Литмир - Электронная Библиотека

Разговор с Калейком отрезвил его. Отдавать свою жизнь в угоду одержимостям Тэ не хотел. Это не он должен им подчиняться, а они ему. Всё должно быть под контролем.

Расследование было почти завершено. Литараки оказались в Республике, оставалось проследить цепочку родства и узнать, чем всё закончилось.

Вскоре за Тэ пришёл долговязый кудрявый мужчина в штатском.

— Добрый день. Меня зовут Сергей, — представился он, рассматривая Тэ. — Меня просили вам помочь. Нам надо проехать ко мне, так будет лучше всего. Если готовы, пойдёмте.

Они вышли из «Пульса», Сергей мягко лавировал среди потока пассажиров, сворачивал в примыкающие тоннели коридоров, прикладывал какие-то карточки к выходам. Да, без сопровождающего тагарцам здесь делать нечего. По крайней мере, на первых порах. Открылись двери, ведущие в город, и после искусственных ламп подземелья яркий солнечный свет ослепил Тэ. Как же себя чувствовали те, кто годами жили в «Белом шуме» и вышли на землю. Люди-черви.

Высокие небоскрёбы, которых никогда не видели в Тагарии, стояли в стеклянной сверкающей броне. Геометрически правильные, они задавали чёткую структуру городу. Никакого хаоса, сплошная инженерная логика и порядок.

Они пересели в машину Сергея и покатили по сплетениям автомагистралей. Когда-то здесь жил Тахир. Тэ не мог себе это представить. Они вошли в один из небоскрёбов и стали подниматься на лифте, одной стороной примыкающем к внешней стене дома. Лучи солнца перебирали стеклянные этажи напротив, и здания поднимались и росли вместе с ними, обнажая пространство и воздух. Устав жить под землёй, люди тянулись к небу.

Сергей провёл Тэ через холл в квартиру — простую и необычную одновременно. Лаконичные формы и цвета, незнакомые материалы. Мужчина прошёл к письменному столу и открыл прибор, на котором забегали картинки и цифры.

— Присаживайтесь. Вас же интересуют Литараки?

— Да. Степан и Кариша прибыли сюда на «Белом шуме». Я бы хотел узнать их дальнейшую судьбу. И, если такое возможно, судьбу их детей.

Пальцы Сергея забегали по кнопкам.

— Я уже подготовил для вас папку. Могу распечатать несколько статей о них... И фото.

Он что-то быстро нажимал, другой прибор тихо зашумел и стал выплёвывать листы бумаги. Тэ взял статьи: все об их научных исследованиях и наградах. О личной жизни ни слова. Тэ их отложил и посмотрел на фото. Это были уже не те измученные лица из тюремных архивов. На него смотрели постаревшие, но полные жизни люди. Фотографии всё печатались и печатались. Тэ удивлялся количеству и тому, как быстро можно их проявить. Чем дальше шли фото, тем старше становились Степан и Кариша.

— Эта девушка — их дочь?

— Да. Вера. Она вышла замуж за Кирилла Одинцова.

— Она ещё жива, не знаете?

— К сожалению, умерла год назад. Вы немного опоздали...

Всего год назад. Тэ дальше листал снимки.

— Это дети Веры. Миша и Дима.

— Они тоже учёные?

— Миша — инженер-технолог. Дима — программист.

Тэ не понимал, что конкретно значат эти профессии.

— Я могу забрать эти фотографии? — спросил он.

— Да, конечно. И статьи. Я для вас и печатаю. Это же ваши родственники, я правильно понял?

— Да. Мой прадед, их сын, остался в Варийске.

С фото смотрели лица. Свадьбы. Праздники.

— Степан много раз возвращался в Варийск и искал его. Но не нашёл, к сожалению.

Тэ поднял на Сергея глаза.

— Он жил в трущобах и сменил имя. Откуда вы знаете, что его искали?

Сергей ткнул пальцем в одно из фото. Рядом с постаревшей Верой стоял долговязый кудрявый парень.

— Я Сергей Одинцов. Ваш... четвероюродный брат, получается. Как-то так.

Тэ лоб в лоб столкнулся со своим прошлым и не мог подобрать слов.

— Месяц назад мне сообщили, что у меня есть брат в Тагарии, который хочет сюда приехать. Сказали, что вы герой.

Для модификатов Варийска убийство Виктора Сизова приняло героическое обличье. Собственно, этим статусом Тэ потом и воспользовался, чтобы попасть на «Пульс».

