И я пошла вслед за принцессой. Знаю, так не принято, знаю, возможно, я нарушала все возможные правила приличия. Но я должна была знать, должна была убедиться.
Выбежала в коридор. Принцесса в длинной белом платье, с белым воротником быстрым шагом шла в сторону от меня. Проклятье! Знакомая. Слишком знакомая походка. Девяносто семь единиц. Переживания по поводу отсутствия свободы. Секреты.
— Стина, — позвала я громким шепотом.
Она замерла. Узнала мой голос. Точно узнала. Сто процентов узнала. Проклятье. Я медленно приближалась.
— Не бойся, это я…
— Лилия, — выдохнула моя подруга, оборачиваясь, — не узнала тебя.
Неудивительно. Никто не узнает. Мы пораженно смотрели друг на друга, боясь дышать и шевелиться.
— Ты что принцесса? — наконец спросила я.
— А ты крутишь с нашим профессором?
— Ладно, подруга, один-один.
Глава 29: Ты что принцесса?
Глава 29
Мы сидели в самых прекрасных покоях, на самой мягкой кровати на свете и пили какое-то крепкое королевское вино.
— Так что он не знает, что Лилия — это Лил, — продолжала историю я, — думает, мы два разных человека.
— Выпьем за то, чтобы у мужиков появилась внимательность, — сказала моя подруга и подняла бокал.
Мы чокнулись. Выпили.
— А я не хочу быть принцессой, — продолжила Стина, — это столько ответственности, личная жизнь в минусе, еще и никому рассказать нельзя. Я рада, что ты узнала.
— Выпьем за подруг, — подняла бокал я.
Мы выпили. Тепло. Хорошо.
Я легла Стине на коленки. В пышных платьях, в туфлях, мы чувствовали себя самыми счастливыми на свете, сбежавшими с королевского банкета.
— Тебя не будут искать? — спросила я.
— Плевать уже.
— Ты права, плевать.
Мы захихикали. Почему-то было слишком весело, мы были готовы смеяться со всего подряд.
— Так значит у тебя девяносто семь единиц, — сказала я, — это много.
— Очень.
— Ты, наверное, никогда в жизни не болела?
— Даже простуды не было.
— Счастливая.
— Ага.
— Бедняга, — протянула я, — у тебя не было повода полежать дома и побездельничать.
— Даа, — протянула моя подруга, — зато магии завались, я почти всемогущая.
— А я зелья делаю.
— Зелья? Серьезно?
— Ага.
— Выпьем за талантливых девчонок!
Мы выпили.
— Я сама зачаровала тех рыбок, — сказала я.
— Как это?
— Профессор пришел ко мне, то есть к Лил домой и попросил помочь с рыбками.
— Негодяй.
— Не надо, не говори про него так. Он хороший.
— Ну ладно!
— Поверить не могу, ты ведь принцесса, — протянула я, — и что же будет с тобой после окончания Академии?
— Не знаю, но не хочу об этом думать.
— Моя бедняга! — я обняла свою подругу, прижала к сердцу крепко-крепко.
— У тебя классное платье, — сказала Стина, — и вообще выглядишь классно.
— Ты тоже!
Зазвонил телефон. Ну кто? Ну в чем дело?
— Это он? — спросила Стина, — это профессор?
— Он, да.
Я взяла телефон.
— Ты куда пропала? — заговорил Нолан, — по всему залу тебя ищу!
— Поезжай без меня, — ответила я в трубку, — не волнуйся, я с принцессой.
— Ты что пила?
— Нолан, я не маленькая, могу себе позволить!
— Мы же обсуждали! Одна единственная задача! Как ты умудряешься все портить! Слово «миссия» для тебя хоть что-нибудь значит? — злился он.
— Я же сказала, что с принцессой, чего злишься! Я нашла ее.
— Проклятье, Лил!
Я закрыла трубку ладошкой. Мы рассмеялись.
— Что значит, ты с принцессой? — злилась трубка.
— То и значит. Я с принцессой.
— Привет ему передавай, — шептала Стина.
— Тебе от нее привет!
— От кого?
— От принцессы, я же говорю!
— Лил, что происходит! — Нолан негодовал, а мы веселились.
— Дай девочкам развлечься, не порть кайф, — сказала я.
— Какой кайф?!
— Какой кайф? — зашептала я подруге.
— Обычный, — пожала плечами Стина.
