— Потому что они сказали, что "барона" я не заслужил, — пошутил Ян, но в этот раз голос его звучал иначе, нежели он разговаривал с Генри и всеми остальными. Создавалось впечатление, что он и впрямь не желает конфликта с этим человеком. — Здравствуйте, лорд Люциус.
И едва уловимо кивнул куда-то в сторону.
Эмили очаровательно улыбнулась и плавно кивнула в знак приветствия. Помня наставления перед приемом, она правильно истолковала намек Яна.
— Прошу прощения, джентльмены, я вынуждена покинуть ваше прекрасное общество. Хочу осмотреться.
Отчасти, это было продиктовано желанием самой Эмили — кто бы мог подумать, что она, простая южноамериканская девчонка когда-нибудь окажется на балу у британской королевской семьи? Гранбретанской, но не важно.
В дальней части парка она нашла оранжерею с самыми разными цветами, что источали дивный аромат.
Успела выпить еще пару бокалов шампанского, познакомиться с парочкой “сэров” и “лордов”, которые, выразив свое восхищение, тут же уносились куда-то дальше — засыпать комплиментами других дам, и, вроде бы, разок приметить Матильду, чью разбитую физиономию очень плохо скрывал тройной слой пудры и яркая красная помада.
Вдруг со ступеней, ведущих в недра дворца взревели трубы, и герольд зычным голосом проорал:
— Приветствуйте ее императорское высочество принцессу Эмилию!
Принцесса вышла на крыльцо в сопровождении не менее чем десятка гвардейцев. Она была невысокой, маленькой и издалека могла сойти за совсем еще девочку. На серебристых волосах лежала корона из пары сотен бриллиантов, а белое платье оказалось расшито бусинами с эссенцией, как символ богатства королевской семьи одновременно — магической силы самой принцессы.
Все присутствующие, не сговариваясь, склонились в глубоком поклоне. Вместе с другими поклонилась и Эмили, а когда приветствие закончилось, она, посчитав, что прошло достаточно времени, пошла искать единственного своего знакомого.
Ян нашелся там же, где и был, допивая уже неизвестно какой по счету бокал шампанского.
— Я смотрю, что ты вновь в одиночестве.
— Ага, — как-то тоскливо вздохнул Ян. Его лицо было обращено к принцессе, но глаза что-то высматривали в толпе. — Я так давно не ходил на подобные приемы, что забыл, какая это скукота. Даже Люциус докапывался до меня в три раза меньше обычного, а он из тех людей, кого хлебом не корми, дай сказать гадость любому недостаточно, по его мнению, благородному. Все такие приличные, аж противно. Вот скажи мне, Эмили… — он уставился на спутницу с каким-то очень нездоровым интересом. — Вот что бы ты сделала, чтобы тут стало хоть чуточку веселей?
— Напилась, — честно ответила Эмили, — И устроила дебош. Да такой, чтобы меня отсюда толпой выкидывали. Не знаю как остальным, а мне бы было очень весело.
Ян искренне рассмеялся, но покачал головой:
— Хорошая идея. Жаль, что это будет слишком грубо.
И тут же вновь состроил грустную мордочку.
— Хочешь уйти отсюда? — предположила Эмили.
— Не хочу, — так же тоскливо отозвался он. — Давай еще немного выпьем этого отличного шампанского за государственный счет.
Он подал девушке один из оставшихся бокалов и слегка кивнул на отдыхающих дам и господ.
А там в самом деле происходило что-то очень интересное.
Очередная сиятельная леди, держа вилочку двумя пальцами, попыталась подцепить из фондюшницы небольшую закуску, но вместо этого на вилке оказалась крыса, облезлая и мерзкая, истекая сырным соусом, аки бледной слизью.
Как она визжала!
Ее соседка сразу смекнула ситуацию и упала в обморок на руки не слишком решительного кавалера.
Накормленная крысой истерически взмахнула вилкой, и чудное блюдо полетело через два ряда, едва не растеклось по пиджаку солидного джентльмена, но тот взмахнул рукой, и крыса изменив траекторию, унеслась обратно.
