От капитана начало расходиться легкое давление, которое защищало меня и Асуку от давления сражающихся капитанов. Они все сильнее и сильнее напрягали свои силы. Пока что никто из них не использовал кидо, что несколько удивляло. Я бы уже давно попытался придавить своего противника чем-то позаковыристей. Хотя, не то чтобы я знал что-то такое, что могло бы помешать капитанам на долгое время.
В этот раз они столкнулись в полную силу. Жестко сцепившись мечами, никто не собирался отступать. Как капитан, так и претендент пытались давить друг друга. От мощи, что они оба испускали, начал подниматься песок. Расцепившись, они оба отпрыгнули, чтобы через мгновение снова сойтись в жестком клинче.
Претендент чуть поменял позу. Вокруг него воздух стал чуть тяжелее, что значило только то, что он готов действовать во всю силу. На лице капитана можно было заметить еще более широкую ухмылку. Он выставил свой клинок чуть-чуть вперед. Кажется, сейчас будет шикай. Но…
Противник капитана резко пропал. А через мгновение голова человека в белом хаори была отделена от тела. Претендент резко взмахнул клинком, словно стряхивая кровь, а затем спрятал его обратно в ножны. Тело капитана все еще продолжало стоять. Кровь и духовная энергия брызгали из него во все стороны. Голова все еще показывала знаки жизни, а затем духовная энергия стала спадать, и тело упало вначале на колени, а затем вперед. Кровь медленно продолжала вытекать, но это уже был давно не фонтан.
Тишина вокруг была подавляющей, потому что никто не ожидал, что все произойдет настолько быстро.
— Иногда битвы сильных проходят так быстро, — сказал капитан Саске. — Один оказался быстрее… и всё. Твой путь закончился.
Не хотелось бы мне в будущем оказаться в такой ситуации, а значит нельзя останавливаться в собственном развитии. Понимание этого не означает, что я сразу же стану сильным. О нет.
Только сейчас я заметил, что все другие капитаны тоже были тут. Я заметил Йоруичи, которая сидела вместе с каким-то мужчиной и Сой Фон. Кстати, мужчина был очень похож на третьего офицера второго отряда, словно он был её старшим братом или ближайшим родственником. У него была повязка лейтенанта второго отряда.
Капитан второго отряда ощутила мой взгляд и кинула быстрый взгляд в мою сторону. На секунду взгляды пересеклись, и она вновь смотрела куда-то на поле. На какое-то мгновение я отвёл взгляд, и вся троица пропала в сюнпо.
— Капитан, — обратилась Асука. — Что нам делать дальше?
— Можете возвращаться к тому, чем занимались, — сказал он. — Встретимся уже в бараках.
— Так точно, — сказали мы вместе.
— Удачи.
После этого капитан тоже ушел в сюнпо, оставляя нас в одиночестве.
— Что думаешь о битве? — поинтересовалась у меня пятый офицер.
— Даже не знаю, — ответил ей. — Я ожидал чего-то большего, если честно. Конечно, я понимаю, что разница между силами капитанов может быть достаточно большой, но все же… Мне бы хотелось увидеть хотя бы шикай.
— Так иногда бывает, — хмыкнула женщина, поднимаясь. — Ладно, двигаемся.
— Да, Асука, — согласился с ней.
На выходе я встретил Аугея, что было ожидаемо. Он стал частью одиннадцатого отряда и был должен присутствовать на этой дуэли. Мне сложно сказать по его выражению лица, нравится ли ему произошедшее или нет. А поговорить у нас так и не было возможности, потому что он двигался вместе со своей группой куда-то обратно в палаточный городок. Мы обменялись только кивками.
Когда мы вернули ключи к нашим номерам, мы столкнулись с приветливыми улыбками сотрудниц. Похоже, что они были рады, что очень скоро номера освободятся и они смогут использовать их для чего-то важного или даже интересного. Ну, или просто радуются, что больше денег заработали с простых работяг Готей 13.
