— Прекрасно понимаем. Вы задержаны. Одевайтесь.

Гречуха побагровел.

— Я первый секретарь ЦК Компартии Украины! Я немедленно буду звонить товарищу Сталину!

— Не потребуется. Товарищ Сталин просил вам передать, что «собаке — собачья смерть».

Первый секретарь замолчал. Потом медленно сел на край кровати, всё ещё сжимая в руке зажигалку.

Майор заметил это, забрал книжку и приказал бойцам обыскать кабинет.

Через двадцать минут Гречуху вывели из дома в наспех надетом костюме, без галстука и шляпы. На улице его ожидал закрытый автомобиль с двумя вооружёнными бойцами.

Тихонов находился в здании Киевской военной комендатуры, когда привели бывшего первого секретаря.

Генерал стоял возле окна, выслушивая доклад Ласкина. На столе лежали первые изъятые документы, а возле двери теснились мешки с бумагами, доставленные из ЦК.

— Значит, окончательно пять наших убитых, четырнадцать раненых, — уточнил он.

— Так точно. Все из последнего набора к сожалению. У них сто двадцать шесть убитых, раненых пока не сосчитали. Один наш скончался уже в госпитале. Остальные, Катерина говорит, выживут.

Тихонов сжал зубы.

— Вот ведь суки… — и в этот момент ввели Гречуху.

Первый секретарь попытался расправить плечи.

— Товарищ генерал! Я требую немедленно прекратить этот произвол! Вы захватили государственные учреждения, арестовали руководство республики! Кто вам дал такое право⁈

— Советское правительство, — ответил Тихонов, не предлагая ему сесть. — Проводится административная реформа. Украинская автономная республика преобразуется в Украинскую автономную область. Часть органов управления упраздняется, остальные переходят в областное подчинение.

Гречуха несколько секунд смотрел на него, не веря услышанному.

— Ккакая ещё область⁈ Вы что, издеваетесь⁈ — Заорал он в голос.

— Нисколько. А вас задержали по делу о подготовке государственного переворота, связях с иностранными разведками и организации террористических актов. В том числе против товарища Штурмина.

Лицо Гречухи в момент посерело.

— Я ничего не знаю…

— Вот следователям и расскажете. — Тихонов кивнул. — Увести!

— Да вы не смеете! — Гречуха сорвался на крик, но захлебнулся когда охрана жёстко взяла его в захват. — Вы ответите за это! — Прохрипел он. — Все ответите!

Тихонов даже не повернулся, глядя через окно на просыпающийся город.

— Лаврентию Павловичу пожалуйтесь. Он любит подобные заявления.

Дверь закрылась.

Генерал устало опустился в кресло, взял стакан остывшего чая и сделал большой глоток. Чай оказался отвратительным, но другого всё равно не было.

— Семён! — позвал он.

Сулакшин появился почти сразу, с пачкой радиограмм в руке.

— Здесь.

— Радируй в Москву. Операция завершена, руководство автономии задержано, архивы изъяты. Особо отметь, что обнаружены документы по покушению на Штурмина. И вот это, — Тихонов протянул ему лист со списком московских фамилий, — передашь отдельной шифровкой, лично товарищу Берии.

Сулакшин пробежал глазами список и присвистнул.

— Ничего себе компания…

— Вот именно. И соедини меня с Лёшкой.

— Сейчас?

— Сейчас. Пусть узнает, что мы тут его потенциальных убийц по всему Киеву собираем.

Сулакшин ушёл, а Тихонов снова посмотрел на город за окном.

Киев просыпался. Уже ходили первые трамваи, открывались булочные, дворники сгребали мокрую листву. И только возле нескольких правительственных зданий стояли армейские грузовики, а сотрудники НКВД продолжали выносить ящики с документами.

За одну ночь Украинская автономная республика лишилась своего руководства, значительной части государственного аппарата и самого республиканского статуса.

