- Ты вообще умом тронулась, - ударяет Тим кулаком по столу.

Подскакиваю, перевожу дыхание, сплетаю пальцы на коленях, кончики левой руки горячими кажутся, Арис согрел. Смотрю на них, потом взгляд на него из-под ресниц быстрый бросаю. Сказала бы, когда я умом действительно тронулась, но промолчу. Если муж кипит, то Молчанов расслабленно сидит и наблюдает, словно кошка за мышкой. Забавляется моей игрой с полным хладнокровием на морде. Начинаю бояться, что он знает. Тревога разрастается в груди, проникает в каждую клеточку. Аристарх из тех, кто может тянуть до последнего момента и только тогда раскрыть свою информированность. Вспоминай урок, ты вроде выучила и снова пытаешься на те же грабли. Но я так хочу исчезнуть из этого города, из руин собственной жизни, ибо дальше пустота, будущего нет. А вырваться - это шанс его обрести, забыть собственное имя и возможно когда-нибудь вернуться к нормальности.

- Умом тронулась ваша семейка, - зло бросаю.

- Ты Морено... - начинает Тим агрессивно.

- Плевать... - снова связки подводят, дышу ускоренно, усилия прикладываю. - Эта фамилия мне ничего не дает кроме проблем. Она уничтожает меня. Арис знает, что меня заказал кто-то из своих... Из Морено. Или Молчанова это сделала, поэтому он и не разглашает.

Мне хочется его уколоть, напомнить, назвать по-свойски, но со своими посылами. Я была согласна, я просила, ты отказался, ты выбрал свою семью, свою жену. Тут хочется засмеяться со слезами на глазах. А ты думала, идиотка, Арис всех кинет ради тебя? Ты никто и ничто для них всех и для него в том числе.

Аристарх хмыкает, качает головой, цокает порицательно на меня. Ой, плохая девочка. Будто и правда читает мои мысли.

- А теперь делай выводы, Юлечка, соображай, какое дерьмо вложил в твою бестолковую голову Грачев, - подается угрожающе ко мне Тим. - Они используют тебя в своих целях.

- Как и ты! - бросаю на повышенных и это чистейшая правда.

Застываем глаза в глаза, ненависть плещет. Вижу, как Тим прямо сейчас хочет ударить, борется с желанием охладить наглость так разговаривать, недостойная шлюха. В ногах должна валяться, а я...

- Давай, - понукаю с дрожью, - только с другой стороны, с этой еще не зажило, - демонстрирую совсем недавно ударенную щеку. - А лучше убей...

Обрывает мою тираду Аристарх, из расслабленного котяры за мгновение превращается в свирепого оборотного. Взвизгнув отскакиваю от стола, опрокинув стул. Лишь мельком уловив удар чудовищной силы, который наносит брату в лицо.

Зажмурившись и отвернувшись, поверх веки зажимаю ладонями, в комочек мизерный внутри скручиваюсь. Я не хочу, я не хочу этого видеть и слышать. И все равно слух ловит его нечеловеческий голос.

- Я предупреждал, не смей ее трогать, - рычит Молчанов в наставшей тишине.

Хриплое дыхание, а потом жуткая возня, грохот и удары. Снова резко тишина.

- Я убью тебя, понимаешь?! - надрывно орет Арис.

Холодею окончательно, сердце еле бьется.

- Я уже это слышал... - приглушенно отвечает Тим, даже кажется с усмешкой. - Уже должен был в этот раз.

- Юля! - рявкает.

Передергиваюсь всем телом, отнимаю руки от лица и шарахнувшись к окну, вплотную прижимаюсь к подоконнику, а готовая и к стеклу, может и из окна вниз.

С признаками обращения смотрит на меня огненным взглядом, лед вперемешку с пламенем, сбрасывает с себя остатки поползшей по швам футболки, с остервенением срывает ее и швыряет на пол. Разросся в размерах, черты лица резче стали, грудь раздувает от мощных колебаний легких.

- Уходим! - приказывает, вкладывая власть, протягивает руку.

По закону жанра, я должна подчиниться, броситься наверное к своему защитнику, да не все так просто. Иммунитет выработался, на колени больше не падаю перед повелевающим.

Краем глаза вижу как поднимается Тим, тяжело приваливается к стене.

- Не двинется с места, - оповещает муж. - Юля знает, что будет, если она это сделает.

А меня снова посещает, накрывает с головой убийственное желание уйти с ним куда угодно. Где твоя здравость?! Куда уйти?!

