— А как вы думаете, господин Белов? — спросила мисс Грей с легкой насмешкой.

— Что же, давайте прикинем расклад. Оба — правда, оба — ложь, — я загнул два пальца. — Один — правда, другой — ложь.

— Значит, четыре варианта?

— Шесть. Первый — ложь, второй — правда.

— Звучит запутанно, — оценила многоходовочку горничная. — И что же вы думаете?

— Я думаю, что это неправильный вопрос.

— Удивите.

— Кому принадлежит верность?

Молчание в ответ, что уже кое-что говорило.

— Верность… — медленно повторила мисс Грей, помешивая остатки кофе в кружке.

Я не торопил. Некоторые вопросы требуют времени — не чтобы придумать ответ, а чтобы решить, давать его или нет.

— Я расскажу историю, господин Белов. Один человек очень любил свою жену, но его мучили сомнения. Он верил в ее верность, но эта вера казалась ему хрупкой, потому что она не опиралась на факты. Чтобы обрести покой, он нанял частного детектива, который следил за женщиной день и ночь.

— Через неделю детектив принес отчет: «Ваша жена чиста. Она ни разу не дала повода для сомнений». Мужчина обрадовался, но вскоре понял, что произошло нечто непоправимое. Раньше он верил, а теперь он просто знал.

Теперь была моя очередь задумчиво промолчать. Притча о детективе, профессиональный кодекс, и ни слова в ответ на прямой вопрос о верности. Занятно. Женщина, которая только что объяснила мне механику предательства, так и не сказала, на чьей она стороне. И все же это наводило на мысль.

— Обоюдоострый меч, — подытожил я.

— Верно. Кому нужна лояльность постельной служанки? Особенно, если хозяин знает, что она будет спать с кем угодно по его приказу? Какие бы громкие слова ни произносились, какой мужчина будет уважать продажную женщину? — с горькой иронией спросила девушка. — Но и знание тоже не работает в мире, где всё может продаться, вопрос только цены. Поэтому профессионалы данной сферы постоянно балансируют на грани. Кто-то срывается, исчезая с деньгами или на дне залива. Кто-то блюдет личный кодекс, тщательно взращивая репутацию.

— Я слышал, есть магические средства, — вставил я замечание.

— Да, есть рода и кланы, практикующие печать слуги. Но ставить печать, которая следует не духу, а букве клятвы, рыцарям плаща и кинжала?

Есть и более сложные контракты, но о них простому русскому варвару знать не положено.

— Разумеется, есть и более сложные контракты, — сама продолжила горничная, будто уловив ход моих мыслей. — Но они и требуют соответствующего мастерства контрактора.

— Например, Десятый посох? — подкинул я подходящую версию для обсуждения.

— Верно. К слову, вам будет интересно узнать, — решила поделиться горничная одной историей. — Как-то раз мистер Кроу мне признался, что предлагал леди Уильям поставить подобную печать. Она с возмущением отказалась. «В тот день, когда верность мне потребует магической печати, я предпочту услышать об этом в лицо».

Мое уважение к учителю подросло на несколько пунктов и одновременно подало идею о подоплеке их взаимоотношений.

— Вы поэтому на ножах с дворецким леди Уильям? — задал я неожиданный вопрос.

— Интересный вопрос. Поясните логику? — с любопытством посмотрела на меня горничная.

— Сложная магическая клятва решила бы вашу моральную дилемму о верности и знании. Вместо этого леди Уильям предпочла другой путь, и Себастьян пользуется полным доверием герцогини. Что, с вашей позиции, является наивной глупостью.

— Интересно. Пожалуй, я даже воспользуюсь данным аргументом при случае, — усмехнулась мисс Грей. — Но нет, там другая история.

— Расскажите?

— Он мой отец, — с невозмутимым лицом сообщила горничная.

Хорошо, что в этот момент я ничего не пил, иначе бы точно поперхнулся.

— Врете.

— Почему вы так думаете? — деланно удивилась она.

Дворецкий учителя выглядел как типичный мужчина средних лет. Идеально для слуги, чтобы не выделяться и слиться с фоном гостиной. И говорить женщине, что они ровесники? Даже предок не был настолько безрассуден. Лучше обойти эту ловушку.

