Они говорят, что Петр был главным из апостолов подобно тому, как Апеллес[1355] назывался главным среди художников. Но Петр не имел власти и особых полномочий над своими собратьями и апостолами, это ложь и прямо противоречит Писанию. Христос пресекал подобное тщеславие и учил иному, о чем я уже сказал.

Как может один быть лучше другого в том Царствии, где нет одного выше другого и нет такого закона сопоставлять низшего с высшим. В миру нет другого пути к управлению, как только через силу. Нет человека, воздерживающегося от этого даже из-за страха, потому что истинная любовь не прописана в таких сердцах. Царство папы — это царство мира сего. Здесь другого сорта милость, святость, отцовство.

В Царствии Божием все иначе. Служащие Царствия Божия должны управлять с любовью и терпением. Духовность делает их восприимчивыми к закону Божьему и выполнению добрых дел. Любовь созидает в них добросердечие и делает отзывчивыми к нужде ближнего, помогает преодолеть свои собственные слабости.

По причине, что Петр превзошел в том других апостолов, его называют (но не в Писании) главным среди них, но он не имел никакой власти над своими собратьями. О том, что это правда, ты можешь увидеть в Деяниях апостолов, которые начинаются с описания Вознесения (Иисуса Христа — Т.Ч.). Когда Петр находился и проповедовал в доме Корнилия, его упрекали, что он общался и ел с язычниками, что запрещено законом. Но Петр был великолепен, когда дал отпор (что не говорит о его превосходстве) своим собратьям и сказал им, как он предвосхитил сошествие Святого Духа (на язычников), о чем говорится в Деяниях, 9. Однако Петр показал, что у него нет власти, она есть только у Бога.

Как сказано в Деяниях, 8, Петр был отправлен в Самарию, что также свидетельствует о том, что он не имел превосходства над другими. Скорее, собрание[1356] имело власть над ним и остальными апостолами. Все апостолы утверждали, что власть у Бога, а у них нет власти. Как говорится в Послании к Галатам, 2, Павел противостал Петру, когда тот отклонился от правды Евангелия.

Хотя члены общины Христовой всегда хотят быть лучше, но вследствие того, что в большинстве своем они слабы, а мирских дел всегда много и они разные (и Христос, который знал всё заранее, говорил в Мф., 18, что зло является в мир путем свершения злого, его нельзя избежать, и что будут иметься случаи перехода ко злу), таким образом, нельзя предотвратить того, что многие падут, и слабые братья согрешат. Каким законом им быть наказанными? Воистину, по закону любви, о свойствах которой читай в Первом послании апостола Павла к Коринфянам, 13. Если любовь к Богу будет начертана в сердце моем, она не даст мне возненавидеть моего слабого брата, когда тот оскорбит меня, в равной мере как природная любовь не даст матери возненавидеть свое дитя, когда то согрешит против нее. Мой слабый брат оскорбил меня, он пал, его слабость овладела им; по закону истины не дело, если и я нападу на него, и втопчу его в грязь, и окончательно истреблю его, но по закону истины будет правильно, если я подбегу к нему и помогу ему подняться.

Как же нам рассудиться с нашими обидчиками? Христос учит нас (Мф., 18): «Если же согрешит против тебя брат твой, пойди и обличи его между тобою и им одним: если послушает тебя, то приобрел ты брата твоего»[1357]. Ибо, если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный, как сказано в Мф., 6[1358]. Если он не слушает тебя, тогда возьми соседа или двоих, затем скажи общине[1359], в которой ты состоишь, и пусть пастор произнесет против него Божий закон, и пусть люди с грустью и решимостью попеняют ему, и подвигнут его к раскаянию[1360]. Если он покается, то ты также люби его в соответствии с твоими убеждениями, и вы вскоре придете к соглашению. Если он и общину не слушает, то считайте его за язычника. Если тот, кого оскорбили, тоже слаб, то пусть вмешается тот, кто силен, и поможет им. И подобным образом, если кто-либо совершил грех против учения Христа и отклонился от пути христианина, например, пьяница или прелюбодей, или еще какой-либо грех сотворил, или преподносит ложное учение, то пусть он будет обличен перед общиной человеком, сведущим в Писании. Если он не раскается, извергните его из общины как язычника. Если и того не устыдится, то нет у нас больше средства, кроме как терпеливо ждать, что сделает Бог и молиться в то же время, чтобы Бог открыл его сердце и дал раскаяться. А другого закона, чем этот, ни Христово Евангелие, ни служители его не знают.

Итак, становится ясно, что Царствие Христово есть Царствие духовное, которому никто из людей не может услужить достаточно, служа также Царствию земному, ибо достаточно доказано: никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадежен для Царствия Божия[1361]и, как сказал Христос в Лк., 9, что “тот, кто хочет следовать за Ним, пусть сперва оставит дом свой”. Если человек положит руку на плуг Слова Божия, дабы проповедовать его, но займется также и мирским делом, он вскоре собьется с борозды. Как сказал Христос тому, кто хотел идти за Ним, но сперва решил вернуться и похоронить отца: “Предоставь мертвым погребать своих мертвецов, а ты иди, благовествуй Царствие Божие”[1362]. Также сказано, что если кто хочет проповедовать Царствие Божие (что есть Евангелие Христово), воистину, не должен прилипать сердцем к чему-либо еще.

С течением времени апостолы, следуя и подчиняясь закону, учению и руководству нашего Господа Спасителя Иисуса Христа, учредили в Его Царствии и общине две должности: одна называется по-гречески «епископ» (bishop)[1363], что в переводе на английский — надзиратель (overseer), вторая — по-гречески священник (priest)[1364], а по-английски — «старейшина» (elder), вследствие его возраста, знаний и опыта, т. к. он почти всегда был стариком[1365]. Как видно из Ветхого и Нового Заветов, иудейские священники назывались старейшими, потому что (как ты догадываешься), они все были пожилыми. Ведь пожилым обычно повинуются, и пожилых Бог заповедал почитать и уважать. Согласно книги Левит, 19: «Пред лицем седого вставай и почитай лице старца»[1366]. Понимание дела и беспристрастие, без которых трудно управлять хорошо, больше в старости, чем в юности. И эти надзиратели клали руки на плуг Слова Божия и вели христианскую паству, и направляли ее, не занимаясь никаким светским делом.

Еще одна должность, что они избрали, называлась по-гречески «диакон»[1367], по-английски — служитель (minister), он распределял милостыню среди нищих и нуждающихся, ибо в Христовой общине любовь делает каждый человеческий дар добрым пожертвованием на благо и на нужду ближнего. Когда любовь Божия была еще горяча в сердцах людей, богатеи, имевшие основную массу мирских благ, приносили от своего имущества в изобилии на поддержание бедных и вручали это в руки диакона. И в помощь диакону были святые, 60-летние вдовы, добродетельные и лишенные друзей, избираемые ходить и ухаживать за больными, и мыть ноги святым, что ходили из одной общины в другую по делам или спасаясь от гонений. И эти общие богатства церкви, пожертвованные для бедных, возрастали во всех церквах так обильно и в некоторых общинах достигали таких размеров, что на них можно было прокормить отряд воинов. И нередко тираны преследовали христиан ради этих общественных богатств, как видно из жития св. Лаврентия, римского диакона[1368].