— Обычный!
Тут мне в голову пришла странная безумная мысль.
— Давай позовем его к нам?
— Нет, ты что? — смутилась Стина, — он же меня узнает.
— Так на это и расчет! Он должен тебя узнать, чтобы защитить. Мы же обсудили.
— Все правильно, — заговорила трубка, — я приду.
— Ты что подслушивал? — ахнула я.
— Я на проводе, тут невозможно подслушать, только слышать.
— Зануда.
— Алкоголичка.
— Пара бокалов!
Моя подруга потрясла пустой бутылкой, покачала головой.
— Тут побольше будет, — сказала она.
Нолан бросил трубку, и мы снова рассмеялись.
— Какой он грубый, — фыркнула Стина.
— Он хороший, правда.
— Да ты влюбилась по уши!
Я захихикала, зарылась головой под одеяло.
— Ну ты куда? — смеялась Стина.
— У нас нет будущего, — сказала я, высовывая голову.
— Как это нет будущего?
— Ну он из секретной службы, закончит расследование и уедет, а я останусь.
— Бедная моя девочка, — Стина обняла меня, погладила по голове.
Тут распахнулось окно. В комнату ввалился Нолан. В пиджаке и с бабочкой. Сексуальный и взъерошенный.
— Проклятье, это реально наш профессор? — ахнула Стина, — профессор Парис, а Вы и правда горяч!
— Отлично, вы реально наклюкались, — выдохнул Нолан, переложил бутылку на пол, сел на кровать.
— Ты испортил нам девишник, знаешь об этом! — возмутилась я, — нельзя так вваливаться.
— Девишник предполагает последующую свадьбу, — сказал Нолан, — и кто из вас двоих выходит замуж?
Стина снова захихикала.
— Я-то точно нет, — сказала она, — а что насчет вас двоих?
— Какая жуть, — снова выдохнул Нолан, — надо запретить алкоголь на государственном уровне.
— Передам отцу! — рассмеялась Стина.
Нолан смеяться не собирался. Он поднял мою подругу с кровати, поставил перед собой.
— Теперь слушай, — строго сказал он, — ты все еще моя ученица, а я твой преподаватель.
— Конечно-конечно.
Нолан взял стоящую на столе вазу, выкинул из нее цветы. Плеснул водой Стине в лицо. Я замерла. Казалось, что водой облили меня. Сразу сознание прояснилось. Как он посмел? Это он нарушал все правила приличия. По сравнению с Ноланом я — самое примерное существо на планете. Он же на самом деле облил водой саму принцессу этой страны.
— Простите, профессор, — пробормотала Стина.
— За тобой охотится преступник, — сказал Нолан, — он собирается высосать твою жизненную энергию. Ты должна быть бдительна. Не общаться с незнакомыми и малознакомыми людьми и не пить никаких странных жидкостей.
— Хорошо.
— Лил сделает зелье, но до этого ты должна быть осторожна. Поняла?
— Да, профессор.
— И никому не говори, что ты принцесса.
— Вы тоже не говорите, пожалуйста.
— Не скажем, не волнуйся, — Нолан откашлялся, — еще я хочу знать имена всех, с кем ты общаешься в Академии.
Стина посмотрела на меня, я кивнула. Ни для кого не секрет, что мы дружим. Глупо это отрицать.
— У меня есть подружка Лилия, — ответила Стина, — это все, больше ни с кем. Только если «привет» или «пока».
— Лилия знает, что ты принцесса?
Стина снова посмотрела на меня, и тут я легонько мотнула головой. Не говори, пожалуйста, не говори, иначе Нолан станет подозревать меня, то есть не меня, Лилию, а это только замедлит дело.
— Нет, она не знает, — ответила Стина, — Лилии ничего не известно.
— И как же так получилось, что ты не рассказала своей лучшей подруге?
— Профессор, это мое личное дело, и наши отношения Вас не касаются.
Стина — красотка. Как ему ответила. Я гордилась своей подругой и была ей благодарна.
— Пусть так и остается, — сказал Нолан, — не говори никому, даже своей подруге.
— За что Вы так не любите Лилию? — спросила Стина, посматривая на меня.
— Дело не в моих симпатиях или антипатиях, это меры безопасности.
Нолан посмотрел на меня строго. Я сообразила, что пора уходить, что наш девишник подошел к концу. На прощание обняла подругу.