Жалуясь на тоску, я немного преувеличила. Особо печалиться будущей маме не давали. Мы полгода как перебрались в загородный дом элитного коттеджного посёлка и успели обустроиться, а после того как я, оформив декретный отпуск, прочно осела здесь, редкий день обходился без посетителей. Я даже не предполагала, что у меня такое невообразимое количество друзей. Особенно коллеги по «Деловым переводам» оживились после отъезда Тимофея. Пока хозяин был дома, они побаивались заявиться к генеральному директору без приглашения. А тут такое раздолье! И тебе крытый бассейн с подогревом, и бильярд, и теннисный стол, и площадка для игры в бадминтон или баскетбол, качели, шезлонги… Уже молчу о живописных окрестностях, озере с песчаным пляжем и вычищенном лесочке по противоположному берегу!
Вместо того чтобы скучать, мне приходилось водить экскурсии, всё показывать и объяснять, как что устроено.
Ещё год назад мне бы и в голову не пришло приобретать столь грандиозное хозяйство, Тим тоже сомневался, до работы отсюда добираться сложнее, чем со старой его квартиры. Решающее слово сказал Андрей Павлович, он и вариант нашёл, от которого, побывав здесь, трудно было отказаться, и с деньгами помог, вложив едва ли не семьдесят процентов стоимости. Всё это Саврасовы старшие подали как подарок нам на свадьбу. Я немного поартачилась, но с аргументом Татьяны Викторовны пришлось согласиться: в таком доме всем хватит места — они будут нас навещать в любое время, как и мои родители, а ещё к нам смогут приезжать Шуховы, ведь Егорка так полюбил Краша! Да и нас с Тимом тоже.
Таким образом, новое гнездо молодой семьи стало местом встречи всех и вся.
Первыми ещё накануне приехали мои. Мамуля слушать ничего не хотела о переносе дня рождения:
— Обидеть хочешь? Я старалась тридцать три года назад, рожала тебя, а ты решила проигнорировать этот факт?
— Почему вдруг проигнорировать? Просто, видишь? — я легонько похлопала себя по выпирающему животу. — С таким багажником неловко шустрить.
— А тебе и не нужно шустрить! Мы с Танюхой всё приготовим и накроем.
Наши мамы сразу же после свадьбы превратились в Люсю и Танюху. Мы с мужем считали, что подружиться их вынудила организация тогдашних торжеств. В первый день Татьяна Викторовна помогала моим на даче, а потом Людмила Ивановна старалась не отставать от хозяйки дома у Саврасовых. Ничто так не сближает, как совместная деятельность в организации счастья детей.
Отцы держали дистанцию, обращаясь друг к другу исключительно по имени отчеству, хотя тоже стали приятелями. Тут сказывалась привычка. Андрей Павлович всю жизнь вращался в деловых кругах, где панибратство считалось за дурной тон, а Виктор Михайлович в научных, и здесь предпочитали уважительное обращение, даже к собственным аспирантам заслуженный деятель наук Смирнов В.М. обращался по имени и отчеству.
— Они тоже сегодня приедут? — почёсывала я бровь, собираясь освежить постели в гостевых спальнях.
— Хотели, — призналась мама, — я отговорила. Утром прибудут.
Она занялась подготовкой праздничного стола, чтобы на следующий день оставалось лишь расставить угощение. Мы с папой отправились на прогулку.
Добрели до полянки на берегу озера, уселись на потемневшую от времени скамейку. Пляж с веселящейся в воде ребятнёй оказался напротив нас. Оттуда доносились бодрые выкрики мальчишек и девчоночий визг.
— Отлично здесь, — признал отец, — почти как у нас.
Он ревновал будущую внучку к этому месту и уже раз десять взял с меня и зятя обещание, что мы обязательно будем регулярно приезжать в Черноголовку.
Я ответила улыбкой и потрепала папу по плечу:
— Не переживай, мои родные места вне конкуренции.
— И всё-таки далеко ты забралась, дочь. — После недолгого молчания он развернулся ко мне и спросил: — За успехами супруга следишь?
— В каком смысле? — я удивлённо посмотрела на отца.
— Так у него десять новых контрактов! Неужели не похвастался? «Деловые переводы» признаны одной из лучших компаний в своём сегменте!
