«Ребекка! Нет!!»
Я голодным взором впилась в губы Алакая, по-кошачьи склоняя голову вбок. Глаза мужчины заволокло серой пеленой.
В тот момент я ощутила, что он сделает буквально всё, что я захочу. И как захочу.
Он сделал шаг ко мне. Мои пальцы коснулись лица Ше’ру.
В коридоре возле моей двери мы были абсолютно одни — я это знала. Лишь Шаян метался наверху, охваченный противоречивыми чувствами. В порыве обуздать эмоции я отчётливо увидела, как он перевернул свой стол, разбив тот в щепки.
Моя тёмная, дремлющая до этого момента сторона, ухмыльнулась и притянула Алакая ближе к себе.
Он пах льдом и кровью. Его ладони легли на мою талию.
Кай был таким ледяным, а я жаждала пламени… и лишь это меня отрезвило.
Облизнув пересохшие губы, я заставила мужчину наклониться ближе и прошептала ему на ухо:
— Ты не вспомнишь, что сейчас произошло. Лишь возьмёшь ключ и запрёшь дверь, а после уйдёшь по своим делам в Драконий утёс, — я чувствовала, что в том районе моё влияние слабело, — и вернёшься сюда лишь под утро. Ты меня понял, Алакай?
Отстранившись, я дождалась, пока Кай покорно подчинится.
— Как прикажете.
Кончики пальцев покалывало.
По открытым участкам кожи пробегались язычки белого пламени…
Собрав последние крупицы воли, я отдала Каю ключ от комнаты и резко нырнула за дверь, захлопнув её и привалившись к ней спиной.
Бам. Бам. Бам.
Моё тяжёлое дыхание срывалось с приоткрытых губ.
Я дождалась, пока Кай провернёт в замочной скважине ключ, запирая меня, и уйдёт.
Теперь, несмотря на то что мои способности позволяли мне заглядывать буквально в любой уголок академии, проходя сквозь стены, я была уверена в том, что моя физическая оболочка заперта в этой клетушке.
Однако я не учла то, что Шаян, в отличие от меня, мог покинуть свою башню.
— Руна… — прошептала я иссушенными губами. — Руна, что происходит?
«Твоя магия пробуждается, Ребекка,» — тихий голос драконихи прошелестел в моих мыслях. Из моих рук на пол выпали книга и лист бумаги. Я удержала лишь перо и склянку с чернилами. В тот момент я отчётливо считала помыслы драконихи — она планировала поговорить со мной с помощью письма.
Однако её план провалился, так как моя магия прорвалась наружу. И теперь я не могла отличить то, что вижу сама, от того, что мне открывала собственная сила.
Тёмная сторона меня заворочалась, притягивая за нить Шаяна ближе и побуждая его выйти из кабинета.
«Тебе надо продержаться эту ночь,» — сказала Руна, чувствуя, что чернила и бумага уже бесполезны. Магический демон уже брал надо мной вверх. И подобное Кайл точно почует — это уже не скрыть. — «Ни в коем случае не выходи из комнаты. Постарайся сопротивляться. Я ничем не смогу тебе помочь — прямо сейчас ты тянешься в том числе и ко мне. Если попытаюсь помочь — ты подчинишь меня. И кто знает, что ты сделаешь с этой властью. Но я в тебя верю, Ребекка. Борись!»
Руна покинула мой разум, оставив меня один на один с противоречиями, разрывающими меня изнутри.
Я закрыла глаза, чувствуя, как Шаян медленно, противясь моему влиянию, спускается вниз. Пытаясь сосредоточиться и удержать крупицу себя, которая была заперта где-то глубоко в своём же теле, я представила маятник, отбивающий ритм.
Раз. Два. Раз. Два. Раз. Два.
Шаян был всё ближе и ближе. А огонь в моём теле сжигал меня заживо.
Я старалась удерживать картинку маятника в своей голове, но вместо этого приходили непрошенные мысли.
Почему я не могу покинуть эту комнату? Я могу буквально в-с-ё.
В моих венах пела песнь ужасающей магии.
Я могу забрать брата и уйти тайным путём в город. И меня не остановит даже баргат, ведомый моей магией.
Я чётко увидела дорогу до тайного лаза, что находился в одной из хозяйственных помещений прямо за комнатой кадетов третьего курса, что сейчас пустовала. Мы могли бежать. А вместо этого я бездействовала!
