Теперь дракон — это лишь паразит, что по своей глупости забрался в мое совершенное творение.
Дюралевые ребра изгибаются и обхватывают чешуйчатое тело. Герцог мгновенно понимает, что к чему и пытается противостоять, но вот незадача… Дюраль слабо подвержена силам магов металла.
Несущие конструкции обвивают лапы, обхватывают хвост. Дракон словно кошка пригибается и пытается ползти дальше. Укус!
Последний баллон между нами обмякает, повисает на нескольких металлических ребрах. Гигантская голова заполняет все пространство. На клыках ошметки баллонов. Дракон не может двигаться, не может дотянуться до нас, но ему уже не нужно.
Он открывает пасть. В ее глубине горит огонек.
— На дирижаблях курить запрещено! — Бросаю сквозь зубы я и металлическая труба обвивает горло дракона.
Я давлю со всех сил, но не так-то просто пересилить многотонного, чешуйчатого монстра. Мы замираем в хрупком балансе. Дракон не может поджечь нас, но и я не могу удушить его.
Эльфийская рука касается моего плеча и чувствую прилив сил. Я перетягиваю горло туже, заставляя дракона захрипеть, но силы тут же пропадают.
— Нет! Не убивай его!
— Ты спятила? Он хочет нас сожрать!
— Он не хочет, это ему приказывает человек. И вообще, драконы очень важны для экологического баланса мира, та мана, что они вырабатывают…
— А к черту! Просто помоги мне.
Силы возвращаются.
С трудом пересилив искушение сломать чешуйчатому гаду шею, я выталкиваю его наружу своими металлическими руками. Герцог что-то орет, но мне некогда его слушать. Над корпусом дирижабля появляется хвост, потом покрытая чешуей задница. Стрекочет пулемет, что не собирается терять такую возможность. Пули в основном рикошетят от драконьей брони, но все же это наверняка неприятно. И прямо скажем, унизительно.
Дракон рычит и наконец-то перестает сопротивляться, вытаскивает свою тушу наружу.
Я вытираю текущую из носа кровь и выдыхаю. Это было тяжело.
Под градом пуль дракон ползет по проминающемуся корпусу, взмахивает хвостом и планирует с него, не обращая внимания на то, что Герцог в ярости колотит его кулаками.
Похоже, дракон сделал верный выбор.
Грохочет ружье и Герцог прекращает колотить своего питомца. Он мотает головой из стороны в сторону и хватается за шлем. Увы, его броня столь хороша, что даже пуля Долана не смогла пробить ее. Зато наверняка подарила отменный звон в ушах.
Лишившись многотонного пассажира, дирижабль медленно набирает высоту.
Под нами, меж скал пробегает узкая тропка, по которой поднимаются слуги. Перед нами — Драконий замок, черный, будто оплавленный. Воистину, брать его штурмом было бы тяжелой задачей. Но я не собирался его штурмовать.
Я спускаюсь в каюту капитана и сверяюсь с бомбовым прицелом. Вот для чего мне нужен был остекленный пол. Наш дирижабль слишком поврежден, мы держимся в воздухе во многом за счет двигателей. Герцог может прийти в себя в любой момент и вновь помешать нам. Мы не можем тратить время на второй заход. Не можем дать ему шанс все испортить.
Поднимаю трубку. Связываюсь с бомбовым отсеком.
— Да, сэр.
— Выставить задержку взрыва на максимум. Приготовиться к бомбометанию.
Створки под дирижаблем открываются, показывая металлический корпус бомбы, размером с небольшого дракона, а весом… Весом многим больше. Львиная доля полезной нагрузки была занята этим малышом. Почти десяток тонн тротила и особо прочный, закаленный носовой обтекатель.
А ведь я еще специально поджидал наиболее морозный день, чтобы наша грузоподъемность была как можно больше. Вероятно, летом бы пришлось брать бомбу поменьше.
Я вновь сверяюсь с прицелом. Под ним проплывает крепостная стена. Прочная, массивная. Узкая тропа не даст подвести таран, высота не позволит закинуть снаряд требушету, а сотни воинов с легкостью отобьют любой штурм. Взломать такую стену можно лишь чарами тактического уровня и то, если у нее не найдется защитников из числа теократов или магов.
