С победной улыбкой на губах Эмили проводила их взглядом, а после наигранно приложила ладонь к голове:.
— Ах, мой милый друг. Какие же невоспитанные нынче дамы, так и норовят в драку влезть. Ещё и платье красивое порвала. Что делать ума не приложу. Я так понимаю, что оно нам не подходит, да?
Ян подал ей уцелевшее шампанское, которое девушка залпом выпила — в горле как раз пересохло от играющего в крови адреналина, и замотал головой:
— Не пойдет. Я хочу именно это платье и никакое другое.
Сказал он это с таким видом, будто сам собирался его надевать.
— И в отличие от этой нахалки, я его получу. Мадам Тейлор, можете починить прямо сейчас, по горячим следам? Счет за перерасход эссенции отправьте лорду Генри. Все равно это капля в море денег, которые он мне должен.
Хозяйка, помедлив, кивнула и приблизилась.
Под ее умелыми руками, клочки разорванной ткани потянулись друг к другу, и спустя буквально пару минут от повреждений не осталось и следа — Эмили оставалось лишь в очередной раз поразиться искусству магии этого мира.
Ян удовлетворенно кивнул, вложил в руки Шарлотты несколько блестящих бусин и сжал ее ладони своими:
— Простите за беспокойство, дорогая Лотти.
— Ничего страшного, господин Ян, — в этот раз сохранить лицо ей было гораздо труднее, но хозяйка справилась на ура.
Прихватив пакет, Ян схватил Эмили за руку и, больше не оглядываясь, повел ее сначала на улицу, а потом — в не менее роскошную парикмахерскую. Сразу две мастерицы с почетом усадили ее в кресло и принялись колдовать над длинными рыжими волосами, поминутно восхищаясь тем, какие они ухоженные и шелковистые. Девушка потеряла счет времени — казалось, что укладке не будет конца. Прическа росла все выше, обрастая непомерным количеством кудряшек, локонов и завитушек, хитро скрепленных неприметными заколками.
Когда мастерицы отошли, Эмили взглянула на себя в зеркало и застыла пораженная. Она всегда предпочитала комфортную простоту, и видеть себя такой — изысканной и аристократичной было очень и очень странно. Но в то же время ей чертовски это нравилось.
— Чего-то не хватает, — услышала она знакомый насмешливый голос, и в ту же секунду на шею легло шикарное колье с пятью крупными изумрудами и россыпью мелких бриллиантов.
В легком ступоре — кто в своем уме будет дарить едва знакомой девушке такие вещи — Эмили медленно обернулась, чтобы встретиться взглядами с благостно улыбающимся Яном.
Он тоже принарядился — вычурный тёмный сюртук с блестящим зеленоватым узором, шёлковый жилет с золотыми пуговицами, чёрная рубашка, чей пышный воротник заколот элегантной брошью. Длинные волосы собраны в высокий пучок и закреплены традиционной китайской заколкой, большой и явно дорогой. Ни дать ни взять — принц из какой-нибудь восточной сказки.
— Если ты закончила, то машина уже ждет, — Ян протянул ей руку, за которую девушка, чуть помедлив, ухватилась.
Машина и правда была. Открытая, лишь с одним лобовым стеклом, громоздкая, шумная, ежесекундно выплевывающая в воздух струи горячего пара из целых шести выхлопных труб. Двери железного монстра, наверное для красоты, были выкрашены золотисто-белой краской.
Солидный водитель в цилиндре и с тростью выглядящий так, как будто он сам почтенный лорд, предупредительно открыл дверцу.
Эмили не очень хотелось доверять свою жизнь этому чуду инженерной мысли, но спорить она не стала: район был очевидно богатый, но машин по дороге проехало немного, каждый раз разрывая тишину громогласным ревом мотора, в основном же ездили кареты, запряженные лошадьми. Видимо, здесь таким образом хвастаются своим достатком — а значит не стоит портить Яну игру в принца. Тем более эта его ипостась, признаться, нравилась девушке куда больше — она сама ощущала себя почти принцессой. Грех не воспользоваться такой возможностью.