Почему-то ни у кого не хватало воображения просто отойти, позволив крысе шмякнуться на землю — то там, то тут вспыхивали щиты и заклятия... пока диковинный снаряд не осел на прическе принцессы Эмилии. Ее высочество удивленно подняла глаза, пытаясь разглядеть, что же с ней приключилось.
Ян залпом допил бокал:
— А вот теперь — валим!
Уже привычно схватил Эмили за руку и потащил не к воротам — к какой-то запасной калитке, а позади продолжали разрываться крики. Девушка прикладывала неимоверные усилия, чтобы не заржать в голос — перестрелка дохлой крысой, перекошенные лица уважаемых людей — все это было настолько забавно, что под конец она не выдержала и звонко рассмеялась.
Хорошо, что это случилось уже за оградой. Немного успокоившись, девушка принялась тереть глаза, смахивая с них выступившие слезы.
— Это же надо было такое устроить. Даже я бы до такого не додумалась! Ян, ты просто прелесть!
— Я прелесть, ага, я знаю, — он самодовольно улыбнулся до ушей. После чего по-свойски похлопал Эмили по плечу:
— А ты первая из моих дам, которой это понравилось. Помнится, когда на одном из банкетов я заменил пирожные на такие же, но в форме болотных слизняков, так одну юную мисс чуть не стошнило, хотя до этого она строила из себя отъявленную хулиганку. А другая сурово и строго заявила, что все понимает, и в целом ей по душе трюк с вселением неупокоенных духов в декоративные доспехи, но мне не стоит делать мишенью своих забав высокородных... если так пойдет дальше, я подумаю о том, чтобы правда в тебя влюбиться.
Произнеся этот странный комплимент, он внезапно хлопнул себя по лбу:
— Салют сейчас начнется!
Эмили решила никак не комментировать его высказывания о предыдущих спутницах — странно было бы ожидать от криминального лидера, что он станет ждать “ту самую единственную”, а тем более считать таковой себя. Да, по большому счету, сейчас ей было вообще на все наплевать — девушке просто было весело и свободно, словно она сбежала с уроков из школы, подстроив подлянку учителям.
Обогнув все еще празднующую площадь, они свернули в узкий переулок, потом — в странную непритязательную дверь вроде бы приличного дома, забежали на пятый этаж — а оттуда на крышу, где стоял деревянный стол и пара табуреток, и открывался отличный вид на дворец.
Ян щелкнул пальцами, и в его руках возникла бутылка королевского шампанского.
— Повезло, еще не выпили, — обрадовался мужчина. — Ничего, что без бокалов?
И в этот момент громыхнул первый фейерверк, и вечернее небо озарилось самыми разными огнями. Едва присевшая Эмили вскочила, уронив табуретку, подбежала к краю крыши и что завороженно уставилась на тысячи огней самых разных оттенков. Подобного салюта она никогда не видела — королевская семья здесь явно не скупилась на зрелище.
Она почти не заметила, когда Ян придвинул табурет к краю крыши, небрежно вскрыл бутылку и приложился к горлышку.
Задумчиво произнес:
— Ну вот, так и живем.
В кои-то веки у него не завалялось никакого подходящего моменту ехидного подкола, поэтому он просто сидел рядом с Эмили и любовался на раскрывающиеся в небесах огненные цветы.
Рукотворные звезды отражались в его глазах, как в бездонных черных омутах.
Минут через десять салют закончился, и темное небо заволокло серой дымкой от многочисленных залпов. Эмили повернувшись к Яну и, забрав у него бутылку шампанского, залпом выпила почти половину. Голова уже немного кружилась, но девушка все еще была уверена в своей абсолютной трезвости.
— Может быть вернёмся домой и продолжим разрушать наше сознание безудержным весельем? — с плутоватыми нотками вопросила она, наклоняясь в к уху спутника.
— Пойдем, — Ян допил шампанское поставил пустую бутылку под стол. — Мы пришли сюда, сделав изрядный крюк, но я знаю короткую дорогу.
Но, как известно, все приключения на пятую точку начинаются именно с этой фразы.
Сначала богатые дома сменились просто приличными, потом хибарами, а затем настоящими халупами.
Фонарей здесь, конечно, не было, изредка улицы освещались чадящими факелами.