Я поджала губы. Ему хорошо рассуждать. Денег наверняка куча. А приём в платной клинике не меньше пяти тысяч, и ещё УЗИ столько же. А если вести всю беременность там и сдавать все положенные анализы сумма за сто тысяч перевалит.

Я ему что миллионерша?

У меня были конечно деньги, но я их копила на послеродовой период. Ведь непонятно что там будет и как. А государственные поликлиники работали именно в рабочее время и потому выбрать вечернее время приёма было невозможно.

— Когда смогла, тогда и пошла, — тихо выдала я, поджав губы.

Расторгуев застыл у входа, скрестив руки на груди и продолжал сверлить меня взглядом.

А я хотела, чтобы он уже ушёл и быстро спрятать драгоценные снимки в сумку. Вчера мы с Ириной даже обсудили, как лучше сказать Андрею о ребёнке. Но сейчас видя его очередной негатив в мою сторону, мне совсем расхотелось это делать. Не заслуживал он знать. Мерзкий этот тип.

Расторгуев продолжал молчать и как будто меня рассматривал. Я занервничала. На мне была темная узкая юбка — карандаш, розовая блузка, закрытая и на груди с небольшими рюшами. Бежевые колготки и лаковые туфли на маленьком каблучке. Именно Иринка вчера научила меня, что в офисе положено носить именно колготки нейтрального цвета, а не чёрные.

Накаленную обстановку, которая начала уже искрить спасла Светлана, спросив Расторгуева:

— Вы что-то хотели, Андрей?

— Хотел. Чтобы сотрудники приходили вовремя на работу и были одеты скромно, а не как на свиданку.

Он что на меня намекал? Это я одета на свиданку? У меня было всё строго. И закрыто. Или розовый цвет блузки его надоумил на такие слова? Но я покупала её специальном отделе для офис-леди. И Ирина одобрила. Да наряд подчеркивал мою фигуру и сексуальность. Но точно не был вульгарным или каким-то свиданочным.

И как с этим вредным товарищем можно было обсуждать детей и спокойно говорить? Нереально.

Тут же желание, владевшее мной всё утро, рассказать ему о малыше сегодня, как мы условились с Ириной, улетучилось.

— Но видимо некоторые пользуются лояльным к себе отношением и делают, что хотят.

Понимая, что это всё камни в мою сторону, я промолчала, демонстративно уселась за свой стол и включила компьютер. Отвернулась от него.

— Так что вы хотели, Андрей? — настаивала Светлана.

— Уже ничего, спасибо, — сухо бросил Расторгуев и вышел, хлопнув дверью.

— И что это было, скажи мне, Дарья? — обратилась ко мне Светлана.

— Не знаю. Очередной загон.

— Похоже на то. Но то, что ты его раздражаешь и при чем знатно это даже невооружённым взглядом заметно.

— Я к нему даже не подхожу.

— Может это его и бесит? — усмехнулась Светлана. Я опешила. Неужели она что-то подозревала про нас с Расторгуевым? — Прости. Само вырвалось. Глупость сморозила.

— Ничего, бывает, — тихо ответила я, просматривая документы.

Думала о том, что такое чудесное настроение с утра от встречи с малышом испортил этот неадекватный мужик.

Вот не хотела я ему рассказывать о ребёнка от слова совсем. По крайней мере пока он не станет относиться ко мне более дружелюбно.

Глава 23. Седина в голову, бес в ребро.

В тот день на обед мы пошли в кафе, расположенное напротив нашего офисного здания. Как как обычно втроем со Светланой и Алексеем. Сели за наш любимый столик.

Заказали бизнес ланч из двух блюд и принялись ждать. Алексей рассказывал про свою маленькую дочку, про её проказы в садике и что все мальчишки в группе боялись её и называли «маленькой разбойницей». Мы со Светланой смеялись над теми выкрутасами что вытворяла дочка Алексея, то убегала из садика, то играла в войнушку с мальчишками, то лазила на забор, вызывая обморок у воспитателей.

— Тебе надо её в суворовское училище отдать в будущем. Там вроде и девчачьи группы есть, — посоветовала Светлана.

— Жалко её, — поморщился Алексей.