— Ваша мать должна быть богиней красоты, чтобы компенсировать настолько безликую внешность, — вместо этого произнес я.

— И аргумент, и комплимент, красиво, — тепло улыбнувшись, оценила мисс Грей. — Тогда какая ваша версия?

Я задумался, обдумывая варианты. Вот только и без того уставший мозг возмущенно взбрыкнул, на фига мне обсуждать других мужиков, когда тут такая женщина. А нет, это уже не голова, а головка.

— Пока не могу сказать наверняка, — пожал я плечами. — Учитывая, что леди Уильям тут где-то года два, если учесть появление вместе с ученицами, можно допустить, что вы с ее дворецким поцапались уже тут? Или же были знакомы раньше. Были сокурсниками, несмотря на разницу в возрасте? Коллегами? Просто бывшие?

Что один из выстрелов вслепую попал, я понял по микромимике лица, когда глаза мисс Грей удивленно расширились.

— Впрочем, в последнем сомневаюсь, — решил я не подавать вида, что заметил.

— Почему же?

— Расстаться с такой шикарной женщиной, как вы? Определённо заслуживает сочувствия, — сказал я. — Или диагноза.

— Да, чертовски верное замечание, — кивнула чем-то очень довольная горничная. — Открою еще один секрет, господин Белов.

— Внимательно слушаю.

— Наш самый сексуальный орган — это мозг.

— Допустим, — кивнул я, пока не понимая, что тут такого.

— И разговор с умным собеседником может завести так, что забываешь, зачем пришел. Не напомните мне, господин Белов? — улыбнулась мисс Грей, и в голосе снова появилась та самая интонация, от которой хотелось немедленно уйти в ванну с холодной водой.

Толстый такой намек на возможность перевода разговоров в горизонтальную плоскость. Вот только была проблема.

Этот короткий разговор вымотал меня даже больше, чем рассказ мисс Грей об особенностях приема. Рядовая горничная будто была скрытым боссом уровня. И вместо того, чтобы «геройски погибнуть» в схватке с ненасытным суккубом, я выбрал режим «кошмар» и начал играть с дьяволом в подковерные игры, вместо постельных. И вроде бы победил, превозмог, и тут у босса началась вторая фаза. Мозг и так кипел в попытке анализа всего сказанного за это время, а тут еще…

— Боюсь, я буду бесчувственным бревном, — развел я руками.

— Не то чтобы я была против, — лукаво улыбнулась мисс Грей. — Нужно лишь обеспечить достаточно трения, чтобы зажечь огонь страсти.

— В следующий раз — обязательно, — зевнул я, уже не скрывая усталость.

Зевота оказалась заразительна, горничная аккуратно прикрыла рот и ей пришлось временно отступить.

— Что же, джентльмен никогда не отказывается от своих слов, верно? — нанесла она последний удар.

— Верно, — был вынужден согласиться я.

— Приятных снов, господин Белов, — встала и поклонилась на прощание мисс Грей.

Поклон был с большим таким намеком, демонстрируя глубину декольте. И горничная ушла, плавно покачивая бедрами, будто знала, что я обязательно провожу ее взглядом. Ну а как может быть иначе?

А я наконец-то смог облегченно вздохнуть.

— Отказал? — словно не веря своим глазам, тут же появилась Маруся.

— Отказал.

— Такой красивой горничной?

Все ради тебя. Но так домовой говорить не стоило, а то еще неправильно подумает.

— Даже такой соблазнительной, — кивнул я.

— Ну ты и чудак, — обиженно надулась домовая.

Что?

— Что⁈

— Хозяин не любит горничных! Значит, и Марусю не любит! Правильно та тетя с телевизора говорила! Хозяин чудак на букву М!

Во имя предков, и эта туда же! Что за извращенская логика⁈

— Маруся, иди в задницу, — огрызнулся я.

— Так вот как вы хотите⁈ — тут же загорелись глаза у мелкой.

— Ой всё, — я зарылся в одеяло с головой и вырубился.

А утром, как и обещал профессор Блэк, первой парой стоял его предмет. Темный альв вплыл в аудиторию с грацией и аурой чудовищного мегалодона, уже почуявшего кровь.