Я:
«Я хочу сказать "апрель".»
ДЖЕК:
«Нет.»
Я:
«Ты скажешь мне?»
ДЖЕК:
«Нет.»
Из моей груди вырывается смешок.
Я:
«Ладно, попробуй что-нибудь другое.»
ДЖЕК:
«Ладно, Харт, последний шанс.»
У меня в животе порхают бабочки. Почему, чёрт возьми, я нахожу то, во что играла в младших классах, таким чертовски захватывающим? Это итог того, во что превратилась моя жизнь.
Джек:
«Какая у меня была фамилия до того, как я её сменил?»
Я закатываю глаза и набираю ответ.
Я:
«Окажи мне немного доверия. Очевидно, Томпсон.»
Джек:
«Хорошая девочка.»
Я:
«Давай ещё что-нибудь, раз уж это было так чертовски просто.»
Джек:
«Последнее, а потом мне нужно идти.»
Я:
«Порази меня. Сделай всё, что в твоих силах.»
Я сажусь на скамейку и, затаив дыхание, смотрю, как он печатает.
Джек:
«Почему мы так долго ждали, прежде чем заговорить?»
Мои пальцы зависают над клавиатурой, пока те немногие, очень смутные воспоминания, которые у меня остались о Джеке из университета, прокручиваются в моей голове, как карусель. Большинство из них – о нем на льду или о взглядах, которые он бросал на Тайлера или его друзей с другого конца зала.
По мере продолжения слайд-шоу, оно, наконец, останавливается на моменте, о котором я знала, но никогда не думала – или не позволяла себе думать – об этом больше.
Я играла в матче, когда у меня отказало колено. Я была на третьем курсе, и это было второй раз за мою карьеру в университете, когда такое случилось. Когда прозвучал финальный свисток, все направились обратно в здание клуба, а я ещё немного посидела на скамейке, глядя на поле и пытаясь прикинуть, как долго я буду отсутствовать на этот раз.
В тот момент я почувствовала настоящее отчаяние. Это была игра, на которую Тайлер обещал мне прийти, поскольку не был занят хоккеем, но он не пришел.
Кто пришел? Джек.
Моё внимание привлек парень на другой стороне поля, одетый в бейсболку и куртку университета. Я знала, что это Джек, но предполагала, что он пришел из-за кого-то другого.
Итак, почему он всё ещё был там, когда все остальные ушли?
Я хотела подойти и спросить его, что он здесь делает, но в ту секунду, когда я поднялась со скамейки, позади меня раздался голос Тайлера.
А когда я обернулась, чтобы проверить, где там Джек, он уже ушел.
Я:
«Честно говоря, я не знаю. Но, может быть, обрушенный потолок, в конце концов, не так уж и плох.»
ГЛАВА 12
ДЖЕК
Просмотр повторов некоторых из моих игр останется самым болезненным переживанием в моей жизни. Как, например, в университете, когда я был слишком открыт и пропустил гол, который обеспечил команде соперников победу. Чёрт, это воспоминание будет преследовать меня всю жизнь.
Но сегодняшняя игра? Что ж, я мог бы любоваться этой красотой каждый день, и этого всё равно было бы недостаточно. Я не забил, но почему-то чувствовал, что моя роль на льду была более доминирующей, чем когда-либо прежде. Сегодня вечером я чувствовал себя не новичком, а скорее готовым игроком для НХЛ. Особенно когда я заменил Мэтта на один тайм, и игра завершилась со счетом 0:3 в нашу пользу.
Игра, в которой, судя по нашим играм в прошлом сезоне, мы никогда не ожидали победы. Так что для нашего вратаря вполне логично сидеть рядом со мной в баре с широкой улыбкой на лице. Сегодня он был великолепен.
Моя улыбка? Ну, она такая же широкая, как у Арчера, но не только из-за хоккея. Может, она и не знает про день рождения, но ей тоже интересно, какого черта мы никогда не общались в университете.
И для меня это похоже на ещё одну большую победу.
Есть только одна вещь, которая беспокоит меня сегодня вечером...
– Что такое с Сойером? – я поворачиваю голову в его сторону.
Наш капитан сидит в одиночестве по другую сторону бара в форме полумесяца. Большинство ребят собрались за столами, но мы с Арчером смотрим кадры из НХЛ на экранах над головой. Я пару раз приглашал Сойера присоединиться к нам, но каждый раз он отказывался.
Арчер продолжает пялиться в экран телевизора и морщится.
– Что тебе известно о нашем капитане?
Я пожимаю плечами и кручу бокал на подставке для пива.
– Помимо того немногого, что он рассказал мне за последние три недели...Только то, к чему имеет доступ широкая публика.
– Хм... – отвечает Арчер, беря свое пиво и делая большой глоток. – Значит, ты знаешь о том, что произошло шесть лет назад?
Когда я не отвечаю сразу, Арчер делает правильное предположение – я понятия не имею.
– Да, я думаю, тебе было, сколько, шестнадцать, когда всё случилось? – он делает паузу и бросает быстрый взгляд в сторону Сойера. – Послушай, на самом деле не моё дело, но поскольку кое-что из этого общеизвестно, я скажу тебе вот что. Есть причина, по которой ты не видишь Сойера с женщинами. Когда дело доходит до прекрасного пола, мы с ним – полярные противоположности.
Откидываясь на спинку стула, я думаю об истинности этого утверждения.
– Сойер был женат, и когда я говорю “женат”, я имею в виду, что они были по уши влюблены друг в друга, и от одного взгляда на них можно было почувствовать любовь. В какой-то момент они считались самой сильной парой в НХЛ. Софи не была известной моделью или что-то в этом роде, но она была причиной, по которой Сойер добился всего, что у него есть, – по крайней мере, так он всегда говорил. Скажем так, у него не было счастливой молодости, пока он не встретил свою жену.
– Подожди, Софи была рыжей? – спрашиваю я, смутно припоминая, что о ней что-то писали.
– Да, и я не думаю, что Сойер будет возражать, если я скажу, что чертовски сексуальной, – Арчер прочищает горло. – Итак, переведем часы на пару лет вперед, и у них родился их первенец, Эзра. Было время, когда Сойер был совсем не тем парнем, которым он является сегодня. Всё изменилось, когда Софи внезапно скончалась от тромбоэмболии легочной артерии. Однажды вечером он пожелал ей и своему четырехлетнему сыну спокойной ночи перед поездкой на выездную игру, а на следующий день ему позвонили и сказали, что, когда он вернется домой, его будет ждать только Эзра.
Мой взгляд переключается на Сойера, когда он достает свой телефон и начинает водить пальцем по экрану.
– О, чёрт.
Арчер медленно кивает головой.
– Да. Сойер так и не оправился. Он лучший отец для Эзры, но все ребята в команде знали, чего ожидать, когда мы поедем в Колорадо.
– Это случилось, когда он был здесь, не так ли? – спрашиваю я, уже зная ответ. Кусочки пазла быстро собираются вместе. – Как ты думаешь, мне следует ему что-нибудь сказать?
Арчер отвлекается от экранов и смотрит на меня.
– Ты хороший парень, Джек. Я думаю, что команда нуждалась в тебе не только из-за твоих способностей на льду. За те три недели, что я играю с тобой, я уже вижу тебя в качестве капитана в будущем. Ты как клей, который скрепляет команду. Но в данном случае я бы посоветовал тебе оставить Сойера в покое. Он справится с этим, как и всегда.
