- Хватит, - вздохнула она и пошла по кругу, пока сердце не успокоилось, а руки не перестали дрожать настолько, что она смогла надеть налобный фонарик.

При дальнейшем изучении бетонного столба выяснилось, что кто-то вырезал в его боковой части ряд поручней. Они поднимались по прямой линии и исчезали во мраке на высоте двадцати футов. Куда бы они ни вели, Лейла была уверена, что там должно быть лучше, чем здесь.

Выразив невысказанную благодарность той давно ушедшей душе, которая сочла нужным создать для нее этот путь к спасению, она ухватилась одной рукой за поручень, поставила ногу на другой и начала подниматься.

Человек, вышедший из лавки Велны, был одет в непромокаемый плащ с капюшоном, низко надвинутым, чтобы скрыть лицо. При виде его Лейла остановилась. Путешествие сюда прошло без проблем. Выглядеть так, как она выглядела, было достаточно, чтобы отвлечь нежелательное внимание. Она также не хотела привлекать внимание тех, кто имел дело с Велной. Выйдя в узкий переулок напротив лавки, она наблюдала за тем, как мужчина пробирается через рыночную площадь. Дождя не было, но он не снимал капюшон. Прежде чем свернуть за угол, он бросил осторожный взгляд себе за спину. Лейла нахмурилась, узнав его. Став.

Он обогнул угол и скрылся из виду, оставив ее размышлять над вопросом, зачем самому знаменитому Крестовому понадобилось посещать одну из наименее уважаемых горожанок.

Какова бы ни была причина, Велна знала, что Лерон наверняка свернет ей шею, если она осмелится спросить. Вероятно, ей тоже не понравится, что я его видела. Она заставила себя ждать, отсчитав пять минут, прежде чем подойти к двери.

Внутри Велна изогнула бровь, глядя на трубку, которую Лейла положила на стойку. Велна не обратила внимания на то, что Лейла выглядела неважно: ее неровный шаг, вызванный тем, что собака вырвала кусок из ее ботинка, и смешанная грязь и кровь, покрывавшие ее руки и лицо. Стая оставила ее в покое во время затянувшегося выхода из Подземки, удерживая на расстоянии из-за страха, а может, и из-за горя по потерянному брату или сестре. Выбравшись наружу, она обнаружила, что небо окрасилось в красный цвет с наступлением вечера. Она заперла замок и некоторое время рассматривала закованную в цепи преграду, понимая, что, возможно, в последний раз проходит через нее.

- Я не лгала, любовь моя, - сказала Велна. - У меня нет лекарств.

- Не лекарств.

Лейла указала пальцем на витрину со стеллажами.

- Вот эти.

- Прежде чем мы начнем, поймите одну вещь: это не тренировка.

Высокая женщина, стоявшая на помосте в одном из концов игрового поля стадиона, говорила без микрофона. Тем не менее ее голос легко разносился по неопрятным рядам собравшихся перед ней кандидатов. Лейла, конечно, знала ее имя, как и все они. Нехна была еще одним ветераном Крестовых, имевшим почти столько же успешных возвращений, сколько и Стэйв. Ее волосы были сбриты наголо, за исключением узкой полоски с одной стороны, которая красными локонами обходила рваный шрам на месте левого уха. По бокам от нее стояли еще четверо Крестовых, одетых в одинаковые серые или коричневые комбинезоны. Лейле показалось любопытным, что ни один из тех, кто выходил на сцену вместе с мэром, не присутствовал сегодня утром.

- Это, - продолжила Нехна, - и есть Отбор. Мы проверяем вас. Если вы не справитесь, вы уйдете. Вот и все. Никакие жалобы, оправдания или мольбы не изменят нашего мнения. Мы все это уже слышали, так что не пытайтесь. Через два дня те немногие из вас, кто остался, станут Крестовыми.

Лейла, желая, чтобы ее заметили, поставила себя в первый ряд кандидатов, поэтому она была достаточно близко, чтобы заметить, как на лице Нехны появилось выражение дискомфорта, когда она сделала паузу. - В этом городе нет более важной роли, чем роль Крестового, - продолжила она после небольшого покашливания. - И нет более важной роли, чем роль убийцы. Вы знаете, что там. Поэтому, прежде чем вступать на этот путь, лучше убедиться, что вы готовы к нему. Первое испытание начнется через пятнадцать минут. Я предлагаю вам использовать их для того, чтобы хорошенько обдумать выбор, который вы сделали сегодня.

