— Ну, я же сказала, что да! — Топнув от негодования меленькой, обутой в сандалики ножкой, подтвердила свои слова Леська. И, видимо для убедительности, шмыгув курносым носиком, добавила. — Чего здесь не понятного?

— Кто ещё считает безответственным такое вот, м-м-м… вопиющее разделение отряда? И, пусть и краткосрочно и, исключительно на словах безопасное, удаление одного из важнейших членов нашей миссии, недопустимым? — Веско спросил он.

И, вопреки нашим с Мариной и Леськой ожиданиям и, как сразу же докумекал, исключительно нами же пониманием здравого смысла, все пятнадцать, имеющих реальную власть и полномочия отдавать команды человек, дружно подняли руки.

— Единогласно. — Резюмировал итоги импровизированного голосования, Брежнев.

А Андропов, немного смущённо но, всё же с явно прослушивающимися стальными нотками в голосе, попросил.

— Ваше Высочество… Мы понимаем, что это выглядит неким… ограничением… Но, поверьте, никто не пытается покуситься на вашу свободу. Просто… мы все, чего греха таить, немного растеряны. К тому же, — добавил аргументов он, — пребывание на территории чужого государства такого большого количества, смею заметить, вооружённых людей, да ещё без всякой юрисдикции чревато… В общем, без вашего статуса и, не побоюсь этого слова, защиты, всё может закончиться совсем не благополучно!

— Согласен! — Потратив всего несколько секунд на размышление, не стал спорить я. И, снова достав смартфон, ткнул пальцем в высветившееся имя Барса на экране. — Слушай, Такеши… — Чувствуя себя немного неловко, осторожно начал я. — Тут возникли непредвиденные обстоятельства… И, по некоторым причинам, мы не можем прямо сейчас перемеситься к вам с Леной…

— Вас взяли в заложники? — По своему поняв мою заминку, судя по мгновенно изменившемуся тону, встрепенулся Такеши. И, не давая сказать ни слова, завопил. — Я вижу твои координаты по джи-пи-эс! Продержитесь ещё немного! И уже через двадцать минут весь отряд будет отрывать головы этим, поднявшим руку на семью нашего командира, смертникам!

Ну, насчёт «двадцати минут» бывший Император, мне кажется, погорячился. Но от выбранной им для постоянного места жительства Окинавы до одного из островов на севере Индонезийского архипелага, действительно, было около трёх с половиной тысяч километров. Что, учитывая околокосмические скорости имеющихся у всех членов моей команды флаеров, было вполне реально.

Правда из той же России, Кузнецову и моей дражайшей официальной супруге, добираться придётся чуточку дольше. Но, не суть.

Только что, сами того не желая, мы чуть не подняли очень большую бучу. И ситуацию нужно было как можно скорее разруливать. Да и, судя по нахмурившимся и дружно потемневшим лицам, получившим дословный перевод нашего разговора членам «Совета Двенадцати», происходящее нравилось им всё меньше и меньше.

— Стоп-стоп-стоп! — Во всю силу своих лёгких, что есть мочи заорал я. И, предупреждая все возможные инсинуации и неверное толкование моих слов, чуть тише добавил. — Никто нас не похищал! Нас не держат в заложниках и вообще… Сидите на месте, а мы, как и договаривались, через две минуты будем!

— Точно? — Не очень доверчиво переспросил Такеши. И, ограничивая меня во времени, предупредил. — Ждём! И, если после окончания… ну, пусть будет четверти часа, вы не явитесь, я поднимаю наших!

— Нда-а… — Задумчиво протянул Иосиф Виссарионович. — Импульсивный у вас подчинённый. И весьма скор и категоричен в принятии решений…

— Вы не поверите, товарищ Сталин! — Горячё заверил я появившегося нашими с девочками стараниями «внештатного консультанта». — Но я знаю очень мало людей, хладнокровнее и невозмутимей Такеши. — И, попытавшись оправдать друга, пояснил. — Просто, врагов у нас много… — После чего, прозрачно намекая на то, что утекают драгоценные секунды, демонстративно постучав указательным пальцем правой руки по запястью левой, предложил. — Ну, хотите, мы Георгия Карповича с десятком автоматчиков с собой возьмём?

— Даже, можно сказать, настаиваем! — Сразу за всех ответил Андропов. И, окидывая взором стоящих во внешнем периметре бойцов, вздохнул. — Надеюсь, что две минуты мы уж как-нибудь продержимся.

