Тяжёлым ударом, практически катастрофой, стал для оружейной промышленности Испании указ, изданный министром внутренних дел Хуаном дела Сиерва и Пеньяфиель в 1908 году. Вот как 30 декабря 1908 года описала это событие «Нью-Йорк Таймс»: «Классическая наваха, без которой немыслима романтика испанской жизни и которую традиционно носят все сёстры и братья прекрасной Кармен, обречена на исчезновение. Министр внутренних дел сеньор Ла Сиерва только что издал указ, запрещающий продажу или использование любых остроконечных ножей, кинжалов или стилетов, обладающих клинком длиннее шести дюймов». В результате после выхода этого указа должны были сохраниться только такие непригодные для поединков образцы, как столовые ножи, ножи для резки бумаги и перочинные ножики. По приказу министра полиция провела конфискацию запрещённого к обороту оружия одновременно во всех городах Испании, и не только на улицах, но и в магазинах, занимавшихся его продажей. В результате этой акции только в течение одного дня полицейские захватили более четырёх тысяч единиц холодного оружия в Мадриде и три тысячи в Барселоне. Количество холодного оружия, конфискованного по всей стране, было огромным.

Рис. 20. Карикатура на дуэлянтов — иллюстрация к статье об указе Хуана де ла Сиерва, 1908 г.

Разумеется, проведение этой операции сопровождалось протестами — как со стороны производителей, так и со стороны торговцев, чей бизнес понёс невозместимые убытки. Прямо на глазах одного из мадридских торговцев было конфисковано всё содержимое его склада на сумму 40 000 песет, что являлось огромной суммой.

Несмотря на риск дипломатического скандала, потери понесли даже иностранные торговцы. Наиболее пострадавшим регионом стал Альбасете, где на тот момент круглогодично работали пятьдесят два больших магазина. Что касается Толедо, то фабрика в основном выполняла военные заказы, а производство легендарных клинков было перенесено в Альбасете. Ходили слухи, что для спасения этого старинного производства на министра оказывали огромное давление, но он устоял. Также пострадала и Барселона, так как основной статьёй ее дохода был экспорт шпаг, замаскированных в тростях.

Рис. 21. Наиболее распространённые типы испанских навах XIX в.

Несмотря ни на что, сеньор Ла Сиерва не испытывал недостатка в поддержке своего решения. Хотя некоторые критики проводимой министром реформы и считали, что единственным результатом его последнего указа будет замена навах револьверами.

Сегодня в Испании в отношении навах действует закон от 27 декабря 1944 года. Согласно статье 47 этого закона на всей территории страны запрещён оборот навах с клинками длиннее одиннадцати сантиметров⁸.

Но после знакомства со всеми этими драконовскими законами возникает закономерный вопрос: каким образом испанские оружейные фабрики на протяжении XVIII–XIX вв., несмотря ни на что, спокойно продолжали массово изготавливать находившиеся под строгим запретом ножи и навахи?! Я полагаю, что обусловлено это было банальной и старой как мир причиной. Всем известно хрестоматийное правило, жёсткость законов и суровость предусмотренных ими наказаний о ратно пропорциональны слабости исполнительной власти и невозможности или же ее нежеланию следить за исполнением их законов.

Известный английский писатель и популяризатор фехтования Эгертон Класт, характеризую эту законодательную чехарду, как-то заметил, что в Испании, где всякий независимый гражданин называл себя идальго, частое повторение ордонансов не имело такого подавляющего эффекта, как в других странах. Боткин с горечью писал, что в Испании постоянно делают и переделывают конституции, в которые никто не верит, составляют законы, которым никто не повинуется, издают прокламации, которые никто не слушает. Как он полагал, это было обусловлено тем, что законы делались, переделывались и уничтожались с такой быстротой, что испанцы потеряли к ним всякое уважение и всякое понятие о законности. Ричард Форд, возмущённый творившимся беззаконием, писал о производстве навах, что, хотя пружины и фиксаторы на ножах были всегда запрещены законом, они абсолютно открыто производились, продавались и использовались⁹.

Любопытное объяснение этому феномену предложил известный исследователь холодного оружия Испании профессор Хосе Санчес Феррер. Он считает, что возможность обходить строгие законы, регулировавшие производство навах — их размеры, систему фиксации и т. д., появилась благодаря специфике маркировки ножей, традиционной для фабрик Альбасете. Хитрость, с его точки зрения, заключалась в том, что ножи и навахи, кстати, в отличие от ножниц, как правило, не маркировались именем изготовившего их мастера. Таким образом, ножи не были персонифицированы, и мастера сохраняли анонимность, что в случае возникновения проблем с властями, позволяло им избегать ответственности¹⁰.

_{_______}

_{1. Fuero de Salamanca, Slamanca / publicado ahora рог vez primera con notas, apendice у un discurso preliminar por J. Sanchez Ruano. Salamanca: Imp. de Sebastian Cerezo, 1870. - P. 15–17.}

_{2. La Pragmatica de las dagas. Madrid: Impressa en Alcala de Henares en casa de Andres de Angulo; vendese en casa de Francisco Lopez librero de corte, 1566.}

_{3. Черевичник Д. Л. Всемирная история поножовщины: народные дуэли на ножах в XVII–XX вв. — Рига: TEMAF, 2013. — С. 74.}

_{4. Там же — С 75.}

_{5. Extracto de leyes у autos de la recopilaclion. Parte segunda. Tomo IV.- Madrid: Imprenta de la viuda e hijo de la Marin, 1799. - P.118–119.}

_{6. Los codigos espanoles, concordados у anotados. - Tomo decimo. - Madrid: Imprenta de La Publicidad, a cargo de M. Rivadeneyra, 1850. - P.66.}

_{7. Novisima recopilacion de las leyes de Espana. Tomo III. Libros VIII–XII. Paris: Rosa, Librero, 1831. - P. 789.}

_{8. Черевичник Д. Л. Всемирная история поножовщины: народные дуэли на ножах в XVII–XX вв. — Рига: TEMAF, 2013. — С. 74–89.}

_{9. Там же. — С. 81–82.}

_{10. Luis Miguel Martinez-Gomez Simon. Navaja! Temido acero. Criminalizacion de una herramienta. Albacete: Liber Libro.com, 2009. - P. 36–47.}

Критике дуэльной практики были посвящены работы французских философов эпохи Просвещения — Руссо, Паскаля, Лабрюйера и Монтескье¹. Из испанских же авторов одним из основных критиков дуэлей описываемого периода, несомненно, можно назвать известного испанского либерального журналиста и публициста Хосе Мариано де Ларру (1809–1837). Его перу принадлежат такие нашумевшие в своё время работы, как «Дуэль»², посвящённая другу де Ларры — Карлосу, убитому на дуэли, а также уже ставшее хрестоматийным эссе «Баратеро, или Поединок и смертная казнь». В этой работе де Ларра ведет символический диалог общества и баратеро, а также затрагивает морально-этические аспекты права общества на вынесение смертных приговоров.

Рис. 22. Фрагмент газетной публикации эссе X. де Ларры, «Баратеро, или Поединок и смертная казнь». 19 апреля, 1836 г.

_______

_{1. Рейфман И. Ритуализованная агрессия: дуэль в русской культуре и литературе. — М.: НЛО, 2002. — С. 68.}

_{2. Mariano Jose de Larra. Figaro: Coleccion de articulos dramaticos, literarios, politicos у de costumbres. - Tomo Tercero. - Madrid, 1835, 27 de abril de 1835. «Еl Duelo». - P. 95–104.}