— Вот почему так много фотографий, — сказал он. — Ваш личный архив.

— Да, конечно. В компьютере их гораздо больше. Я бы скинул вам, но вы не сможете их посмотреть в Тагарии. Я выбрал самые лучшие.

— Не смогу... Спасибо.

Тэ всё перебирал фотографии, задавал вопросы — Сергей отвечал. Тэ не ощущал какой-то особой родственной связи с ним. Наверное, такое чувство не возникает за один день. Набравшись информации и впечатлений до края, он отложил бумаги.

— А можно как-то узнать ещё про одного человека? — спросил он. — Или это делают только спецслужбы?

— Смотря про кого, — ответил Сергей. — В сети полно всего.

— Захар Кожедуб. Был здесь такой врач двадцать лет назад. Хирург.

— Сейчас поищу.

Пальцы Сергея снова забегали по клавишам.

— Да. Есть... — глаза его забегали по строчкам. — Он был заведующим хирургическим отделением Ровенской больницы.

— А можете распечатать?

— Да. Вам что-то конкретное или всё подряд?

— Всё подряд, если можно.

Сергей открывал статьи, и прибор снова выплёвывал бумагу. Листы лезли друг за другом, то показывая, то скрывая в массиве текста фотографии Тахира. Ещё не прочитанное досье на него вызывало не меньше эмоций, чем на собственных предков. Он представил реакцию Миры — надо ей показать.

Упаковав кучу распечатанной бумаги в какую-то сумку, Сергей передал её Тэ. Смеркалось, и нужно было отправляться обратно. Тэ подошёл к прозрачной стене, открывавшей панораму города. Среди играющих закатным светом стеклянных монолитов он вдруг разглядел вдали перед рекой тень длинной дамбы полукруглой формы. Маленькие светлые окошки тянулись по всей её длине. Сергей встал рядом.

— Что это? — спросил Тэ.

Он уже догадывался, но хотел услышать прямой ответ.

— «Белый шум», — сказал Сергей. — Тот самый, на котором приехали Степан и Кариша Литарак. Наш научный центр.

В голове Тэ голосом Миры вспыхивали слова айларской сказки, которую та когда-то рассказывала, расхаживая у него на кухне и жестикулируя одной рукой.

«...Чем больше несчастных он пожирал, тем толще и длиннее становилось его тело, пока он не стал высоким, как горы, и длинным, как берег моря... Его глаза светились в темноте, и в глубине этих глаз стояли люди, которых когда-то сожрало чудовище... Устав от бесконечных странствий, великан замер в глубоком покое...»

Великий Червь спал в самом сердце Магнограда.

Тэ вернулся в «Пульс» и положил документы на стол в своём модуле — на сегодня хватит архивов. Прошёл в пищеблок и заварил кофе. За двенадцать дней в МПМ он уже научился пользоваться хитрой кухонной техникой.

Вскоре вернулась Мира. Такой спокойной и счастливой он не видел её никогда.

Лучше не думать.

— Остаёшься? — спросил он.

— Что?.. Где? В Республике?.. Нет. Зачем?

Зачем...

Мира вскочила и убежала.

Значит, не остаётся. Что же они решили тогда?

Не думать.

Он ушёл к себе в модуль и включил первый попавшийся фильм. Вздохи, слёзы, заламывания рук. Розовые сопли. Неужели ей это нравится? Выключил. Лучше новости.

Поздно вечером раздался стук в дверь. Он открыл. На пороге стояла Мира и, не отрываясь, смотрела ему в глаза.

Она дотронулась до него.

И его просто вышибло напрочь.

«Пульс» снова равномерно отсчитывал тихие удары. Они возвращались в Тагарию. Тэ открыл папку с документами по Тахиру и вместе с Мирой читал статьи и рассматривал фото.

— Как ты всё это нашёл? Откуда знаешь его настоящее имя? Он что, тебе сказал, а мне нет?

— Не злись. Ему пришлось.

Тэ не стал вдаваться в детали и рассказывать про записку для Сизова. Незачем ей всё это знать.

Почти над каждой фотографией Мира замирала, а потом протягивала её Тэ со словами: «Смотри какой...». Совсем молодых фото Тахира здесь не было, но и те, что имелись, несли отпечатки полного жизни человека. У него не было морщин и седины, но выражение глаз было ровно таким же: прямым и жёстким. Белый врачебный халат на снимках сменялся синим хирургическим костюмом.

52
{"b":"982684","o":1}