— Нет, спасибо, — отмахнулась я.

Парень удалился, а Ирина опять улыбнулась этой своей хитрой, коварной улыбкой, которая сражала мужчин наповал, но меня сейчас только разозлила.

— Не смотри на меня так. Не хочет он меня! — выпалила я громким шёпотом, боясь, что услышат за соседними столиками.

— Да-да, так я и поняла.

— Ничего ты не поняла, Ир, — уже нервно заявила я. Я чувствовала, что она видит меня насквозь и что я вру. И это бесило более всего. — Я с ним случайно переспала, понимаешь? Случайно!

— О! — округлились губы подруги.

— Блин… — поджала я губы. Ведь не хотела этого говорить Иринке. Но оно само как попёрло. — Я этого не хотела, так получилось.

— Даш, успокойся, — она положила руку на мою ладонь. — Не переживай так. Ну, переспала и переспала, ты вообще-то взрослая женщина, имеешь право. Я уж тебя точно осуждать не буду.

Ещё бы! Иринка меняла мужчин как перчатки, и, конечно, моё поведение ей не казалось странным и аморальным. Это я себя осуждала уже какой месяц, что, как идиотка, завалилась в постель с малознакомым мужчиной.

— Переспала, и что дальше? — настаивала Иринка.

— А дальше случайно вышло, что я забеременела от него. Понимаешь? А теперь случайно оказалось, что он один из учредителей наравне с твоим Роговым!

— Ах, вот оно что! Поздравляю, подруга.

— С чем?

— Что всё это не случайность и всё было предрешено свыше.

— Издеваешься? — прищурилась я, обидевшись. — Я не хочу с тобой говорить об этом.

— Да пошутила я, Даш. Не кипятись, — примирительно заявила Ирина. — Но зато теперь стало понятно, отчего этот твой герой-любовник травит тебя. Хочет продолжения? А ты упираешься?

Она огорошила меня своим очередным верным выводом, «прямо в яблочко». Все же она прекрасно разбиралась в психологии и мужчин, и женщин. После слов Иринки я даже облегченно выдохнула. Даже легче стало. Рассказала кому-то свою боль и мучительные думы.

— Наверное, ты права, Ирина. Едва мы увиделись снова, там в офисе он предлагал мне сходить с ним пообедать. Но я отказалась. Заявила, что мне ничего не нужно от него.

— И глупо. Я бы на твоем месте… — она протянула последнее слово, словно задумалась.

— Что бы ты сделала? — с придыханием спросила я, впившись взором в лицо подруги.

Я действительно хотела знать ее мнение. Я знала, что Иринка умела верно обращаться с мужчинами и вызвать такой интерес, что почти каждый ее ухажер был от нее без ума, а каждый третий делал ей предложение руки и сердца. Как бы мне хотелось научиться так же управлять и привлекать мужчин. Но не всех встреченных, конечно, как делала это Иринка, а только одного. Андрея.

— Я бы расслабилась и получила бы удовольствие, — выдала Иринка твердо.

— Не поняла?

— На твоем месте, Даша, я бы согласилась пообедать с ним, и поужинать и всё остальное вытекающее. А ещё бы рассказала о ребёнке.

— Ох, — замотала я головой. — Я думала, что надо послать его подальше.

— Зачем? — не понимающе, приподняла бровь Ирина.

— Ты же всегда говорила, что мужика: «чем дальше пнёшь, тем ближе возьмёшь».

— Верно. Но ты же уже пнула? А теперь пряники нужны. К тому же ты беременна. Он должен знать.

— Я не думаю…

— А ты не думаешь, что он имеет на это право? Знать, что станет отцом.

— Вряд ли ему это интересно, — заявила я категорично. — Сергею не нужен был от меня второй ребенок, ему и Аленка то не сильно нужна была. С чего бы Расторгуеву в его возрасте какие-то ползунки нужны?

— Теперь по одному козлу всех мужиков судить будешь, Даш? — нахмурилась подруга. — Это неправильно.

— Андрею не нужен этот ребенок, Ирина, поверь.

— Ты это точно знаешь? Он тебе это говорил?

— Нет. Но видно же, что он живет только для себя и работой. Если бы он хотел детей, у него, наверное, уже были бы дети. А у него их нет.

— Это ни о чем не говорит. Может, он не встретил подходящую женщину для рождения детей?

