Литмир - Электронная Библиотека
A
A

«Уже стою, — отозвался Мишка. — Как будто знал, что командир без меня не обойдётся. Северный переулок, за прачечной, серый фургон».

Я допил мохито, провёл запястьем над платёжным терминалом, оставляя очередной след об агенте в клубе, и не спеша двинулся вдоль стены, будто искал туалет. Парень на диване спал крепко, с открытым ртом. Рядом с ним на столике стояли три пустых бокала и недоеденная закуска. Такие обычно остаются в клубе до закрытия, а иногда и после, пока охрана не вынесет их на воздух.

«Этот подходит, — отметил Каин. — Визор работает в обычном режиме, сигнал стабильный. До закрытия клуба он отсюда не уйдёт, а значит, и метка никуда не денется. Сократи расстояние, нужно меньше метра».

Я остановился у дивана, наклонился, будто хотел проверить, дышит ли он, и положил руку ему на плечо.

— Эй, приятель. Ты живой?

Парень что-то промычал и попытался отмахнуться.

«Глушу, — коротко произнёс Каин. — Заливаю».

На мгновение мир вокруг стал тише. Интерфейс визора погас, исчезли окна мультиэкрана, исчезла карта. Я остался в клубе один, с басами в груди и тёплым плечом пьяного человека под ладонью. Потом Каин вернулся.

«Готово. Его визор отдаёт в сеть твой аппаратный номер. Станция потеряла метку на ноль целых восемь десятых секунды и снова её нашла. Твой визор с этой минуты молчит. Для городской сети тебя не существует».

Я похлопал парня по плечу и выпрямился.

— Спи, спи, — с ухмылкой произнёс я. — Утро у тебя будет весёлое.

В туалете я заперся в дальней кабинке, сел на крышку унитаза и закрыл глаза. Каин уже работал. Скулы тянуло, будто их кто-то вдавливал внутрь, нос медленно вытягивался, кожа на лбу пошла мурашками. Каждая такая перестройка вытягивала из меня силы, а сегодня я и так держался на последнем запасе. Через несколько минут из зеркала на меня смотрел незнакомый мужчина постарше, с усталым лицом и тяжёлыми веками. От торгового агента не осталось ничего, что камеры у выхода связали бы с человеком, который зашёл сюда час назад.

Бутылку я так и не забрал. Пусть охранник порадуется.

Из клуба я вышел через служебный проход мимо кухни, где никто даже не поднял головы от плиты. Холодный ночной воздух ударил в лицо. Два квартала до прачечной я шёл не спеша, держась под навесами, где дроны видели только крыши.

Серый фургон стоял за прачечной с погашенными фарами. Я открыл дверь и забрался на пассажирское сиденье. Мишка глянул на меня, потом ещё раз, и прищурился.

— Командир, ты ли это, или Каин мне кого-то другого прислал?

— Поехали, Мих, сейчас не до шуток.

Он хмыкнул и тронул фургон с места.

Глава 3

Подготовка к неизвестности

Ночь на складе я помню плохо. Дашка с Шуриком уложили меня на сдвинутые поддоны, обложили своим оборудованием и взялись за плату. Каин заранее перебросил к себе в колонию всё, что считал важным. Остальное ушло вместе со старым номером: личности, архивы, ключи доступа, записи, которые копились годами.

Под утро я открыл глаза с визором, чистым, как с завода, и с документами механика «Кервеля», которые люди «Пояса» прислали прямо на склад. Погрузка в порту к тому времени шла уже несколько часов, и последние из них я провёл вместе со всеми, в трюме.

«Кервель» взлетел штатно. Рейс никто не задерживал, экипаж лишними проверками не мучил. Сколько времени у нас оставалось до того, как служба общественной безопасности получила результат сверки по торговому агенту, я не знаю до сих пор. Но с планеты мы точно убрались раньше, чем они отыскали в клубе спящего парня, который до утра исправно отдавал в сеть мой аппаратный номер.

Пришлось, правда, знатно попотеть. Членами экипажа нас сделали не на бумаге. Как только трюм заставили ящиками с грузом, нас запрягли распределять их по отсекам и крепить. Тяжёлые контейнеры шли на нижние ярусы, лёгкие наверх, каждый требовалось пристегнуть к палубе стяжками и проверить дважды, потому что груз, сорвавшийся на разгоне, превращает трюм в мясорубку.