- Я тебе обещаю этот слабак никого не тронет, - говорит мне Аристарх.

На этом Тим смеется неприятно, аж ежусь. Аристарх не отрывает взгляда от меня, пробирается внутрь, окутывает. Я же помню свой побег в мельчайших подробностях, совсем не Тим угрожал убить подругу.

- Юль, один шаг и ты многое прекратишь.

А мой выбор очевиден. Это больные, ненормальные чувства, запретные, аморальные, на другой половине весов призрачная свобода. Пусть нет гарантий, но попробовать я должна. Мотаю отрицательно головой, слезы удержать не могу, катятся по щекам.

Опускает руку и еще какое-то время на меня смотрит. Не понимает, повержен властитель Аристарх, да вот только не до смеха мне, душу рвет взгляд.

- Он мой брат, - с нажимом говорит мне.

Вкладывая столько всего в слова для меня, для Тима, боль, разочарование, раненую выдержку. Я за весь период знакомства, что знаю Аристарха, лишь третий раз вижу, как он кричит. Первый в его доме - прогонял фифу, второй в машине после встречи с Грачевым и третий вот только.

- Не смей, ее трогать, - это уже брату. - Последний раз предупреждаю.

Тот наблюдает за Арисом, не утирая кровь, щедро залито лицо. Тошнота подкатывает к горлу, желудок выворачивают спазмы.

Молчанов сдергивает куртку с упавшего стула, накидывает на оголенный торс и выходит, мгновение и громко хлопает входная дверь.

Мне бьется мысль, почему Арис не вытащит насильно, почему он просит пойти с ним. Не схватит, не принудит, не заставит... Это же в его духе. Зажимая рот не могу перестать об этом думать. Я отказываю ранив его и он пробует заново. Тревога бьется, снова паутина вокруг меня, и каждый неверный шаг приведет в ловушку.

- Я не боюсь тебя, - шепотом говорю Тиму. - Убьешь, значит убьешь. Мне уже все равно, может я и сама хочу исчезнуть. Сколько можно... - так чего же не пошла спрашивается, раз не боишься.

Известно почему, надежда на свободу не пустила.

Молчит, слушает, задрав лицо к потолку и закрыв глаза.

- Его не убьешь, как и он тебя. Пустые угрозы, - озвучиваю вслух мысли.

- Я предлагал делить на двоих. Представляешь, отказался, хочет быть единоличным владельцем.

Не сразу дошло о чем говорит.

- Тим... - теряюсь. - Я тебя не узнаю, - его признание повергает в шок.

Знаю, оба сейчас готовы говорить откровенно. Наверное предела достигли, дальше некуда. Ступая между стеклами битой посуды босыми ногами, подхожу ближе и сползая по стене опускаюсь рядом, обняв колени, утыкаюсь в них лицом.

Выдерживаю несколько минут безмолвия, приступ тошноты не отпускает.

- Зачем ты мне это говоришь?

Спрашиваю, не особо рассчитывая на ответ.

- Юль, честно, сам не знаю, распирает, жрет меня, - утирает лицо небрежно. - Приехали пытать тебя, но конечно не таким способом. Прости, несет, как вижу его рядом с тобой, особенно когда от меня оберегает одержимо. Где тут норма, ты моя жена, - рычит сквозь зубы, как от боли. - Ты не понимаешь куда лезешь, а мы грыземся, сходим с ума от мысли, что с тобой может случиться непоправимое.

Дико слышать от мужа прости, я во многом перед ним виновата.

- Да вам плевать на меня, смысл от кого-то там спасать, - шепчу обреченно.

- Сама знаешь это не так.

- Зачем тогда издеваетесь, отпустите.

- Тут ты мой ответ знаешь. Назад дороги нет.

Время будто замедляется с каждой секундой, погружая окончательно в осознание: я никогда не буду свободна. Обреченность, плотным туманом, окутывает, делая каждый вдох затрудненным. Я сама когда-то выбрала этот путь, сама вышла замуж за Тима, сама пошла на связь с Аристархом, и теперь нет возможности отступиться. Я пытаюсь, продолжаю вяло барахтаться, ищу в себе силы изменить хоть что-то, но вся моя жизнь, кажется, уже была написана заранее.

Вспоминая взгляды, голос, касания Аристарха, я понимаю, что не могу продолжать обманывать себя. Я чувствую, что вот-вот утону в море безысходности, ничего не могу поделать, руки опускаются. Обреченность сковывает и душу и тело, я безвольна совершенно.