Она сошла с помоста без дальнейших предисловий, оставив собравшихся кандидатов размышлять над ее словами. Лейла прикинула, что всего их должно быть около шестисот, в основном ее ровесники или чуть старше. По сравнению с прошлым Отбором это было значительно больше, и это свидетельствовало о том, как много людей отчаялись за прошедшее время. Некоторых из них привлекли повышенный статус, улучшенный рацион и лучшие условия жизни, предоставляемые Крестовым. Но у большинства, как она знала, были причины, схожие с ее собственными. Лекарства, - внутренне вздохнула Лейла, оглядывая своих конкурентов. Им всем нужны лекарства.

Некоторым было явно за тридцать, а может, и больше. Документы в Редуте были редкостью. Основной формой удостоверения личности были продовольственные карточки, но их легко было подделать. Она увидела одного мужчину, которому, должно быть, было не меньше сорока, коренастую фигуру в красной фуражке зэка. Он стоял с опущенной головой, видимо, надеясь, что околыш фуражки скроет обветренные черты лица. Даже если Крестовые не прогонят его, ей трудно было поверить, что он выдержит хоть одно испытание.

Некоторые кандидаты, очевидно, пришли группой: молодые агрисы и несколько консов и техников, сгрудившихся вместе, чтобы подкрепить свою решимость грубым шутовством. Предупреждение Нехны больше подействовало на тех, кто пришел в одиночку. Несмотря на насмешки зрителей, Лейла заметила дюжину или около того, направлявшихся к туннелю. Они прибывали ровной струйкой все утро, заполняя нижние ярусы сидений и добавляя к происходящему постоянный фоновый гул разговоров. Невзирая на наставления Флека, Лейла знала, что первые ставки уже сделаны. Она недолго раздумывала над тем, чтобы попросить Кухлу сделать ставку от ее имени. Как неизвестная величина, не связанная ни с какой группой, она должна была привлечь большие ставки, что означало бы большой куш, если бы она прошла проверку. Но Кухла, несомненно, отнесся бы к этому решению еще хуже, чем Таксо. В то утро Лейла поднялась на рассвете и, не сказав ни слова, покинула театр. Она была готова предстать перед Отбором, но не перед спором, который разразится, когда Стрэнг узнает о ее решении. Она беспокоилась о том, как Таксо объяснит ее отсутствие, но не хотела зацикливаться на этом.

Амоксициллин. Кларитромицин. Доксициклин.

Повторяя про себя внутреннюю мантру и позволяя взгляду обшаривать конкурентов, она увидела его. Как и старый зэк, он носил кепку, низко надвинутую на глаза, чтобы скрыть лицо, но сутулость его плеч она узнала бы где угодно. Она направилась к нему, вызвав несколько протестов со стороны тех, с кем столкнулась, и поборола желание нанести мгновенный и сильный удар по его вздрагивающему лицу.

- Что, - проворчала она, - какого черта ты здесь делаешь?

Дреш вздрогнул и дрожаще ухмыльнулся, хотя явный масштаб ее гнева заставил его отступить на шаг. - То же, что и ты, - ответил он, пожав плечами, что только подлило масла в огонь ее ярости. - Эй! - - воскликнул он, заметив ее кроссовки. - Ты их купила. Как они на ощупь?

Ей снова захотелось ударить его, но она сдержала себя, не зная, как Крестовым воспримут драку между кандидатами. Закрыв глаза, она сделала несколько ровных вдохов, а затем вперила в него взгляд, полный непримиримого приказа. - Иди домой, Дреш.

Его ухмылка исчезла, но и он вздрогнул. Выпрямившись, он ответил простым покачиванием головы.

- Ты ни за что не справишься с этим... - начала она, но он перебил ее, чего она раньше не могла припомнить.

- У меня не меньше шансов, чем у тебя, я считаю. Даже с теми, что у тебя на ногах. Кроме того, разве не будет преимуществом иметь хотя бы одного друга во время этого дела?