Господи что я натворила!

И вообще, что он обо мне думал? Даже страшно предположить. Наверняка считает меня легкодоступной старой шалавой. А ведь я такой не была! Это только вчера на меня нашло какое-то помутнение рассудка.

— Боже мой!

С этими словами я, словно ошпаренная, соскочила с постели. Начала рьяно разыскивать свои вещи. Старалась не смотреть на своего ночного ухажёра-любовника.

Трусики нашла сразу, а вот лифчик куда-то запропастился. Поэтому я пару раз прошлась вокруг кровати, поднимая свои вещи с мягкого ковра. Мужчина, привстав на локте, следил за мной словно цербер, прищурившись.

— Маш, может, позавтракаем вместе? Закажу сейчас в номер, — предложил он вдруг.

Такого предложения я точно не ожидала. Думала, он хочет, чтобы я поскорее убралась из его номера.

Как его звали? Хоть убей, не помню. Какое-то странное имя. Не русское, но красивое.

— Почему бы тебе не заняться женщинами своего круга? — буркнула я.

Ну не могла я поверить в то, что этот холёный импозантный мужчина мог действительно заинтересоваться мной. Даже мой муж, который взял меня девушкой и которому я хранила верность все эти двадцать семь лет, и тот решил, что я недостаточно хороша для него. И завёл себе любовниц. А этот одинокий, красивый и с деньгами, реально посмотрит на меня?

Не верю!

— Это какими? — поднял он бровь.

— Молодыми, красивыми, с упругой попой и жаждущими раскошелить тебя на деньги, — выдала я.

— У тебя попка тоже ничего. Достаточно упругая.

— Идиот! — вспылила я, нервно застегивая лифчик.

В ответ он усмехнулся.

— Ты первая начала какую-то ересь нести про молодух, Маш. Я ведь тоже не мальчик.

Ага, «не мальчик». Знаю я, как такие, как он, только на молодое тело были падки. И если выбирали с кем провести время и привести в ресторан, то точно девиц моложе тридцати, а не таких, как я.

Потому его слова показались мне лживыми. Зачем он лгал мне и себе сейчас я не понимала. Но чувствовала какой-то подвох во всем этом.

И тут меня осенила мысль. Может, вчера он не нашел никого из согласных девушек на дискотеке и потому решил подкатить ко мне? А что. На безрыбье и рак рыба. И я как раз подвернулась, несчастная, желающая излить душу, еще и напилась с горя вчера, как сапожник.

Он и воспользовался. А теперь, видимо, ему позорно признать, что я не котируюсь в его глазах, и нет, чтобы просто сказать, чтобы я уходила, развел эту ахинею про мою упругую задницу, ну чтобы не выглядеть совсем уж подлецом. Хотя пятая точка у меня была и правда довольно упруга еще.

Но меня этой «лапшой на уши» точно было не провести. Я видела его насквозь.

— И куда ты собралась? — недовольно осведомился он, после того как я уже натянула юбку. — Давай вместе позавтракаем, Машунь.

— Почему бы тебе просто не оставить меня в покое?

— Не хочу.

И тут меня осенило, как его зовут.

Альберт.

Красивое, звучное имя, но явно нерусское. Похоже, как и я, придумал себе псевдоним. А что, удобно. Зачем первой встречной говорить свое настоящее имя?

— Слушай, Альберт, в отеле куча свободных девиц. Их иди и соблазняй. На каждый день новую найдешь.

— Мне ты нравишься. И вообще, я не бабник, чтобы каждый день из одной постели в другую скакать.

— А так не скажешь...

— Не молод я уже.

— Видимо, раньше скакал.

— Было дело. Только теперь спокойствия хочется и душевного тепла больше, чем задницы перебирать. Чего я там не видел?

— То есть моя... — я деликатно пропустила слово «задница», — тебя душевно устраивает?

— Именно так, Маша, — оскалился он своей соблазняющей улыбкой.

— Ещё скажи, что тебе понравилось со мной ночью и ты не против продолжить знакомство.

— Да.

— Врёшь, как дышишь! Так и думала! — процедила я, застегивая блузку сбоку.

Ну не мог такой красивый, шикарный мужик запасть на такую «бабку», как я.

