Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Между тем тифлисские жандармы не дремали и решили нанести удар первыми. Уже в марте были арестованы несколько человек, но Кобу взять не удалось. Он вовремя заметил жандармов и вернулся домой только после того, как они ушли.

Однако и тут не все ясно, так как, согласно рапорту ротмистра Тифлисского ГЖУ (Главное жандармское управление. — Прим. ред.) А. Цысса, Джугашвили задержали на пути в Муштаид. Во время обыска у него нашли книгу «Рабочее движение на Западе», на которой отсутствовала отметка о цензуре, в связи с чем было решено допросить Сосо о степени политической благонадежности лиц, которые входили в социал-демократический кружок интеллигентов в городе Тифлисе.

Но... ничего из этого не получилось, так как уже очень скоро выяснилось, что найденная при обыске книга издана в Петербурге на законных основаниях и не имела на титуле указания о прохождении цензуры по не зависящим от Джугашвили причинам. И ротмистру Руничу не осталось ничего другого, как только отказаться от выдвинутого против него обвинения или же просить Министерство внутренних дел разрешить продолжение его дела в административном порядке. Что решили жандармские начальники неизвестно, но Сосо во избежание всяческих провокаций перешел на нелегальное положение. Так началась его долгая и полная опасностей и лишений жизнь профессионального революционера...

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Несмотря на постоянную опасность ареста и активную деятельность жандармской агентуры, Коба не только продолжил занятия в рабочих кружках, но и принял самое активное участие в подготовке первомайской демонстрации. И для этой активности у него были все основания.

Да, его уже знали многие видные революционеры, включая и эмиссара Ленина Курнатовского, и третьи роли совсем не устраивали честолюбивого Кобу. Конечно, ему очень хотелось привлечь внимание вождя. Вряд ли даже при всем своем самомнении он тогда мечтал о том, чтобы занять место рядом с ним, но выдвинуться, несомненно, хотел.

Что бы там ни говорили, но Закавказье оставалось окраиной, а Коба нисколько не сомневался в том, что главные революционные события развернутся в центре. Ну а раз так, то ему необходимо сделать все возможное и невозможное, чтобы как можно ближе быть к этому самому центру...

Полиции стало известно о демонстрации, и уже с середины апреля город постоянно патрулировали казаки и войска. Стоило только собраться троим горожанам, как им предлагали немедленно разойтись. И все же тифлисские социал-демократы решились на демонстрацию, и рабочие с красным знаменем двинулись от железнодорожных мастерских к центру. Не успели они пройти и несколько сотен метров, как из переулков и подворотен на них набросились городовые и солдаты. Завязалась схватка, и уже очень скоро все было кончено. Демонстрантов разогнали, а самых активных арестовали. Революционеры не успокоились, и в городе появились листовки, которые впервые призывали к освобождению от тирании и прославляли свободу.

Снова начались аресты, и Коба поспешил уехать в Гори. В Тифлис он вернулся в конце мая и сразу же приступил к восстановлению разгромленной типографии. Продолжил он занятия и в рабочих кружках. В эти дни он особенно близко сошелся со своим земляком Симоном Аршаковичем Тер-Петросяном, который очень скоро станет знаменитым Камо. Трудно сказать, думал ли уже тогда Тер-Петросян о терактах и экспроприациях, но к поступлению в высшее военное учебное заведение готовился. Интересно и то, что именоваться Камо он стал с подачи Сталина, который прозвал его так за то, что будущий террорист не мог выговорить по-русски «кому» и все время произносил «камо».

Осенью 1901 года Коба уже играл в организации весьма заметную роль, поскольку одни из руководителей РСДРП были арестованы, а другие находились под таким плотным наблюдением полиции, что об активной деятельности нельзя было и думать. Понимая, что охранка не оставит его в покое, Коба стал еще осторожней и постоянно менял квартиры.

Тем не менее работа продолжалась, и на состоявшейся в октябре 1901 года общегородской конференции был избран Центральный рабочий комитет в составе четырех членов и четырех кандидатов из четырех интеллигентов и четырех рабочих. Одним из «интеллигентов» был Коба, о чем ротмистр В.Н. Львов и доложил своему начальству.