Пока машина неторопливо пыхтела в сторону дворцовой площади, Ян решил дать Эмили краткое наставление:
— Сегодня я ляпнул лорду Генри, что ты виконтесса Эмили, дочь герцога Ирландского — для надежности. Чтобы его семейка не удумала затеять тяжбу из-за разбитого носа, мы ведь не хотим омрачать чудесную победу моей пташки, правда? Так вот, предлагаю и дальше придерживаться этой версии, поскольку герцог — личность в Гранбретании довольно легендарная. Рыжий, буйный, любимец дам и отец несчетного количества виконтов и виконтесс, которых уже давно никто не считает, да вот только физиономии обидчиков деточек не раз по притянутым за уши поводам оказывались биты герцогскими кулаками.
— Ясно, — кивнула девушка. — Я виконтесса. Буду строить из себя важную особу.
Ян ободряюще улыбнулся, а потом неожиданно стал серьезным:
— Ладно, с этим разобрались. Ты тут недавно, поэтому дальше слушай внимательно. Высокородный высокородному рознь. Если ты видишь глупую истеричку, вроде жены лорда Генри — можешь и ей разбить лицо, всем понравится. Если кто-то при взгляде на меня отводит глаза и переходит на другой конец парка — то он должен мне. Например, сам лорд Генри каждую неделю проигрывает в карты. Иначе бы он ни за что не пошел на союз с купеческой дочкой очень богатого отца — его род имеет тысячелетнюю историю. Кто-то будет нейтрально вежлив — постарайся ответить ему тем же, кто-то незатейливо навязчив — вспоминай фразу, которой я тебя научил утром. Но будут и другие — со взглядами тигров и высокомерием драконов. Вот от них держись подальше и переходи на другую сторону парка.
— Хорошо, — снова согласилась Эмили. Но согласилась скорее по инерции — машина въехала на площадь, и девушка оказалась посреди всеобщего ликования. Длинные торговые ряды, где продавали все подряд, уличные артисты, старающиеся перещеголять друг друга оригинальностью номеров, развеселый и немного пьяный люд, в кои-то веки позволивший себе отрешиться от забот.
— Нам точно сюда? — присмотревшись, спросила Эмили. Одежда большинства людей была довольно простой, а уж о бриллиантах и говорить не приходилось. Девушка даже поймала себя на мысли, что выйдя из машины она будет опасаться за сохранность своего ожерелья.
— Ну, естественно, нет, — даже немного обиделся Ян. — Не для того мы тебя наряжали, чтобы прозябать тут.
Водитель проехал площадь насквозь и остановился у решетчатых ворот, возле которых стояло несколько гвардейцев и распорядитель, прямой как жердь. Ян помог Эмили выбраться из машины и повел прямиком к конвою.
— Рыцарь Цзяо Ян с виконтессой Эмили. На праздник, — сообщил он с видом чистокровного аристократа, ничуть не переигрывая.
— Входите… сэр, — распорядитель криво усмехнулся, явно прекрасно зная, кто на самом деле стоит перед ним, но все-таки посторонился, пропуская пару во внутренний дворцовый парк.
— Ты еще и рыцарь, — не смогла скрыть своего удивления Эмили.
— Удобно, не правда ли? — заговорщически подмигнул Ян.
Внутри было куда просторнее, всюду горели таинственные, наверняка, колдовские огни, а гости поражали роскошью туалетов.
Расторопные официанты скользили по парку, предлагая гостям шампанское и закуски.
Ян тут же отыскал небольшой столик, за которым можно было есть стоя, потом отобрал у двух пробегающих слуг по подносу игристого вина и тарталеток.
— Нет ничего вкуснее бесплатных деликатесов, — прокомментировал он и щедрым жестом указал на отвоеванное Эмили. — Налетай!
Долго уговаривать девушку не пришлось — запах от угощений шел совершенно дивный. А уж шампанское — когда еще попробуешь из королевских запасов?
Но уединение их было недолгим.
Внезапно к столу подошел мужчина с тем самым "взглядом тигра и высокомерием дракона". Волосы незнакомца были длинные и светлые, что резко контрастировало с абсолютной чернотой его костюма.
— Кто это тут? Неужели "рыцарь Цзяо Ян"? — с усмешкой спросил мужчина. — Тот самый рыцарь, который живет в конуре среди бедных кварталов, и при этом тратит эссенцию, как будто она бесконечная. И почему парламент вообще присвоил тебе "рыцаря"?