Джоанна Хиллори улыбнулась:
— Вы же не надеетесь на мой ответ?
— Почему бы и нет! — На губах Джомми Кросса играла ледяная улыбка. — Видите ли, я очень повзрослел за последние часы. Еще вчера я был слишком наивен, слишком верил в идеалы. В первые минуты нашей встречи, когда мы стояли друг против друга, вы могли убить меня, а я даже не оказал бы сопротивления. Вы принадлежали к расе сланов, а мне казалось, что все сланы должны объединиться. Я был не в состоянии нажать на спусковой крючок. А вы меня не убили только потому, что хотели допросить, а ведь возможность у вас была. Теперь же ситуация изменилась.
Женщина задумчиво поджала губы.
— Кажется, я начинаю понимать, к чему вы клоните.
— Все на удивление просто, — сказал юный слан. — Либо вы отвечаете на мои вопросы, либо я привожу вас в бессознательное состояние и читаю в вашем мозгу.
— Как вы удостоверитесь, что я говорю прав… — начала Джоанна и тут же остановилась, обеспокоенно уставившись на Джомми, — Вы считаете, что…
— Вот именно! — Он смерил ее ироническим взглядом, — Вы снимете ментальный контроль. Конечно, я не требую доступа ко всему мозгу. Я не вижу особых неудобств в том, что вы защищаете свои мысли в определенном секторе, который меня и интересует. Но сейчас я требую немедленного снятия контроля именно в этом секторе!
Она сидела в напряженной позе, и ее серые глаза выражали страх. Джомми Кросс с любопытством наблюдал за ней.
— Я просто поражен, — через некоторое время продолжил он, — какие странные комплексы развиваются в умах, лишенных контактов с другими умами! Неужели безрогие сланы выработали в себе небольшой священный мирок — подобно чувствительному человеку — и испытывают стыд, если позволяют его исследовать? Психологам следует потрудиться, чтобы постичь коренные причины конфликта между двумя ветвями сланов. Но пока речь не об этом. Не забудьте, что я уже проникал в ваши мысли. Помните также, что, как вы утверждаете, через несколько часов я перестану существовать — после залпа электронных излучателей.
— Ваша правда, — согласилась она. — Вы будете мертвы. Хорошо, я отвечу на ваши вопросы.
Разум Джоанны Хиллори походил на невероятной толщины книгу с огромным количеством страниц. Она была удивительно богата впечатлениями и образами, собранными ее любознательным интеллектом. Джомми Кросс ощутил беглые отблески ее недавнего опыта. Ему на мгновение открылась пустынная планета — пески, округлые холмы, ландшафты с застывшими соляными горами. Марс! Он увидел и великолепный город под стеклянным куполом, гигантские машины, вгрызающиеся в землю в свете прожекторов. Где-то шел снег — такого снегопада на Земле не бывало никогда… А через толстое стекло иллюминатора он различал черный звездолет, гигантским драгоценным камнем блестевший в лучах солнца.
Мысли молодой женщины упорядочились, когда она заговорила. Она неторопливо подбирала слова, и он не стал ее подгонять, хотя понимал, что на счету каждая секунда и что смерть может в любой момент выплеснуться из небес. Ее слова и мысли были отточены, словно алмазные грани.
С того самого мгновения, когда он начал карабкаться по стене Центра аэронавтики, безрогие сланы знали, что кто-то пытается проникнуть к ним. Их прежде всего интересовали мотивы лазутчика, поэтому они решили его поймать, хотя без труда могли бы уничтожить. Они оставили свободными несколько подходов к звездолетам, и он воспользовался одним из них — но для сланов осталось загадкой, почему не сработал сигнал тревоги.
Причина нерешительности военных звездолетов крылась в одном — они не хотели использовать излучатели над населенным континентом. Если бы звездолет поднялся выше или оказался над океаном, его бы тут же атаковали. Если же он решит кружить над континентом, запасы горючего иссякнут через двенадцать часов, но еще до этого рассветет и можно будет использовать электронные огнеметы.
— А если я сяду в пригороде крупного города? Мне будет легко скрыться в толпе.
Джоанна Хиллори отрицательно покачала головой.
