Ян разочарованно вздохнул:
— Знаю. Но только вот ты ее не заслуживаешь,
— Это почему это?! — рассвирепел Ксеркс. — Ты ничего про меня не знаешь, чтобы судить!
— Потому что о какой свободе ты говоришь, если твоя сила зависит от милости какого-то подводного божка? Кто поручится, что ему покажется забавным оставить тебя без оружия в окружении врагов? Свободен лишь тот, кто надеется только на себя. А ты продался. Пошел по кривой дорожке, хренов ты дилетант.
— Ты не оставляешь мне выбора.
Он отбросил Эмили в сторону, и она прокатилась по берегу до самой воды, царапаясь об острые камни. Шторм набирал обороты, над морем нависли тяжелые серые тучи. Спасаясь от высокой волны, грозившей накрыть ее с головой, девушка ухватилась за прибрежную скалу, неловко подтянулась. Бедро пронзила острая боль. Привалившись к мокрому камню, Эмили отодвинула разорванную юбку и грязно выругалась — в ноге торчала деревянная щепа от разбитой лодки. Кое как вытащив ее из бедра, она перевязала рану оторванным рукавом платья, и прихрамывая отошла как можно дальше. Свой шанс она упустила и сейчас уже ничем не сможет помочь.
Ян наугад, веером, бросил несколько ножей, но щупальца, что теперь заменяли Ксерксу обе руки, без труда отбили эту пробную атаку.
Не теряя времени, инсмаутский маньяк потянулся к горлу Яна. Одно из щупалец мазнуло его по щеке, оставляя глубокую царапину.
— Браво, — в восторге рассмеялся Ян, отпрыгивая с линии удара. — Ты первый из здешних слабаков, кто оказался достоин его.
В руке Яна сам собой появился меч, так похожий на своего хозяина — смертоносно изящный. Никогда прежде Эмили не видела этого меча в его руках, а тут он возник, будто бы был продолжением ладони.
Ян небрежно взмахнул клинком, и три щупальца полетели на землю, извиваясь, как агонизирующие змеи. Ксеркс лишь поморщился — и на месте трех уже выросли шесть.
Море грохотало, как барабаны военного оркестра, разбивая о берег все новые волны. Но ярость его была лишь аккомпанементом к завораживающему танцу меча и древней магии.
Шквал обрушившихся на него ударов не позволял Яну дотянуться до тела противника, в то время как мощное, но довольно неповоротливое оружие Ксеркса никак не успевало среагировать на его быстрые движения, и пока что Ян отделался лишь парой новых царапин.
— Это может продолжаться вечно, — с издевкой крикнул Сын Дагона.
— Может, — улыбнулся Ян и застыл — буквально на мгновение. Следящая за поединком Эмили готова была поклясться, что он сделал это нарочно.
Одно из щупалец обернулось вокруг его тела, блокируя меч. Ксеркс притянул его к себе — связанного, беспомощного, так что их глаза оказались совсем рядом.
— Прощай, Ян.
— Прощай, Ксеркс.
С другой стороны меча незримо вылетело второе лезвие, вонзаясь Сыну Дагона в живот.
Тот согнулся, зажимая рукой — уже рукой — злую рану. Освободившись, Ян резко толкнул его в плечо, роняя на грязный пляж.
— Сделай кое что для меня, — попросил Ксеркс. Кровь тонкой струйкой потекла у него изо рта. — Убей белого лорда. Верни равновесие… — он хрипло закашлялся, — в этот мир...
А потом вцепившись щупальцами в мокрый песок, он рванулся к кромке воды.
— Двадцать семь...
Очередная волна накрыла его с головой, провезла по камням и утащила в пучину моря.
Шторм утих.
На миг сквозь прозрачную воду можно было увидеть циклопический дворец, от которого веяло древними легендами.
Ян подошел к Эмили и ободряюще протянул руку:
— Ты жива?
Глава 13. Тропа сквозь измерения
— Все хорошо. Ты как всегда вовремя, — улыбнулась Эмили, подавая руку.
Все это время она ни секунды в нем не сомневалась. И самое главное теперь, что все уже закончилось, и скоро они будут дома. Девушка сама не заметила, как стала называть клуб в трущобах Лондона домом. Да и какая к черту разница? Пусть они никогда не говорили о своих чувствах, да и вряд ли такой разговор случится впредь, Эмили просто знала, что Ян — ее. А она — его.