До вечера мы вернулись обратно в бараки первого отряда, где получили ключи к нашим аскетичным комнатам. Вот теперь, если не случится чего-то уже совсем неожиданного, у нас должен быть чуть больше трех недель для того, чтобы продолжать изучать библиотеку Совета 46. Думаю, делать все немного по-другому, а не так как я начинал. Нужно сосредоточиться на интересных кидо чуть больше и заняться их отработкой в своем внутреннем мире.
Все для того, чтобы в будущем не оказаться на месте капитана одиннадцатого отряда, которому снесут голову во время дуэли.
***
Соя Азаширо стал капитаном одиннадцатого отряда. Теперь он по праву может носить звание Кенпачи. Он сидел в кабинете, который только недавно стал его, и позволил себе немного погрузиться в рефлексию.
Еще до его рождения клан Азаширо сумел взобраться практически на самую вершину Общества Душ. Конечно, они все еще не были равны четырем великим аристократическим родам, но были близко к возможности выставить своего человека в Совет 46. Они были искусными воинами и прекрасно владели кидо, но с тех пор утекло уже много времени. Клан Азаширо также стал слабым перед деньгами. Деньги стали важной частью клановой жизни, и без них нельзя было считаться достойным. Именно это стало концом клана, который так и не сумел удержаться на своем месте в иерархии.
Стоило им только стать слабее, как их начали уничтожать. Аристократы могут быть очень приятными в общении, добрыми и милыми… до поры до времени или до тех пор, пока не получат своего. И вот они стали жертвами аристократов, жаждавших крови слабых. Последней каплей стали сфабрикованные данные о сотрудничестве клана с квинси, главными противниками шинигами.
Такие обвинения стали приговором, и карательный отряд уничтожил всю его семью, оставив только его и сестру в живых. Тогда его розовые очки о могуществе денег были разбиты и растоптаны. Он и его сестра попали в плен, и на них тоже ждала смерть, если бы они не сразились в яме с пустым. Хотя его сестра успела много пережить, потому что один из клановцев забирал ее к себе в комнату несколько ночей подряд. Тогда он не понимал, зачем и почему она возвращалась в слезах. Сейчас он знает.
В драке в яме его сестра сумела победить пустого ценой своей жизни, в то время, как он лежал на земле и заливал ее солеными слезами. И тогда он думал, что его уже отпустят, но аристократы просто выпустили еще одного пустого на него, заставляя наконец-то собраться с силами, разорвать цепи, что удерживали его, разрушить мир в своих глазах и построить его заново. Именно тогда он пробудил свои силы, уничтожил пустого и вырезал всех аристократов, которые были виновны в падении его клана и особенно в смерти его сестры.
После были долгие годы скитаний, где он сумел захватить асаучи с тела одного из рядовых и наконец-то начать свое развитие как шинигами. Убивая на своем пути противников из пустых и обычных людей, он становился сильнее и познавал себя все лучше и лучше. Ненависть к аристократам медленно сходила на нет, потому что было понимание, что не каждый из них — это чертов ублюдок. Конечно, если он встречал таких, то уничтожал быстро и жестко, но одновременно так, чтобы самому не привлекать внимание второго отряда и других.
За время своих скитаний он понял, что главной проблемой не только Общества Душ, но и Мира Живых являются пустые. И тогда же он начал строить собственные идеи по тому, как можно это решить. Путешествуя в одиночестве, он все больше и больше понимал, что шинигами не используют весь доступный потенциал для того, чтобы победить пустых раз и навсегда. У них есть огромный Руконгай, с тысячами свободных рук, которые можно использовать в тотальной войне против пустых. Но они это не делают. Возможно, именно ему и нужно было стать тем разумным, кто откроет глаза Совету 46 и Готей 13 к возможностям, скрытым в Обществе Душ.
Чтобы донести свои идеи до тех, кто принимает решения, нужно было получить доступ к этим людям. Пройти путь от обычного рядового до капитана не было для него. Соя Азаширо, а теперь Кенпачи, понимал это лучше, чем кто-либо другой. Он должен был стать капитаном сразу. И стать капитаном самого одиозного отряда. Именно поэтому одиннадцатый отряд и стал его целью.