– Ты и в брийцах–то не очень разбираешься, если думаешь, что Подсолнух глуп, — возразил Гэндальф. — На своем месте он по–своему очень даже умен. Он думает меньше, чем говорит, и мысли у него в голове ворочаются туго, но, как сказали бы в Бри, свое он и сквозь каменную стену углядит… И все же мало осталось в Средьземелье людей, подобных Арагорну, сыну Араторна. Род Королей, пришедших из–за Моря, почти угас. Может случиться, что Война за Кольцо станет их последней войной.

– Так это правда, что Бродяга имеет какое–то отношение к древним Королям? — поразился Фродо. — Я думал, Королей уже давным–давно нет на свете. Я думал, он просто Следопыт!

– Просто Следопыт! — воскликнул Гэндальф. — Фродо, радость ты моя! Да кто же такие, по–твоему, Следопыты? Ведь они как раз и есть Люди Запада, последние сыновья великого народа, укрывшиеся в северных землях. Они и раньше мне помогали, и помощь их еще потребуется в грядущие дни, ибо мы дошли до Ривенделла, но Кольцо здесь не останется.

– Похоже на то, — вздохнул Фродо. — Но пока у меня было только одно желание: поскорее попасть сюда. И надеюсь, никуда мне больше идти не придется. Как приятно лежать и отдыхать! Я месяц провел в бегах и всякого натерпелся, но теперь все! Хватит с меня злоключений! — Он замолк и прикрыл глаза, но через минуту заговорил снова: — Я пытался прикинуть, но у меня что–то ничего не выходит — как это получилось, что сегодня двадцать четвертое октября? Двадцать первое — еще туда–сюда. К Броду мы, по моим подсчетам, подошли двадцатого…

– Ты бы меньше говорил да «прикидывал», тебе это не на пользу, — посоветовал Гэндальф. — Как твои плечо и бок?

– Не знаю, — честно признался Фродо. — Я их совсем не чувствую. Это, конечно, в своем роде достижение. Но… — Он сделал усилие. — Я, пожалуй, могу шевельнуть рукой. Да, да, она понемногу оживает. И теплая, — добавил он, потрогав левую руку правой.

– Вот и хорошо, — сказал Гэндальф. — Значит, идешь на поправку. Скоро будешь совсем здоров. Это Элронд исцелил тебя: он целыми днями сидел у твоей постели.

– Целыми днями? — не сразу понял Фродо.

– Ну, если быть точным, то четыре дня и три ночи. В ночь на двадцатое эльфы привезли тебя от Брода. У тебя, видимо, провал в памяти. Мы серьезно тревожились за тебя, а Сэм — тот и вовсе не отходил от твоей постели, даже ночью — только если с поручением.