— А-а-а... Слышала. Кирюха говорил что-то такое. Сам Тимофей всё больше меня о самочувствии расспрашивает, а про свои дела ни гу-гу.
— Кто такой Кирюха? — Насторожился папа.
— Наш системный администратор. Он со своей девушкой навещал меня позавчера, вот и сообщил все последние новости.
Отец с суровым видом покачал головой:
— Совести нет у людей! Знают ведь, в каком ты положении, чего мотаются?
Я расхохоталась:
— Да всё норм, пап! После рождения малышки запрёмся и повесим плакат: «Не приёмный день». А пока новенькая, которую вместо меня взяли на период декретного отпуска приезжает, да и другие, у кого вопросы есть. Я с удовольствием консультирую. Это даже хорошо, меньше скучаю по мужу.
— Ладно-ладно! — обнял меня папа. — Это я так, ворчу по-стариковски.
— Прекрати! Какой же ты старик? Ещё ого-го какой дедуля у нас. Самый умный, самый бодрый, самый красивый!
— Ну, по красоте и шустрости я бабкам не конкурент! — засмеялся папа.
Я пригрелась в его объятьях, почувствовала себя защищённой. Пришлось признать правоту родителей: хорошо, что они приехали, всегда приятно ощущать беззаветную поддержку. Понятно, что Тимофей ещё до отъезда нанял опытную медицинскую сестру, чтобы она ежедневно навещала меня и контролировала состояние, да и перинатальный центр, где все услуги оплачены заранее, днём и ночью на связи, и всё же... Любовь и нежность родных людей никто не отменял!
***
Прямо с утра на меня посыпались поздравительные сообщения, я едва успевала отвечать. Часов в десять позвонила Люба Шухова, долго извинялась дрожащим голосом, не зная, как задать вопрос.
— Да что такое случилось, Любаня? — начала я нервничать, — Говори же!
— Алечка, я понимаю, что не вовремя, ты ведь предупреждала, что не собираешься отмечать, но...
— Люба! — взяла я строгий тон. — Хватит уже реверансов.
— Егорка приготовил подарок, надеялся, что мы навестим тебя и чуть не расплакался как маленький, когда отец сказал, что к Саврасовым поедем в лучшем случае через два месяца.
Я рассмеялась.
— Вот тоже проблема! Вас я всегда рада видеть. Жаль только, что Тимофей в отъезде, но зато Татьяна Викторовна и Андрей Павлович будут. Так что приезжайте, не сомневайтесь.
— Да? — повеселела Любаня. — А мы вас не стесним? Если будут самые близкие...
— А вы разве не самые близкие? Давайте-ка, собирайтесь скорее, я уже поняла, что глупость сделала, когда объявила о переносе дня рождения. Меня, в общем-то, не особенно и послушали некоторые.
Шуховы приехали уже через полчаса, почти сразу за ними подтянулись старшие Саврасовы. Егорка торжественно вручил мне собственноручно выпиленную шкатулку — довольно вместительную — и сказал, что я смогу складывать туда дорогие сердцу вещицы, которые не хочется потерять.
— Поздравляю с днём рожденья! — торжественно произнёс подросток. — Пусть и дальше всё будет хорошо, даже лучше!
— Прекрасное пожелание! — искренне воскликнула я и крепко обняла Егора.
Он покосился на мой живот и хихикнул:
— Классно всё-таки, что у меня сразу появятся и сестра, и брат.
— Брат? — удивлённо отстранилась я. — Почему ты решил, что двойню ждём...
— Знаю, что не двойню, — серьёзно покивал парнишка. — У вас родится моя единокровная сестрёнка, а у мамы Аглаи единоутробный брат. Так мне объяснили.
— Ух ты! — восторженно воскликнула я. — Значит, Аглая и Семён ждут пополнения? Вот так новость!
— Тёть Аль, а они приедут?
— Вряд ли. — Развивать эту тему мне совсем не хотелось. Аглая так и не показывалась на глаза Тимофею, держа свой принцип, а если общалась с Егором, то исключительно в компании со своим супругом Семёном Кирилловичем и с Шуховыми. Я не очень понимала позицию женщины, до сих пор не простившей бывшего возлюбленного и, в случае чего, не смогла бы объяснить ситуацию пытливому подростку, поэтому демонстративно переключилась на рассматривание подаренной им шкатулки. — Надо же какая тонкая резьба! Неужели ты всё сам делал?
