нибудь повторить это. *подмигивающее лицо*»

Когда мы встречались, мысль о том, что Тайлер уйдет к другой женщине, вызывала у меня тошноту. В какой-то степени, возможно, именно это помешало мне покончить с нашими отношениями раньше – страх причинить боль.

Но когда я натягиваю куртку и убираю волосы за воротник, я ничего не чувствую. Полное безразличие. Единственная эмоция, пронизывающая меня, – это закипающий гнев, который я испытываю из-за его дерзости возражать против того, что я, возможно, встречаюсь с кем-то другим.

Это было то завершение, в котором я нуждалась.

Я указываю на его телефон, в то время как Тайлер продолжает наблюдать за мной, на этот раз не обращая внимания на светящийся экран слева от него.

– Похоже, Неизвестный сможет быть твоей парой в следующую субботу.

Безразличие, которое я чувствовала десять минут назад, длилось недолго.

Как только я вошла в квартиру Джека, я сразу же направилась в свою спальню, даже не остановившись, чтобы проверить, в гостиной ли он.