Но я решила больше на него не обижаться. Это просто спектакль. Нолан играет злого профессора, а я непутевую ученицу. И мы будем играть до последнего. Будем играть профессионально.
— Раз уж у нас есть опоздавшие, — продолжал профессор, — тогда вы и продемонстрируете нам снятие защитных чар.
— Каких чар?
— Защитных, — повторил профессор, — ты знаешь, Лилия, как их установить?
Я не знала, так что…
— Не знаю, — сказала я с легкой улыбкой, — каюсь, но не знаю.
Профессор улыбнулся в ответ. Улыбнулся улыбкой Нолана. На безумное мгновенье мне показалось, что профессор узнал меня. Но скоро наваждение прошло. Просто показалось.
— Тогда поступим иначе, — сказал профессор Парис, — Стина будет говорить тебе, что делать, а ты будешь следовать указаниям.
— Но я не… — проглотила возражение, — давайте попробуем.
— Я наложил защитные чары на дверь, — сказал профессор, — пара продлится до тех пор, пока вы не снимете чары.
Аудитория вздохнула.
— Так что начинайте, — профессор снова улыбнулся, — а я прослежу, чтобы магию использовала только Лилия, Стина — ты лишь советчик.
— А если мы не успеем до конца пары? — спросила я.
— Тогда вы познаете гнев своих одногруппников, которые будет учиться до тех пор, пока двери не откроются.
— А если кто-то захочет в туалет? — послышалось с последней парты.
— Тогда сочувствую.
Да, я узнавала Нолана. Рискованный парень, не думающий о последствиях. Преподаватель, который плевал на безопасность, преподаватель, который развлекался.
— Продолжим тему лекции, — продолжил профессор Парис, обращаясь к остальным студентам, — как защищаются люди с разной жизненной энергией…
— Это просто, — прошептала Стина, — ты ведь видишь печать?
Я тронула светлую магию внутри меня. Просто увидеть печать. Просто увидеть. И я увидела. Белые линии, обматывающие дверь.
— Конечно, вижу, — сказала я.
— Хорошо. Теперь сосредоточься на печати.
— Сосредоточиться?
— Да, внимательно посмотри и напрягись!
— Ну ладно…
Я сделала, как просила подруга.
— Ты видишь линии? — спросила Стина.
— Вижу. Белые, переплетающиеся. Вижу.
— Нужно зацепиться за них и сломать!
— Разве это не черная магия? — ухмыльнулась я, — раз уж забрать энергию этих линий и сломать.
— Никакую энергию забирать не надо, — вздохнула Стина, — это не сработает. Светлые печати специально устроены так, чтобы их не смог взломать темный маг. Просто сосредоточься, и черпай энергию из самой себя, потом надо мысленно зацепиться за линии и сломать. Все получится.
Я сосредоточилась, залезла внутрь себя… Зачерпнуть свою внутреннюю энергию? Звучало просто. Звучало странно.
— Как черпать энергию? — шептала я.
— Просто. Берешь и черпаешь. Как воду в кружку зачерпнуть.
— Я наливаю воду из крана.
Попыталась снова, сосредоточилась, напряглась.
— Ты уже сделала самое сложное, — сказала Стина, — ты увидела эти линии. Большинство не видит, а ты увидела. Теперь просто сломай их. Это очень просто.
Я попыталась. Ничего не ломалось.
— Не могу.
— Давай вместе. Я говорю, ты делаешь.
— Ладно.
— Ты видишь эти линии, — сказала Стина, — теперь подцепи их, ты должна почувствовать. Словно подцепляешь рукой, только сознанием.
Я подцепила.
— Хорошо, теперь просто сломай.
— Не могу!
— Это просто, как соломинку разломить.
— Да не выходит!
Я пыталась снова и снова. Ничего. Мы со Стиной переглянулись.
— Сил не хватает, — пояснила я.
— Проклятье, — прошептала Стина.
— Ты же не ругаешься…
— От тебя понабралась.
Глава 21: Чего звонишь?
Глава 21
Прошло четыре часа. Нашего профессора совсем ничего не смущало. Он продолжал ходить по аудитории и рассказывать про историю магии. Он уже провел четыре теста, показал студентам документальный фильм и обыграл троих в магические шахматы. Меня ненавидели все. Даже Стина погладывала зло.