— Прости, дорогая, этого я тебе уступить не смог, — Ян улыбнулся в ответ, и девушке, пожалуй, впервые пришла в голову мысль, что для него предложение добить противника — высшее проявление привязанности. Поэтому лукаво прикрыла глаза и кокетливо проговорила:
— Не забудь это сделать в следующий раз.
Она оперлась на предложенный локоть и тут же сморщилась от боли — нога некстати дала о себе знать. Не говоря больше ни слова, Ян подхватил ее на руки. Эмили легонько провела пальцами по его щеке, стирая струйки крови, сочащиеся из открытых порезов. А потом, повинуясь внезапному порыву, слизнула с подушечек алые капли.
— Вкусно? — с понимающей усмешкой осведомился Ян.
— Очень, — весело рассмеялась Эмили. — Как думаешь, сегодня будет дирижабль до Лондона?
— С утра проверим.
С этими словами Ян медленно побрел обратно к городу.
Девушка обняла его за шею и умиротворенно склонила голову ему на плечо. Настроение ее улучшалось с каждой минутой. Лишь недалеко от гостинцы она встрепенулась, вспомнив о чем-то важном:
— Постой. А где Анориэль?
— С ней все хорошо, — небрежно отозвался Ян. — Она все-таки согласилась вернуться домой. Довольно грустно просто таскать ее за собой, не находишь?
— Согласилась. Ага, конечно, — Эмили тихо засмеялась, а потом с укоризной уперла палец ему в ключицу. — То есть, я наивно думала, что ты просто захотел обнять меня перед опасным приключением, а оказывается просто в наглую спер ключ?
— А одно другому мешает? — он чуть приподнял бровь.
— Пожалуй… нет, — признала девушка, после показных раздумий. — К тому же, ты прав, дома ей будет лучше. Этот мир явно не для нее.
Помолчав еще мгновение, она спросила:
— Слушай, а какой Анориэль попала к тебе?
— Какой? Такой же светлой занудой, — Ян посмеялся, потом все-таки пояснил: — Я выкупил ее на подпольном рынке. Довольно дорого, если подумать — за остроухую велась настоящая битва. И я вовсе не сразу засадил ее в подвал, если ты об этом. Она казалась довольно любознательной. Я даже думал, что она может быть кем-то из тех, кого я ищу. Но нет. Ее морализаторство всегда действовало на нервы. И только количество потраченных бусин не давало мне свернуть ей шею.... но это неважно. Совершенно неважно. Больше она не будет нам мешать. Ведь теперь у меня есть ты.
— Верно.
Слушать такие неявные признания было безумно приятно. Девушка улыбнулась и провела ладонью по его длинным волосам, все таким же мягким, несмотря на запекшуюся кровь.
До гостиницы оставалось рукой подать, когда путь им неожиданно преградила небольшая толпа — все из прибрежной части. Рыбьи лица были мрачны, руки сжимали вилы и горящие факелы.
— Кажется, вы слишком задержались здесь, господин королевский следователь, — с наигранной вежливостью произнес Делрой из-за спин своих земляков.
— Я как раз собирался улетать, — ответил ему Ян, мило улыбаясь, — но, кажется, кто-то здесь смеет высказывать неуважение к ее высочеству и имперским законам. На этот случай я имею право поступать так, как считаю нужным.
Передние ряды опустили вилы но атаковать не торопились.
— Шел бы ты отсюда, Делрой, — с другой стороны переулка показались жители холмов, возглавляемые Йорком. — Это не у тебя выпотрошили больше двух десятков человек. А ну не моги мешать господину следователю!
— Чужакам здесь не место! В Инсмауте всегда сами со всеми разбирались! А ты трус, раз прячешься за спину Империи!
Ян демонстративно кашлянул:
— Прекратите меня делить, слушать тошно. Для особо непонятливых: я прикончил этого вашего "Сына Дагона", и завтра лечу обратно в Лондон первым дирижаблем. Кто не согласен — отправится кормить рыб вслед за ним.
— Прикончил Сына Дагона! — ахнули обе толпы.
Кажется, прибрежная часть и впрямь считала маньяка национальным героем — ряды рыболюдей пришли в движение. Клан Йог-Сотота тоже отступать не собирался — они горели желанием отыграться за потери.