Возились мы до самого рассвета. Колонии нанитов в крови заметно прибавляли нам сил, но к окончанию погрузки с ног валились все, даже Лёха. Впрочем, по этому поводу никто особо не переживал: впереди нас ждали долгие часы искусственного сна, и отоспаться мы рассчитывали с запасом.

Четверо хозяев «Кервеля» за всю ночь сказали нам от силы десяток слов. Два пилота и два техника, немолодые, молчаливые, с такими же въевшимися в кожу чёрными разводами, как у старшего на складе. Они показывали, куда ставить, проверяли наши стяжки и переделывали те, что им не нравились. В рубку нас не позвали ни разу. Мишка пару раз косился в её сторону с таким видом, будто его лишили десерта, но благоразумно молчал.

До Таргона «Кервель» шёл трое суток. Сели тоже штатно и прошли таможенный контроль вместе с судном, что оказалось ещё одним плюсом работы на грузовике. Капитан сбросил наши документы общим пакетом, инспектор сверил его со списком экипажа, и через полчаса после посадки мы покинули космопорт через служебный выезд, ни разу не приложив чип к пассажирскому сканеру.

Флайер отвёз нас в отель на окраине. Там мы сменили личности на новые, заготовленные Саней с Мартой ещё до вылета на Норд-Прайм, и разошлись по городу. Мне Дашка залила документы из своих копий, потому что мои собственные сгорели вместе со старой платой.

С Ковтун я связался в тот же вечер. Канал нам дал Асанов — одноразовый, через три ретранслятора, — и голос на том конце звучал ровно так, как я его запомнил по цеху литейки: сухо, спокойно, без единой лишней интонации.

— Слушаю вас.

— Нина Витальевна, у меня новости о вашем сыне.

Она помолчала ровно секунду.

— Говорите.

Я выложил всё, что мы знали. Гарт, трудовой лагерь «Чёрный лебедь» в старом карьере, мороз, при котором отказывает электроника, и сутки длиной в тридцать шесть часов, большая часть которых приходится на ночь. Рассказал, откуда у нас эти сведения, умолчав только о том, каким образом Саня вынес их из закрытого контура. Она слушала, не перебивая, и ни разу не попросила повторить.

— Спасибо, — сказала она, когда я закончил. — Чем мы можем помочь?

Вот и всё. Ни одного вопроса о том, где этот Гарт и уверены ли мы в данных. Ни дрогнувшего голоса, ни паузы, в которую обычно проваливается человек, впервые услышавший, где полгода держат его ребёнка. Мне показалось, что Нина Витальевна уже знала, где находится Андрей, и наш звонок только подтвердил то, что ей передали раньше.

Саня выполнил обещание и выложил людям «Пояса» всё до последней строчки, как только «Кервель» оторвался от поверхности Норд-Прайма. Я не удивлюсь, если эти данные в ту же минуту ушли на Таргон. Впрочем, и по этому поводу мы особо не парились. Сделка оставалась сделкой, и вытаскивать Андрея с Гарта всё равно предстояло нам.

— Нам понадобится всё, что есть у вас по Гарту, — ответил я. — Карты, люди, которые там бывали, снаряжение под такой мороз. И способ туда добраться, потому что планета принадлежит «Рудкофф», а нас после Норд-Прайма будут искать на каждом их узле.

— Будет, — коротко пообещала она. — Завтра Тимур скажет вам, где встретиться. Там и обсудим.

Канал погас.

* * *

Следующим днём мы собрались полным составом на конспиративной квартире «Пояса». Самый обычный дом в спальном районе, где организация скупила несколько квартир на одном этаже и объединила их, прорубив проходы в стенах. Получилось что-то вроде длинного коридора с комнатами по сторонам и сразу несколькими санузлами.

Удивляла, впрочем, не планировка, а то, сколько добра хранилось в этих стенах. Почти всё пространство заставили пластиковыми контейнерами, и что лежит внутри, мы поняли с первого взгляда. Точно такие же стояли в оружейной «Монолита».

Саня хмыкнул, глядя на маркировку, и написал во внутренний чат, что «Заслон», судя по всему, не скупится на содержание радикалов.

Разговор состоялся здесь же. На этот раз Нина Витальевна пришла одна, без Соболева и Асанова. Силовое сопровождение, разумеется, присутствовало: трое крепких парней держались у дверей и не сводили с нас глаз. Других командиров «Пояса» мы не увидели.

7
{"b":"982864","o":1}