Впрочем, Коба не долго пребывал в руководстве Тифлисской организации РСДРП, и, как докладывал жандармский агент, во втором заседании уже участвовали три интеллигента, четвертый же, Сосо, по неизвестной причине не явился. Не присутствовал он и на следующем заседании комитета, состоявшемся на квартире рабочего Николая Ерикова. Вряд ли причиной тому был какой-то конфликт Сосо с другими членами партийного руководства; вернее всего, он был направлен Тифлисским комитетом, опасавшимся его ареста, в Батум. Да и в самом Батуме надо было налаживать работу. Вошедший в состав России после Русско-турецкой войны 1877—1878 гг., этот город был связан с Баку железной дорогой и очень быстро превратился в важный промышленный центр со своим рабочим движением и социал-демократическим кружком.

Коба с энтузиазмом принялся за работу, и всего за несколько недель ему удалось значительно расширить местную социал-демократическую организацию, о чем красноречиво повествует найденный у начальника ГЖУ Кутаиси документ, из которого следовало, что именно И.В. Джугашвили сумел организовать местных социал-демократов. Но он шел дальше социал-демократических лозунгов и, по сути дела, проповедовал куда более радикальные взгляды. И именно он явился одним из организаторов забастовки на заводе Ротшильда, где рабочие требовали отмены работы в воскресные дни, что и без того было запрещено российскими законами. Своего они добились, а сам Коба принялся за создание подпольной типографии и доставку из Тифлиса нелегальной литературы. В те дни он познакомился с сыном редактора армянского журнала «Нор дар» С.А. Спандаряна Суреном, который обещал снабдить батумскую типографию всем необходимым для печатания.

Работа типографии привела к еще большей активизации рабочих, и в самом начале 1902 года они потребовали от администрации введения воскресного отдыха, запрещения ночных смен, повышения заработной платы. Жандармы прекрасно понимали, откуда дует ветер, и попытались арестовать Кобу, но он вовремя уехал в Тифлис. Задержался он там ненадолго, поскольку именно в эти дни жандармы арестовали многих видных членов тифлисского центра.

За домом, в котором жил Коба, было установлено наблюдение, но он снова избежал ареста, уехав в Батум. Однако полиция выследила его и в один прекрасный вечер, когда собрание с участием Кобы было в разгаре, явилась за ним. Каким-то непостижимым образом хозяин дома отвлек внимание жандармов, и Коба сумел уйти. Он снова сменил квартиру, а затем уехал в Тифлис.

Вместе с другими революционерами Коба многое сделал для разгорания нового конфликта на заводе Ротшильда в конце февраля. 9 марта рабочие пошли на штурм тюрьмы, где содержались их товарищи. На этот раз полиция действовала очень жестко — тринадцать рабочих были убиты.

Коба отреагировал на это преступление должным образом и выпустил две листовки, в которых была дана оценка всему случившемуся. Однако дальше дело не пошло, поскольку полиции удалось выйти на след типографии. Но и здесь рабочим повезло, и после того как к Ивлидиану Шапатаве, у которого хранились типографские принадлежности, явился пристав, жена Шапатавы встретила его... с дубиной в руках: «Ты можешь разбудить детей и испугать их!» Пристав рассмеялся и ушел, что, конечно, выглядит весьма странным. Можно подумать, что полицейский прибыл не исполнять свои обязанности, а попить чайку и, получив от ворот поворот, без особого неудовольствия покинул негостеприимный дом. Но как бы там ни было, женщина спасла и типографию, и Кобу, который находился в тот момент в доме.

Коба перевез типографию в часовню Быкова, а сам отправился в Кобулети, где организовал социал-демократический кружок. Вернувшись в Батум, он выступил на большом совещании рабочих, после которого его арестовали. Но ему повезло и на этот раз: по какой-то необъяснимой случайности жандармы не заметили его чемодана, набитого нелегальной литературой, всевозможными партийными документами и листовками.

13
{"b":"248612","o":1}