«Ребекка, опомнись. Это не ты, это магия говорит за тебя,» — изо всех сил пыталась внушить себе я, сгорая в лихорадке.
В тот момент, когда Шаян оказался возле моей двери, все мысли подобного рода тут же выбило из моей головы. Я с голодом переключилась на баргата, не зная, радоваться ли подобной смене приоритетов.
Маятник. Раз. Два. Раз, два, три. Раз, два, три.
Шаян знал, что так просто дверь в эту комнату не пробить (она была из особой породы дерева), поэтому и выделил её для меня в качестве дополнительной защиты. Теперь это знала и я.
Раз, два, три. Раз, два, три. О Шаале, помоги мне!!
Я сползла по двери вниз, на пол, практически одновременно с Шаяном.
Нас разделяла лишь.
Эта.
Чёртова.
Дверь.
Запрокинув голову, я тяжело задышала через рот. Пот стекал с моего лица вниз, по шее к ключицам и ложбинке грудей.
«Чёртово платье!!» — я не знала, чья это была мысль: моя или Шаяна. Но когда он дернул руку вверх, чтобы расстегнуть свою кожаную форму у шеи, я повторила этот жест.
Баргат дрогнул, широко раскрыв глаза. А потом я почувствовала, как моя рука против воли тянется к моей шее… а затем поглаживает её, спускаясь ниже — к груди.
От этого будоражащего действия по мне будто пробежала молния. Моё тело выгнулось дугой от наслаждения.
— Ребекка… — услышала я тихий мужской шёпот за дверью и вцепилась обеими руками в своё платье, возвращая себе власть над своим телом.
Бедная ткань скрипнула.
Я застонала, не понимая, как мне противиться той грани искушения, по которой я ходила так неаккуратно.
Баргат мог снести дверь. Он мог сжечь её до тла.
Он мог физически коснуться меня (и не только), но тогда бы это происходило под влиянием моей необузданной магии, что желала заполучить Шаяна. Я же не хотела подчинять его себе. Я хотела, чтобы он желал этого сам.
До крови прокусив губу, я откинулась назад, больно саданув затылком о дерево. В уголках глаз выступила влага. Наше с Шаяном дыхание стало единым. Только он, в отличие от меня, сидел, уронив голову и сжав руки в кулаки.
Продержаться ночь… кажется, это будет труднее, чем кажется.
Мыслей не было.
Только жгучие чувства, которые я сдерживала из последних сил.
По моим щекам текли горячие слёзы, а взор заволокло красной пеленой.
Раз, два, три. Раз, два, три. Я сильнее этого.
Сгорая от желания, я считала минуты до рассвета.
Раз, два, три. Раз, два, три.
Три раза я пыталась из последних сил сдержать безумную силу, что желала вырваться на волю.
Три раза я думала, что погибну, если продолжу находиться внутри этой чёртовой комнаты.
А верховный баргат сидел возле двери то ли охраняя меня, то ли из последних сил пытаясь сопротивляться моей подчиняющей магии… Противясь моему тёмному, пленительному альтер эго, манящего его к себе…
Глава 24
Утро настигло меня полностью разбитой и опустошённой.
Шаян ушёл с первыми лучами рассвета, оставив меня свернувшуюся в клубочек возле двери.
Я отлежала себе всё тело. И еле-еле встав с пола привела себя в хоть какой-то порядок.
Да… ночь я кое-как пережила, но сходить в купальню мне бы не помешало.
«Кайл передал, что будет ждать тебя на рынке в условленном месте сегодня и завтра. Если не придёшь — он покинет город и отправится в Ивлир,» — сообщила Руна.
Я тяжело выдохнула. После произошедшего накануне, я уже не могла чётко планировать, что со мной будет через пару ударов колокола.
В скважине провернулся ключ, отпирая замок. За дверью меня ждали первые неожиданные изменения в привычном распорядке вещей. Прислонившись к стене, Бес смотрел меня с ног до головы. А меня будто ударило молнией осознания — а что, если Алакай… если он всё запомнил?!
Но хуже было другое.
Если Каю я приказала забыть о том, что произошло, то с Шаяном… я не сделала и этого.
Пока ледяной холод сковывал мой позвоночник, Бес отлепился от стены, шелестнув полами своей чёрной мантии. Он осклабился, и его и без того угловатые черты стали ещё более ожесточенными.