Башни. Столько же крепкие, приземистые. Толстая кладка, многочисленные бойницы и крупная баллиста на крыше, которая смотрит прямо на нас. Выстрел! Каюта взрывается осколками, рассекая мою кожу. Снаряд крепостной баллисты пронзил каюту насквозь, к счастью, он не был зачарован. Черт, нам не хватало высоты, чтобы отбомбиться безопасно… Но зато мы могли отбомбиться чертовски точно.
Внутренний двор, на котором по тревоге прямо сейчас собирается стража… Грифоньи стойла, уже пустые. Цитадель. Главное строение замка. Обитель Герцога. Именно из его окон он наблюдал, как муравьи-слуги тащили по узкой тропе припасы в его замок. Как они падали вниз. Защищенная магическими щитами, крупнейшими воздушными силами королевства, сосредоточение его власти. Как жалость для Герцога, что его магические щиты легко пропустили столь медленный объект, как наш цеппелин, не видя в нем угрозы. Компетентные маги такого бы не допустили.
Дергаю рычаг. Оглушительно звенит сирена. Клешни разжимаются, отправляя бомбу в полет. Тут же дирижабль подбрасывает вверх и новые снаряды баллист просто проносятся под нами.
Две минуты.
Избавившись от десятка тонн груза, мы стали очень быстро подниматься. Но недостаточно быстро. Герцог, наконец, приходит в себя и поворачивает сопротивляющегося дракона на нас. Он пытается преследовать, но еще не знает, что убегаем мы вовсе не от него.
— Форсировать двигатели! Мощность на максимум!
Получив сигнал по внутренней связи, машинисты подключают к двигателям дополнительные аккумуляторы с громовыми камнями. Едва проверенная ненадежная технология. Так же как и стрелкам, им некуда деваться, если что-то пойдет не так. На расстоянии вытянутой руки от них завывает махина в сотни и сотни киловатт, разгоняясь до максимума. Но иначе никак, если мы не уберемся достаточно далеко — нам конец.
Полторы минуты.
Стальной нос бомбы легко пробивает цитадель этаж за этажом, пока не вламывается в тронный зал. Груды камней заваливают золотой трон и кажется, что все затихло. Шорох камней, медленно опускается пыль. Лишь небольшой пропеллер крутится у хвостовика бомбы и с каждым оборотом замедляет свой ход. Телохранитель Герцога вынимает меч и осторожно подходит к стальной громадине.
Минута.
Обмотки двигателей дымят. Громовые камни в аккумуляторах перегреваются, корпус пробивает и воздухе пляшут разряды. Гул двигателей перерастает в свирепый вой.
— Третий двигатель горит! Первый на пределе! — Надрываются телефоны.
Тридцать секунд.
Вспыхивает еще один двигатель. Лопасти уже не гудят, они визжат, пытаясь отвоевать у воздуха еще хотя бы метр. Дым валит почти из всех двигателей.
Двадцать. Десять. Девять…
Я покидаю каюту, чтобы подняться в глубину дирижабля. Все же, не хочется проверять устойчивость каюты к взрывной волне — на себе. Хватаюсь за остатки несущих конструкций и советую эльфийке сделать так же. Надеюсь, дракон не сумел повредить их достаточно, и взрыв не разорвет нас на части. Надрезаю запястье и связываю обрывки конструкций. Больше я ничего не могу сделать.
Три… Два… Один…
Рыцарь осторожно тычет бомбу мечом.
ВЗРЫВ.
Огненная волна разносит цитадель за доли секунды. Стена, башни, все перестает существовать. Ничто в стенах замка не имеет шанса выжить. От высоких покоев до глубоких подземелий — все превращается в пыль. Обломки разлетаются на многие километры, даже скальное основание трескается и качается. Сила взрыва прокатывается по скалам и уходит вверх. Волна подхватывает Дракона и отбрасывает в сторону. Он моментально складывает крылья, чтобы их не сломало. Лишь невероятная прочность твари позволяет ему сохранить свои кости в целости, а вот ремни Герцога оказываются не столь крепкими. Его выбивает из седла и лишь чудом ему удается зацепиться за гребень дракона и удержаться на нем. Но никогда любоваться, ведь следом взрывная волна бьет и по нам. Дирижабль сотрясается, скрипит, металлические фермы ломаются, он трещит по швам, но конструкция выдерживает. Поток разгоряченного воздуха несет нам все выше и выше, тогда как Герцог падает вниз.