— Если скорость корабля упадет ниже двухсот миль в час, он будет уничтожен в любом случае. Хотя они будут сожалеть, что не вызволили меня и не захватили звездолет целым и невредимым. Вы видите, я откровенна с вами.
Джомми Кросс молчал. Его подавляла неминуемая опасность. В плане нападения не было никаких хитростей — речь шла лишь о большом количестве крупнокалиберных пушек.
— И все это, — удивился он, — ради одного бедного слана и одного звездолета? Надо испытывать невероятный страх, чтобы рисковать столь многим из-за такого пустяка.
— Гадюки поставлены нами вне закона, — возразила она.
Ее глаза горели чистым огнем, и она изо всех сил старалась думать только о том, что говорит.
— У людей суд не освобождает осужденного на том основании, что его содержание в тюрьме стоит намного меньше украденного. К тому же украденное вами представляет собой такую ценность, что ваше бегство обернется величайшей катастрофой в нашей истории.
Он нетерпеливо повел плечами.
— Вы слишком легко убедили себя, что истинные сланы не знают секретов антигравитации. Я поставил себе задачей в ближайшие годы отыскать их убежище, и могу вас заверить, что не воспользуюсь тем, что вы мне сообщили. Сам факт, что истинные сланы так умело скрылись, лишь подтверждает их возможности.
— Мы рассуждаем очень просто, — сказала Джоанна Хиллори, — Нам никогда не доводилось видеть их ракеты — значит, у них их нет. Даже вчерашний смехотворный облет дворца был выполнен на реактивной тяге — мы уже давно отказались от турбореакторов. Логика, как и наука, является рядом дедуктивных заключений, сделанных на основании наблюдений.
Джомми Кросс помрачнел. Все, что он узнавал об истинных сланах, разочаровывало. Они оказывались насильниками и убийцами. Именно они породили беспощадную братоубийственную войну с безрогими сланами. Они использовали свою мутационную машину на людях, а затем медицинские власти уничтожали рожденных чудовищ. Повсюду бессмысленное, бесцельное уничтожение! Он ничего не понимал!
Это не совпадало с его представлением о благородном характере отца да и с его собственными нравственными началами — даже после шестилетнего пребывания под разлагающим влиянием Бабуси он остался цельным и незапятнанным. Это не совпадало и с тем, что он, юный слан, попал в ловушку, о которой не подозревал, и все же — пока! — сумел уйти от мести безрогих сланов.
А его атомный пистолет! Они не подозревали о нем. Хотя пистолет будет бесполезен в битве с военными звездолетами, которые кружили вокруг. Джомми понадобится не менее года, чтобы создать более мощное оружие, способное уничтожать вражеские крейсеры. Но кое-что сделать он мог. Луч его оружия дезинтегрирует все, чего коснется. Только бы иметь чуточку времени…
Луч света проник сквозь иллюминатор. И в то же мгновение звездолет тряхнуло, будто игрушку, которую пнули ногой. Послышался скрежет металла. Джомми выбрался из кресла, куда сел от толчка, и включил рычаг ускорения.
Звездолет рванулся вперед. Борясь с нарастающей силой тяжести, Джомми добрался до радиопередатчика.
Битва началась, и, если ему не удастся уговорить их, чтобы они отказались от нее, он никогда не сможет осуществить свой план.
Джомми услышал позади ироничный голос Джоанны:
— Что намерены делать? Постарайтесь убедить их отказаться от нападения. Не будьте столь наивны. Уж если они решили пожертвовать мной, то о вашей судьбе даже не станут размышлять!
Глава 11
Безлунное небо было чернильно-черным. Только сияла россыпь звезд. И на безбрежном фоне небесного свода не было ни следа вражеского корабля, ни единой подвижной тени.
Напряженную тишину внутри звездолета нарушил приглушенный крик в соседнем отсеке. Затем донеслись ругательства — Бабуся пришла в себя.
— Что это такое? Что тут делается?
Короткое молчание, потом вдруг гнев уступил место страху. Мозг старухи выплеснул поток испуганных мыслей. Воздух буквально содрогнулся от ругани, которую породил ужас. Бабуся не желала умирать. Пусть перебьют всех сланов, но не Бабусю. У Бабуси есть деньги…