— Ладно.
Опять опер правил понапридумывал, но это и к лучшему.
— Как Мира? — спросил Тахир.
— Сказал, что вы решаете ювелирные дела.
— Знал, что ты не дурак.
Варан снова въедливо, по-оперски, посмотрел на него.
— Возвращайтесь. Если посчитаете нужным, — сказал он и вышел из квартиры.
К двум часам дня Тахир осмотрел всё, что мог в первой промзоне, но впустую. Ни стружки, ни масла, ни подозрительных типов. Только два раза спугнул обычных бездомных.
Устав лазить по сырым и грязным цехам, он решил на сегодня сменить тактику и не спеша ехал по городу, сканируя всех прохожих подряд. Судя по редким случайным фразам Гора, Тахир сделал вывод, что модификаты могли жить и работать где угодно. И на окраинах, и в центре. Каждый выбирал свой путь.
Прикинув, что в центре людей больше, а значит, шансы заметить своего выше, он направился к главной площади Варийска. Оставив пистолет и фонарик под сиденьем, Тахир вышел из машины и стал прогуливаться вдоль витрин магазинов. Непривычно яркое для этого времени года солнце будто подсвечивало жизнь людей, делая её радостной и бурной. Мимо него прошла пара, о чём-то переговариваясь и смеясь. Тахир не помнил, когда он последний раз гулял вот так, как они, — беспечно и весело. Он вообще был когда-то таким? Наверное, нет. Тахир попытался вспомнить себя до того, как стал хирургом, и не смог. Он сел на скамейку и продолжал рассматривать прохожих.
Через два часа, замёрзнув, он снова встал и зашёл в ближайшее кафе. Купил горячей еды и чай и принялся есть, по-прежнему глядя то на посетителей кафе, то в широкое окно. Солнце стало тускнеть, предвещая зябкий предзимний вечер. Тахир раздумывал, где ещё пройтись, как картинка сканера вспышкой оборвала его мысли. За окном кафе прошёл модификат.
Тахир вскочил, быстро выгреб деньги на стол и, сбавив шаг перед дверью, осторожно вышел наружу. По тротуару быстрой деловой походкой удалялась прочь светловолосая женщина в тяжёлом коричневом плаще. Как у всех модификатов, у неё были имплантированы глаза и мозговой чип. Но кроме этого, среди разноцветных волокон внутренних органов ярко-белыми контрастами светились узлы и линии, уходящие из головы через шейный отдел в плечи и руки до самых кончиков пальцев. Тахир не стал догонять её и заводить разговор, как планировал ранее. Он вдруг понял, что никогда не предполагал: убийца-хирург может быть женщиной. И ведь не был особым шовинистом, и примером злобной убивающей твари служила Катерина... Отстав настолько, чтобы не терять её из вида, Тахир пошёл следом, включив запись видео и фиксируя все её возможные приметы. Она остановилась перед дорожным переходом и посмотрела в сторону на поток машин. И будто почуяв слежку, вдруг оглянулась назад. Прежде чем шагнуть за бетонную колонну и скрыться из вида, Тахир успел заметить красивое лицо с высокими чётко очерченными скулами и тонким подбородком.
Оглушённый догадкой, он выждал немного и, уловив приглушаемые двигатели и скрип тормозящих шин по асфальту, выглянул. Женщина переходила дорогу. Он снова пошёл за ней, отмечая все возможные укрытия, стараясь слиться с человеческой массой. Она больше не оборачивалась, всё так же быстро шагая по тротуарам, пока не зашла в здание Технадзора.
Тахир как можно быстрее вернулся в свой Кобальт и, зло матерясь, долго шифровал записку Варану. Подъехав к ближайшему автомату, сделал дозвон оперу, но трубку никто не взял. Где они шляются? Открыв карты, он нашёл Дашитову, четырнадцать, и, добравшись туда, кинул исписанный лист в ржаво-зелёный почтовый ящик. Затем снова нашёл телефонную кабинку и набрал номер. Ответа не было.
Глава 16
В воскресенье утром Мира поняла, что компаса и нормальной обуви для хождения по лесу у неё здесь нет. Лёгкие ботинки на тонкой подошве, удобные для вышагивания по асфальтированным забастовочным улицам, мгновенно бы увязли во влажной рыхлой почве. Мира знала об этом не понаслышке. У Тэ тоже не оказалось ничего подходящего ей по размеру. Он отвёз её в торговый центр купить компас и обувь и велел ждать в кафе, пока не вернётся — на работе возникли неотложные дела.