— Вот и славно. — Уже привычно вытягивая согнутую в локте и повёрнутую ладонью вверх руку, тактично улыбнулся я. И, переводя взгляд на Цинёва и выстроившихся за его спиной архаровцев, скомандовал. — Вперёд!

Перемещение четырнадцати, включая нас с Мариной и Леской, человек в Стазис, заняло всего несколько мгновений. А коридор с жаркого тропического острова в уютный дворец Такеши и Лены был открываем Леськой неоднократно. Так что, ещё через четверть минуты, мы уже были на территории Японии и предстали перед удивлёнными взорами, настороженно всматривающейся в нас, парочки.

— Кто эти люди? — Тут же, нетерпеливо и с подозрительно недовольными интонациями, сузив свои прекрасные зелёные глаза, задала самый насущный вопрос Лена. — И почему они вооружены, словно арабские террористы?

Услышав, за кого его приняли, Георгий Карпович сдавленно крякнул. Правда, от столь любимых, и часто озвучиваемых непосредственно в мою сторону высказываний, удержался.

А я, глядя на, выставившую, как понимаю на всякий случай, защитный экран девушку, радостно улыбнулся.

— Всё нормуль, Лен! — Стараясь, чтобы мой голос звучал как можно более убедительнее, заверил я. И, снова переходя на японский, попросил. — Барс, пойдём уже. А то у меня там тысяча человек неприкаянных. И я очень рассчитываю на твою помощь!

Внимательно смотрящий на нас Такеши только кивнул. И, подавая пример, первым хлопнул меня по ладони и исчез в Стазисе. Лена, как преданная «Ямато Надешико»* (*Персонаж японского эпоса. Синоним верной и послушной жены), в мгновенье ока последовала за ним.

После чего я совершил все манипуляции в обратном порядке. А ещё через пол минуты, увеличившаяся на двух человек компания, снова оказалась на тропическом острове. И, конечно же, в окружении нетерпеливо дожидавшихся нашего появления и напряжённо всматривающихся в только что прибывших гостей, членов экспедиции в прошлое.

— Приветствую Вас, Ваше Императорское Величество! — На правах Генерального Секретаря и Первого (ну, по крайней мере, номинально) человека в оставленном пятьдесят с лишним лет назад Государстве, обратился к Такеши Леонид Ильич Брежнев. И, извиняюще улыбнувшись, принялся каяться. — От имени всех присутствующих, приношу свои глубочайшие извинения за то, что прервали ваш досуг и отдых вашей уважаемой гражданской супруги, Лены-тян. Но, по нескольким, на первый взгляд, весьма странно выглядящим и трудно объяснимым причинам, мы очень, повторяю, очень нуждаемся в вашей помощи!

Трущийся рядом «японист» исправно переводил слова Брежнева слегка ошарашенному Барсу. Лена же, уже успела приветливо помахать Марине и вовсю перемигивалась с Леськой.

А мой верный товарищ, внимательно посмотрев на меня и получив подтверждающий кивок, ответил.

— Ну, положим, моё нахождение во главе Японской Империи уже в прошлом. — И, дождавшись, пока его слова озвучат на русском, продолжил. — Но я не откажу в просьбе людям, имеющим общие интересы так много сделавшему для меня и моей любимой, командиру. Так что, дайте поговорить несколько минут с Его Высочеством, и я весь, целиком и полностью в вашем распоряжении. — А потом обратил свой взор на меня, и настороженно поинтересовался. — Эльф! Ты можешь, наконец, толком объяснить, что происходит?

На что я, устало пожав плечами, не нашёл ничего лучше, чем со всей искренностью, весьма ограниченного в словарном запасе долбоёба, пиздануть.

— Ты не поверишь! Но тут ТАКОЕ!

В который уже раз прошу извинить меня за мой французский.

На что, выбранная Такеши с моей помощью и мною же инициированная рыжая бестия, рявкнула.

— Эльф! Я, кажется, сейчас тебе ёбну!

— Ваше Высочество, Лена-сан! — Вежливо кашлянув, вклинился в нашу «светскую», в кавычках беседу, Арвид Янович Пельше. — Мы все, конечно, очень впечатлены вашими тёплыми и, как понимаю, давними и весьма дружескими отношениями. Но, давайте, если не трудно, всё же вернёмся к основному, так сказать, вопросу.