Литмир - Электронная Библиотека
A
A

И вот сейчас, гоня лошадь, Мирослав пытался разобраться в себе. Почему ему стало вдруг тяжело убивать? И каждый раз он приходил к одному ответу. Виной всему Мерседес. Это она так изменила его. Она вернула сыну Зарины давно забытые чувства. Она заставила палача вспомнить, что он когда-то был человеком.

Образ милой красавицы возник в ярких лучах солнца, и Мирослав пришпорил сильнее своего коня. Он соскучился. А больше всего он скучал по тёплому и мягкому телу любимой. Подумать только, всего три года назад, он знать не знал о ней. Закрывая глаза, Мирослав уносился в Парижскую таверну, где среди грязи и разврата он увидел её. Этот вечер он никогда не забудет. Ведь, именно, тогда словив её усталый взгляд, он почувствовал, как сердце вновь забилось.

Мерседес сидела на коленях у своего клиента. Тот играл в кости и шарил грязными руками по всему телу девушки. Она безразлично смотрела в темноту, скрывавшую Мирослава. Красавица не видела, что за ней из этого мрака наблюдают. Она просто смотрела, витая где-то далеко от реальности. Её сердце медленно билось в груди. Дыхание чуть вздымало полную грудь. Белые растрёпанные локоны падали каскадом на тонкие плечики. И пустые голубые глаза, стеклом отблёскивали в свете свечей. Мужчина грубо лапавший тело, нисколько не возбуждал юную проститутку. Казалось, её тело покинула душа, и она безвольной куклой была в руках клиента. Как же сильно эта девушка напоминала его. Такое же безразличие и пустота в глазах. Его сердце сжалось от жалости к незнакомке. За семь веков его жизни никто не удостоился жалости самого жестокого палача клана Феррат. Их клан, как железо, твёрдый, сильный, смертельный, холодный. И вампиры такие же.

Он смотрел на неё и никак не мог понять, что так притягательно в этом смертном человечке? Бледная кожа? Ярко-красные губы? Голубые, как небо, глаза? Нет не это. Такую красоту Мирослав видел тысячи раз, но ни одна обладательница этих даров природы не коснулась сердца. И только когда он заглянул девушке в глаза, ответ стал очевиден. Она устала от мира вокруг себя. Устала от его однообразия и жестокости. Смирилась со своей незавидной участью проститутки, но не покорилась. Девушка существует сразу в двух мирах. В этом и своём выдуманном. Наблюдая за незнакомкой, Мирослав почувствовал в ней родственную душу. Он тоже жил в мире иллюзий, когда уставал от смертей вокруг себя. Чаще всего, закрывая глаза, вампир улетал в прошлое. Туда, где родился. В бескрайнее земли, покрытые лесом и болотами. Где небо прозрачно-голубое, а звёзды по ночам освещают путь, даже лучше чем луна. Где поля спелой пшеницы звенят, качаясь на ветру. Птицы поют, убаюкивая сладким голосом матери. Вот его воспоминания о жизни до обращения. Тогда Мирослав был счастлив. Его жизнь стала бы яркой зарницей на небосводе миллионов жизней. Такой же мимолётной, но запоминающейся. Он дорожил каждым мгновением этой жизни, ведь оно могло быть последним. Это став бессмертным ты теряешь ценность этих мгновений. Они будут повторяться бесконечное число раз. Столько сколько ты захочешь. Но, почему-то получив бессмертие, ты больше не ценишь жизнь, как раньше.

Эта незнакомка в таверне, словно его отражение в зеркале. Потерянное и бесчувственное. Мирослав не хотел больше прятаться за тенями. Выйдя из тёмного угла, он подошёл к играющим в кости. Бросил кисею с монетами на стол. Несколько золотых выкатились, увлекая за собою жадные глаза мужчин.

— Я забираю эту девицу! — громко сказал Мирослав.

Мужик, который минуту назад лапал проститутку, беззубо улыбнулся. Схватив монеты, мигом запихал их обратно в дорогую кисею. Вот глупый иностранец. За обычную шлюху и столько золота даёт. Но кто он такой, чтобы с ним торговаться. Пусть забирает. От неё всё рано проку никого. Ледышка, одним словом.

— За такие деньги и я тебе отдамся! — прогоготал мужик, скидывая с себя дорогую девку. — Забирай!