— А я, значит, подходящая, по-твоему?

— Еще какая подходящая. Его любишь, ребенка его любишь. Очень все чудесно.

— Я не люблю Андрея, — выдохнула я тихо, опуская голову.

— Любишь. Уж мне-то не ври, подруга, — усмехнулась Иринка, снова отпивая из бокала. — Эти все твои слезы и нервы сейчас! Если бы он был тебе не нужен, ты бы даже не заговорила о нем сегодня со мной.

Я замолчала. Как же она была права! Я действительно хотела расслабиться, всё рассказать Расторгуеву, и чтобы он ответил мне взаимностью и захотел моего ребенка. Ведь именно поэтому я послала его неделю назад с его предложением пообедать, да и раньше пыталась избегать. Я боялась, что он скажет, что малыш ему не нужен, а я ему безразлична. И тогда я не переживу этого. А я так не хотела страдать.

— Значит так, Даша. Научу тебя как поступить. Чтобы разрулить твою непростую ситуацию, которую ты так запутала, — сказала мне строго Ирина.

Глава 22. Малыш и мама

На следующий день с утра я была записана на плановое УЗИ. Отпросилась у Рогова накануне.

Вошла в кабинет врача с торжественной радостью, ожидая встречу с малышом.

Разделась, легла на кушетку. Врач начала водить аппаратом по моему ещё довольно плоскому животу, намазанному обильно гелем.

Я же вытянув голову, пыталась рассмотреть что-нибудь на чёрном экране. В какой-то момент появилось очертание головки, потом мелькнула ножка, маленькая и забавная.

— Хорошо видно? — спросила врач, кидая на меня взгляд.

— Не очень. С ней всё в порядке?

— С ним, — ответила, улыбнувшись она. — Да. Плод развит нормально для своих шестнадцати недель.

— Вы видите, что это мальчик? Там же ничего не видно, — сказала я, щурясь и пытаясь рассмотреть в тёмной перемещающейся массе на экране нечто внизу. Но рассмотреть ничего особо не могла.

— По личику вижу, — объяснила врач. — У девочек черты лица более миловидные. У мальчика более резкие.

— Поняла. Значит будет мальчик?

— Вероятнее всего. Пульс хороший у малыша и отклонений не вижу.

— Самое главное, что нет отклонений. А то все пугали меня.

— Срок ещё маленький, надо следить дальше может что ещё и вылезет.

— Будем надеяться, что нет.

— Вам фото нужны?

— Обязательно. Если можно.

— Три сделаю. Они бесплатно.

Довольная и умиротворенная, я вышла из поликлиники, сжимая в руках файл с черно-белыми снимками малыша. Это были первые фотки моего долгожданного сынишки. Пока ехала в такси до работы, чтобы быстрее, рассматривала фотки с УЗИ и умилялась.

Вошла в контору около десяти часов, там во всю кипела работа. Я прошмыгнула в наш со Светланой кабинет. Она подняла на меня глаза и спросила:

— Как всё прошло?

— Отлично, — улыбнулась я ей довольно. — С малышом все хорошо. Сказали, что мальчик.

— Замечательно. А это что? Фотки с УЗИ? Можно посмотреть?

— Конечно, Светлана.

Я положила перед ней снимки, и мы начали рассматривать их, делая милые замечания по форме черепа, узким плечикам, малюсеньким едва видимым пальчикам на ручке.

Вдруг позади открылась дверь. Я напряглась.

— Смотрю опоздания вошли у вас в норму, Дарья? — раздался за спиной свинцовый голос Расторгуева.

Я быстро повернулась к нему. И как пойманная с поличным преступница, торопливо перевернула снимки УЗИ и прижала их к себе. Не хватало чтобы он ещё увидел их. Даже предположить не могла, что вот именно сейчас Андрей зайдёт в наш кабинет. Уже неделю тут не был. А теперь как специально учуял, что надо зайти и застать меня врасплох с этими фотками малыша.

И вообще он что за мной следит? Когда я пришла, я его не видела ни в коридоре, ни на лестнице. У него вообще была закрыта дверь в кабинет. Заняться ему что ли нечем?

— Я была в больнице, — ответила я. — Павел разрешил.

— Конечно, надо ходить в больницу именно в рабочее время, — выдал желчно он, бурая меня горящим взглядом. — Куча платных клиник работает после шести вечера и по выходным.