— Ну прости, — шептала я, пытаясь снова и снова, — не виновата же я, что моей энергии не хватает.
— Тогда возьми мою.
— Как это?
— Ты же полукровка, — Стина подошла ближе, — ты можешь взять немного моей жизненной энергии и открыть эту проклятую дверь.
— Так это же черная магия. Ты говорила, что светлую печать может вскрыть только светлая.
— Только светлая способна видеть эти линии, а сломать-то любая.
— Какая ты хитрая, — фыркнула я, — недоговорила.
— Так что просто возьми мою силу и сломай проклятую печать. И мы выберемся, и наконец сможем сходить кое куда.
Вся аудитория сидела, как на иголках.
— Профессор не заметит? — спросила я.
— Уже плевать. Возьми энергию и открой эту проклятую дверь.
— Ладно-ладно! Сейчас.
Тут у меня завибрировал телефон. Посмотрела на номер звонившего. Нолан. Посмотрела на профессора. Он стоял в конце аудитории с телефоном.
— Не до звонков, Лилия! — строго сказала мне подруга.
— Прости, это важно, — и я взяла трубку.
— Уже встала? — прозвучал приветливый голос.
Я бросила осторожный взгляд на профессора, отвернулась.
— Встала, — чуть слышно ответила я.
— А чего шепчешь?
— Хочу и шепчу. Чего звонишь?
— Может, соскучился, а может, есть дело.
— Заканчивай уже, — прошипела Стина.
— Спасибо за завтрак, — сказала я в трубку, — было вкусно.
— Я рад.
— Какой завтрак! — возмущалась рядом моя подруга, — у нас дверь!
— Могу немного припоздниться сегодня, — сказал Нолан, — у меня непредвиденные обстоятельства.
— Какие же?
— Я заперт.
— Тебя надо спасать?
— Нет, я надеюсь одной маленькой дурочке все-таки хватит ума открыть дверь.
Маленькой дурочке значит? Вот так ты меня называешь! Я ухмыльнулась.
— Чего смеешься? — спросил Нолан, — если заревновала, то не стоит.
— Я не из тех, кто ревнует.
— Прозвучало немного обидно.
— Ну ничего.
Тут профессор повернул голову прямо на меня.
— Это что еще такое? — крикнул он мне, потом добавил в трубку, — прости, пожалуйста, не тебе. Минуту.
Я поспешила сбросить звонок.
— Дверь открой, а потом разговаривай с кем хочешь, — сказал профессор Парис, — что за телефонные разговоры!
— Да, сейчас, — ответила я и не смогла сдержать улыбку.
Профессор посмотрел в свой телефон, понял, что звонок сброшен, и разозлился. Видеть его разозлившимся было бесценно.
— Из-за тебя у меня сорвались важные переговоры, — сердился профессор, — открывай уже.
Важные переговоры значит? Я довольно облизала губы, сосредоточилась на двери.
— Давай сделаем это, — шепнула я подруге, — ты готова? Я возьму совсем немного твоей энергии.
— Давай уже.
Я переключилась на темную магию. Здесь чувствовала себя, как дома. Нащупала подругу, сосредоточилась на ее энергии. Много. Как же у нее много энергии! Под сотню! Реально, под сотню! Девяносто? Нет, больше! Девяносто семь единиц! Да она сильнейший маг из существующих. Я взяла немного. И тут же сломала печать. Легко. Быстро. Дверь со скрипом распахнулась.
Аудитория замолчала и повернулась на меня. Надо было сделать что-нибудь. Что-нибудь эффектное. Я поклонилась и с широкой улыбкой крикнула:
— Двери открыты! Не благодарите!
Толпа рванула на выход. Они неслись, готовые снести все на своем пути. Я отошла, пропуская всех к выходу.
— Они и не собирались тебя благодарить, — выдохнула моя подруга, — так просто получилось? Но я ничего не чувствую.
— Твоя энергия уже вернулась к прежнему уровню, — сказала я, — ничего.
— Я побежала, но найду тебя, поняла? Ты все мне расскажешь! И про тот странный телефонный разговор!
Стина выбежала за дверь, оставив меня с кучей вопросов на ее счет.
— Это ты мне все расскажешь, — выдохнула я ей вслед, — у тебя девяносто семь единиц, подруга, это очень необычно.
— Думал, мы просидим здесь до вечера, — послышался насмешливый голос за спиной.