И всё это оказалось лишь началом большого дела, материалы которого теперь уходили прямо в Москву.

СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО

Народному комиссару внутренних дел СССР

Маршалу госбезопасности Л. Берии

ДОКЛАДНАЯ ЗАПИСКА

О результатах проверки служебных и личных связей генерал-лейтенанта А. И. Штурмина

ШТУРМИН Алексей Иванович, 1921 года рождения, генерал-лейтенант Красной армии, дважды Герой Советского Союза, начальник Аналитического управления Генерального штаба, заместитель председателя СНК СССР по вопросам реиндустриализации и модернизации производства.

Проведённой проверкой и материалами наружного наблюдения установлено:

Т. Штурмин поддерживает исключительно санкционированные служебные и дипломатические контакты, случаев неофициальных встреч с иностранными представителями, не согласованных с руководством, не выявлено. Также не установлено признаков использования служебного положения в корыстных целях, приобретения личной собственности через подставных лиц либо формирования собственной группы влияния.

В быту скромен до аскетичности, личные расходы умеренные, к приобретению предметов роскоши интереса не проявляет. Все деньги, полученные от песен и трансляций, отправляет на нужды детского дома.

С подчинёнными требователен, временами резок, однако искусственных барьеров между собой и сотрудниками не создаёт, оценивая людей только по профессиональной компетентности. Отличается крайней нетерпимостью к некомпетентности, формализму и попыткам уклониться от личной ответственности.

В отношениях с друзьями, напротив, близок и радушен, охотно оказывает помощь в бытовых и служебных затруднениях. В частности, личным вмешательством разрешил назревавший конфликт между кинорежиссёрами Александровым и Пырьевым, а также вступил в конфликт с жилищной комиссией Совнаркома, добившись внеочередного выделения пяти квартир сотрудникам своего управления.

Женат на Вере Николаевне Штурминой, сотруднице НКИД СССР, капитана НКГБ СССР. Супружеские отношения устойчивые, характеризуются выраженной взаимной привязанностью. Компрометирующих связей не выявлено. В общении с женщинами корректен, попытки заигрывания и установления близких отношений последовательно пресекает или игнорирует.

Регулярно участвует в спортивной жизни Управления войск специального назначения и Учебного центра. Стал победителем чемпионата по рукопашному бою и призёром соревнований по скоростной стрельбе. Поддерживает высокую физическую форму, сохраняет близкие товарищеские отношения с бывшими сослуживцами.

Наружным наблюдением отмечены высокая работоспособность, самостоятельность суждений, развитое чувство юмора и способность быстро устанавливать деловой контакт с представителями различных социальных и профессиональных кругов. При возникновении конфликтов предпочитает личное вмешательство, зачастую минуя промежуточные административные инстанции. В неслужебной обстановке общителен, однако сведений закрытого характера не разглашает.

Вывод: признаков политической нелояльности, личного обогащения, скрытых иностранных связей либо деятельности, направленной на создание самостоятельного центра влияния, не установлено. Отличается выраженным чувством личной ответственности, устойчивыми привязанностями и высокой самостоятельностью при принятии решений. Оснований для проведения дополнительных оперативных мероприятий в отношении Штурмина по результатам настоящей проверки не имеется.

Начальник 3 оперативного отдела НКВД СССР

Ген-майор Гурвич А. С.

Москва. 17 декабря 1944 года.

До Нового года оставалось всего две недели, и Москва, ещё недавно жившая войной, теперь с каким-то особенным удовольствием сбросила светомаскировку, отмыла пыльные витрины, залатала дыры оставленные войной, и готовилась к праздникам. На площадях и в больших магазинах устанавливали ёлки, в витринах появились гирлянды, стеклянные шары и бумажные украшения, а возле кондитерских всё чаще выстраивались очереди, состоявшие преимущественно из женщин с детьми и мужчин, которым жёны поручили добыть к празднику что-нибудь особенное.