Накануне вечером раздался резкий сигнал дверного звонка, и Тэ молча схватил её и запихнул в подвал. Через пятнадцать минут выпустил, но объяснять ничего не стал. И вот сегодня сломя голову уехал. Из-за этого её мучили страх и недоумение.
Интересно, у него нормальные выходные вообще бывают? Человек-работа.
Она вдруг вспомнила Ранбара, который, кроме своей мастерской, практически нигде на выходных не бывал. Что за люди? Ранбар тоже кино не любил, но хоть музыку слушал. А Тэ совсем дикий. Мира мотнула головой. Господи, зачем она их сравнивает?
Она нехотя жевала пресное рагу. Мира не любила завтракать и сейчас заставляла себя есть через силу. Надо было ещё захватить что-то съедобное с собой, а то неизвестно, сколько времени они пробудут в лесу.
Через пару часов, когда она наелась, прочитала половину газеты и устала ждать, вернулся Тэ. Как всегда молчаливый, он быстро закидал в себя еду, и они наконец сели в КИБ. Теперь дорога была знакомой, и оттого путь казался короче. Мира снова включила радио и думала о Ранбаре. Потом резко выключила и повернулась к Тэ.
— Вы считаете так же, как Тахир? — спросила она.
— Про что?
— Что Ранбар просто ушёл.
Тэ молча продолжал держать руль.
— Ответьте. Вы же следователь. Вы должны... — она задумалась, подбирая нужные слова, — лучше понимать подобные поступки людей.
— Вы хотите от меня услышать что-то конкретное? — не сразу ответил он.
— Нет! Я хочу знать правду... Я хочу понять, — Мира отвернулась к окну.
Тэ молчал. Она снова посмотрела на него.
— Вам не понравится мой ответ, — сухо сказал он.
— Вы ничего не знаете, — тихо ответила Мира.
— Но я ничего не знаю, — подтвердил Тэ.
Они подъехали к старому институту. Мира взяла трость и спрыгнула с высокого порога КИБа на землю. Солнечный день заливал чёрные силуэты дубов, делая лес не мрачным, а торжественно фактурным, будто природа начертила свои собственные замысловатые чертежи. Не зная, откуда начинать, она с размаху воткнула трость там, где стояла. Затем завела пружину и нажала на спуск. Послышался глухой хлопок. Мира даже не стала смотреть в окуляр — она знала, как звучит аномалия.
— Вряд ли они рядом проходили, — сказал Тэ. — Здание рухнуло бы.
Мира была согласна, но проверить всё равно хотела. Они обогнули институт. Она то и дело втыкала эхолот, но пустот не обнаружила.
— Пойдёмте сюда, здесь более крутой склон. Может, вход удобнее расположить было, — предложила Мира, показывая налево.
Тэ не возразил. Они стали прочёсывать местность, поглядывая на карту и компас. Мира искала скрытую пустоту, Тэ оглядывал заросли в поисках входа в убежище Катабара. В небе пронзительно кричали вороны. Пахло прелой листвой, влажной почвой и грибными спорами. Под ногами хрустели ветки и жёлуди. Мира находилась в диком лесу, среди затаившихся хищников, но впервые за много дней чувствовала себя в безопасности. У неё с собой не было ружья, но у Тэ было оружие, и потому животных она не боялась. Зато сама природа давала ей необыкновенные силы, восстанавливала расшатанную психику. Мира села на корточки и стала разглядывать трухлявый пенёк с прогнившей сердцевиной, где скопилась вода с сухими, загнутыми по краям дубовыми листьями.
— Что-то нашли? — раздался голос Тэ.
— Нет.
Мира встала и пошла дальше. Она продолжала механически втыкать трость, но та издавала одинаково неинтересные звуки, и Мира всё больше отрывалась от реальности, погружаясь в медитативный транс. Она рассматривала мощные стволы дубов, тонкие ветки подлеска, непривычно чистое синее небо. Мира не заметила, как остановилась и стала смотреть прямо перед собой, теряясь взглядом в глубине росчерков леса.
— Всё в порядке? — услышала она Тэ.
— Да, — очнулась Мира и продолжила идти.