Нам принесли заказ, мы начали есть, продолжая смеяться и шутить. Всё было прекрасно до того момента, когда в кафе появилась одна знакомая парочка.

Расторгуев и Татьяна вошли в кафе и, увидев нас, демонстративно сели за другой столик, напротив. Хотя за нашим места была ещё много.

— Отделяются от коллектива, — констатировал факт Алексей.

— Они тебе нужны? — спросила Светлана. — Расторгуев опять сегодня не в духе. Дарью задирал. Сейчас сядет рядом и опять мозг будет выносить.

— Согласна, без него лучше, — кивнула я, бросая быстрый взгляд на Андрея с секретаршей. Они о чем-то оживлённо болтали, просматривая меню. — Хотя против Тани я ничего не имею против.

Обед был безвозвратно испорчен. Приходилось смотреть или в свою тарелку, или в сторону. Потому что перед носом за соседним столом сидели Андрей и Татьяна. И вели себя невозможно вызывающе. Громко смеялись, сидели на одном диванчике, почти прилипнув друг к другу плечами. Расторгуев крутил прядь её волос пальцами, а Таня призывно смотрела ему в глаза. Она даже умудрялась поддевать вилкой жареную картошку с его тарелки и красноречиво засовывала себе в рот.

Мне если честно было противно. Нет, конечно было неприятно и что Расторгуев нашёл себе девицу помоложе, чем я. Но это было объяснимо и логично. Но то, как они сейчас вели себя на глазах у кучи людей, напоминало подростковый пубертат. А не поведение взрослых людей.

Создавалась такое впечатление, что ещё немного и они просто в открытую будут сосаться прямо здесь в кафешке. А если бы не было народу, то может устроили бы что погорячее.

А ещё мне казалось, что Расторгуев сейчас играет на публику. Специально устроил весь этот спектакль для меня, намеренно усевшись с Татьяной напротив нас. Хотя в кафе было полно свободных столиков в других местах.

Я старалась не смотреть на эти их игрища, и быстрее ела своё второе, вполуха слушая Алексея. Пыталась держать себя в руках и не показать своего волнения. Но внутри меня всё бушевало от ревности и негодования. А в голову лезли мысли о ребёнке.

«Если бы я с утра рассказала ему о малыше, может быть сейчас он пошёл в кафешку со мной, — крутились у меня в голове лихорадочные думы. — А может и нет».

В какой-то момент Светлана глухо буркнула, не выдержав:

— Почему нельзя всё это делать наедине?

Я быстро провела взором по парочке напротив. У Расторгуева под пиджаком была расстегнула рубашка, а рука Татьяны шарила по его мускулистой груди. Она притиснулась к мужчине всем боком, и целовала мочку его уха.

— Совершенное бескультурье, — добавила Светлана.

— Успевает, пока Андрей не передумал, — усмехнулся Алексей, окинув секретаршу лукавым взглядом.

Похоже Алексея эта сцена забавляла, в отличие от Светланы, которую картина перед носом явно раздражала.

— Ну и дурочка она тогда, — тихо выдала Светлана, так чтобы слышали только мы. — Может пойдём уже?

Мы согласились и расплатившись за бизнес-ланч вышли на улицу. Остановились у светофора, ожидая нужного сигнала.

Светлана вдруг недовольно произнесла:

— Расторгуев об неё год назад ноги вытер. Бросил без объяснения причин. И она как белуга ревела каждый день на работе. И бегала за ним, а он нос воротил от неё, как прокаженной. Но походу людей ничего не учит. Сейчас свистнул ей, и она как собаченька опять на цырлах вокруг него бегает и на всё готова.

Я нахмурилась. Похоже мне совсем не показалось, что между Андреем и Таней были раньше отношения. И именно он её бросил, оказывается. Как гадко.

— Так она влюблена в него как кошка, — хмыкнул Алексей, стоявший с другой стороны от Светланы.

— Я бы никогда не простила, — продолжала она.

Зелёный всё никак не загорался.

— Я бы, наверное, тоже, — согласилась я с ней.

— Любовь зла, — поморщился Алексей.

— И козлы этим пользуются, — закончила за ним фразу Светлана. — Вообще не пойму её. Молодая красивая девка. Что не может себе найти достойного мужчину? Сдался ей этот старый кобель.