Хотя ему и самому было около полтинника, но всё же мужчины в сорок пять — пятьдесят — ещё мачо и ого-го, а дамы, как я, уже даже не залежалый и не второсортный товар, а… Лучше не думать об этом.

И эта половая несправедливость угнетала и удручала больше всего. И неважно, что я следила за собой: всегда с причёской, накрашена, тело не обрюзгшее, занимаюсь спортом и на лицо выгляжу моложе лет на пять-семь.

Но паспорт не обманешь.

Пятьдесят — это приговор для женщины в нашей стране.

Но как же я не хотела повиноваться этому жестокому приговору!

Глава 9. Коктейль, пляж и наглый мачо

Его номер я покинула уже спустя пару минут, стремительно и не оглядываясь. Направилась к себе в другое здание отеля, стараясь наконец отогнать навязчивые эротические картины, которые то и дело всплывали в моей голове.

Хотелось поскорее забыть эту ночь и брутального «босса на отдыхе».

То утро я провела в номере. Сначала спала как сурок, а потом принимала ванну. Желала смыть все воспоминания об Альберте не только из мыслей, но и со своего тела. Выползла на улицу только вечером. Сходила на пляж, искупалась уже на закате.

Слава Богу нигде не встретилась со своим ночным любовником. Но мысли о том, что он где-то рядом, и в этом же отеле, нервировали. На ужин в общий ресторан, где накрывали шведский стол, не пошла. Не хотела столкнуться с ним, ведь на то была большая вероятность.

Придумала уйти из отеля и поужинать где-нибудь в ближайшей кафешке. Благо, их было несколько поблизости.

Около девяти вечера собралась: неброско накрасилась, надела просторный серый сарафан, темные очки и заколола волосы в хвост на затылке. На ноги — босоножки без каблука. Не хотела привлекать к себе внимания, потому выбрала наряд скромный и удобный.

Спустя час забрела в самый последний ресторанчик на пляже, подальше от отеля. Здесь было немноголюдно, но я купилась на яркую вывеску: «свежие морепродукты» на русском языке. Присела за свободный столик и заказала местный лимонад.

Официант оставил меню и ушел за моим напитком, а я лениво листала страницы, решая, заказывать себе краба или королевские креветки на гриле.

Вернулся официант с моим лимонадом. Я попросила еще пять минут на выбор блюда и он, понятливо кивнув, удалился. Попивая прохладный лимонад, я уже жадно рассматривала в меню мидии или устрицы, но они стоили безумно дорого. А так хотелось!

— Могу я угостить тебя? — неожиданно раздался рядом со мной знакомый мужской голос.

Я едва не поперхнулась.

Подняв голову, я провела глазами по моему ночному компаньону. Одетый в белые джинсы и черную обтягивающую футболку, он выглядел стильно и сексуально. Я быстро проглотила лимонад, который отпила чуть ранее, и нахмурилась.

Он что, преследовал меня?

Нет, не может быть. Просто совпадение, что он пришел сюда же. Хотя в такие совпадения я не верила.

— Не думаю, что это хорошая идея, Альберт, — буркнула я неучтиво, совершенно не желая видеть его.

Я опять занервничала. Пришла сюда развеется и успокоиться, а его появление мгновенно вывело меня из равновесия.

— Отчего же? — спросил он, усаживаясь напротив меня.

— Я прекрасно знаю, что ты обо мне думаешь.

— И что же я о тебе думаю? — осведомился он напряженно, чуть улыбнувшись.

Решил соблазнять меня своими жаркими улыбками? Не выйдет!

— Что я развратная старая калоша, готова на всё, лишь бы с кем.

— Сильно, — хмыкнул он. Вальяжно откинулся на спинку кресла и пронзительно посмотрел на меня. — Но не попала ни в одно определение. Ничего такого я о тебе точно не думал.

Невольно зырнув на него, я едва подавила в себе желание спросить, что тогда он думал? Но тут же прикусила язык. Мне это было неинтересно. А точнее, очень интересно, но я бы никогда в этом не призналась ему.

— Ты красивая, сексуальная, умная. А ещё печальная. Походу, раненная каким-то мудаком. Тебе очень хочется к кому-то прижаться, чтобы тебя поняли и защитили. Но ты никогда никому не признаешься в этом.