Девушка влетела в открытые объятья щедрого иностранца. Её глаза медленно поползли вверх, пока не встретились с серыми глазами нового клиента. Она бы испугалась, если бы не разучилась бояться. Но, за семнадцать лет своей жизни страх ушёл. Что ещё может случиться плохого с ней? Чего она не ведала? Сирота. Она потеряла всю свою семью. Отца давно убили на чужой войне в Арагоне. Он был наёмником. Мать, как ведьму, подвергли испытанием водой. Мама не выплыла, брошенная связанная в реку. Обвинения в колдовстве сняли, но от этого ей с сёстрами было не легче. Потом умирали её младшие сестрички от голода и болезней. За год она потеряла близких людей. Маму, Жанну и Изабеллу. И новая напасть в лице соседей. Теперь и её обвиняли в колдовстве. Инквизитор, молодой монах, изнасиловал её. Потом обвинил, что это во всём виноваты её колдовские чары. Как самую опасную ведьму девушку повезли в монастырь для суда в стенах святого места. Там колдовство прислужницы тёмных сил не действует. По пути повозка попала в засаду разбойников. Те, потешившись, в своё время продали пленницу торгашу гулящих девиц. И что после всего случившегося может её напугать? Режущие глаза незнакомца? Нет. Он уже не страшен той, что потеряла себя.

Стоило сыну Зарины коснуться девушки, как время для него остановилось, и люди вокруг замерли. Стало так тихо. Только ровный стук её сердце нарушал эту тишину.

— Как тебя зовут? — спросил Мирослав, утопая в голубых глазах девушки.

— Мерседес, — прошептала она, не опуская глаз.

Её голос был подобен шёлку. Такой же лёгкий и струящийся. Семисотлетний вампир с трудом сдерживал себя, чтобы не припасть к губам, рождающим такой магнетический тембр голоса. Она завораживает собою вблизи ещё сильнее. Мирослав прижал к себе хрупкое тельце девушки и увёл навсегда из грязной парижской таверны.

Так началась история их любви. Они, словно проживали свои жизни заново, забыв, кем являются. Для членов клана Мерседес была просто человеком, которым питается Мирослав. Так поступали многие из вампиров. Зачем охотиться, если каждое утро ты просыпаешься со своим завтраком и ложишься спать аппетитным ужином. Но пасынок главы клана, не испил ни капли из любимого тела. Он видел в ней желанную женщину, а не напиток, утоляющий жажду.

Скрывать свои чувства становилось очень сложно. Мирослав знал, что рано или поздно тело любимой изменят годы. Каждый день приближал Мерседес к концу. Эти счастливые мгновение для них сегодня превращаются в прошлое завтра, унося любимую собою навсегда. Любовь между вампиром и человеком недолговечна. Мерседес смертная. Их любовь подвергается угрозе каждый новый день. Болезни, жестокость, старость, по пятам преследуют людей. Как вампир он мог даровать любимой бессмертие. Только теперь этот дар надо заслужить после войны кланов.

Эта была самая жестокая война. Она стала причиной гибели античного мира. Война, начавшаяся с наступлением новой эры, закончилась началом Тёмных веков и полного хаоса. Древний клан Жрецов правил больше десяти тысяч лет. Их власть не признавали другие кланы, считая, что подчиняться высохшим мумиям слишком унизительно для потомков детей Богов. Многие кланы поддержали клан Саргано. Клан по меркам вампиров молодой. Всего пять тысяч лет. Глава клана Саргано Леонид. Он старший сын одного из мятежных жрецов. Потеряв отца в интригах за влияние в клане, предал своих соплеменников и создал свой клан. Леонид стал первым, кто осмелился бросить вызов тирании древнего клана.

Уже потом, поняв выгоды от свержения Жрецов, за ним пошли другие. Самым последним присоединился к мятежникам клан Феррат. Отчим Мирослава не трус. Он очень хитер и осторожен. Эти качества уже более десяти тысяч лет берегут вампиров Феррат от забвения.

Война забрала десятки кланов. Выжили только самые сильные. Клан Саргано, клан Феррат, азиатский клан Дракона, восточный клан Нереид, африканский клан Белого Льва и объединенные северные кланы в один клан Севера. Через год эти кланы соберутся, чтобы выбрать нового Владыку и его клан станет главенствующим на тысячу лет. Этот компромиссный закон удерживал кланы от новой кровопролитной войны. Войны людей ничто по сравнению с войнами вампиров. Баталии последних способны уничтожать целые эпохи.

2
{"b":"720124","o":1}