— Не потерпевший, дорогая, всего лишь свидетель. — Я вытерся махровым полотенцем, которое жена прихватила для меня по пути в ванную комнату, поцеловал её. — Всё, готов к труду и обороне.
— Пойдём трудиться, пока мальчики спят.
Осторожно мы отправились в спальню. Мне удалось добрать ещё пару часов сна или меньше, минут двадцать? В любом случае, попытался проснуться в пять утра, как обычно, но оклемался лишь к шести. Под разговоры и песни мои сыновей. Старший уже карабкался на меня, собираясь попрыгать на папе, а младшенький с утра устроил распевку, вдоволь напившись маминого молока. Одним словом, обычное утро молодой семьи, о котором я мечтал почти десять лет в этом мире. Поэтому пробуждение моё было исключительно радостным, как и весёлая борьба с Васей в кровати. Мы вдоволь накувыркались под одеялом, изображали прятки и поиски мальчика. Наконец Нина позвала нас кушать любимую овсяную кашу с малиной, купленной в изобилии летом и замороженной по привычкам двадцать первого века (моим привычкам естественно).
Более того, я часто шокировал свою жену и Уткиных нестандартным для девяностых годов взглядом на домашнее хозяйство. Собственно, кроме них никто к нам и не приходил, всё пропадало втуне. На кухне у нас стояли два высоченных импортных холодильника, привезённых из Германии, такая же большая плита «Бош», оттуда же, да стиральная машина «Бош», для комплекта. Купили всё не в единственном экземпляре, естественно, сразу взяли по сотне штук, выторговав себе скидку. Продавали в Екатеринбурге за рубли достаточно дорого, за у.е., несколько дешевле московской цены, но настолько дороже немецких цен, что затраты валюты я отбил продав половину техники.
Телевизор был нашего производства, пока с большим кинескопом, хотя умельцы вели переговоры о сборке телевизоров на жидких кристаллах. Дорого получалось, наши специалисты немного воровали, немного покупали, много думали. Какими-то левыми путями купили в Зеленограде якобы списанное оборудование для производства микросхем. То самое, которое было в сто раз хуже импортного, как все говорили и писали. Зато за рубли и недорого, пока тренировались на нём. Думаю, также получится и с оборудованием по жидкокристаллическим экранам. Благо (или увы) наступили времена настоящего бардака, воровали и продавали всё, что угодно. Милиция едва успевала справляться с уголовной преступностью, о хищениях социалистической собственности уже не вспоминали. Да и что вменишь таким расхитителям?
Даже изменение уголовного кодекса со слов «хищение социалистической собственности» на «хищение чужой собственности» особого эффекта не дало. Зачастую у собственности не было официального владельца. Купил кооператив «Рога и копыта» мельницу, затем распался, бывший владелец кооператива умер. Чья теперь мельница? Понятно, что чужая, но кто владелец, кто потерпевший, если наследники не оформили право владения распавшимся кооперативом? Как часто говорят в кино: «Нет тела — нет дела»? Понятно, что украли, но у кого? От такой жизни бывшие бэхээсэсники сами принялись воровать, чтобы настоящие воры не украли. Исключительно с целью сохранения бывшего государственного имущества. Но это опять лирические отступления, а я после завтрака отправился продолжать свадьбу. Сразу в коттедж молодых. Ибо сегодня будут отдыхать исключительно молодые, без бабушек, мам и пап, тёток и дядек. Хотя одна тётя невесты мне весьма понравилась накануне. К счастью, она и пришла в воскресенье на продолжение банкета.
Основным блюдом обещал стать шашлык, с которым предстояло возиться мне, как самому трезвому и не болеющему. В принципе Олег вообще не пил, но выглядел плохо, как с похмелья. По простоте он признался, что не выспался, чем вызвал дикий хохот всех присутствующих и смущение молодой жены. Пока я доводил шашлыки до готовности, народ пил и закусывал в огороде молодых, погода выдалась тёплая. Часть закусок мы привезли из ресторана, часть на скорую руку соорудили женщины. Народу нашлось о чём поговорить, пока я отдыхал на табурете около пары мангалов. В принципе, не люблю шашлыки, но тщательно это скрываю. Поэтому раздавал шампуры с мясом всем, кроме себя, мне хватило пары вчерашних котлет по-киевски с гарниром.
Эти шашлыки спасли меня от приставаний бывшей подружки, которая после третьей рюмки выбрала меня исповедником. И около получаса рассказывала мне, как тяжело ей живётся, обманутой двумя бывшими любовниками. Один бросил её, чтобы жениться на подруге, потому как у той имелась бабушкина однокомнатная квартира. Другой оказался женат, два года обещал развестись, пока не завёл ещё одну любовницу на стороне. Сколько я наслушался таких историй, весьма типичных для женщин с высшими образованиями? Спасал только шашлык да тётушка невесты, что увела расклеившуюся свидетельницу в коттедж спать.
Сама тётушка ни на что не жаловалась, потащила меня плясать быстрые танцы. И так мы расплясались, что не заметили, как проскочил весь праздник. Умаявшись, тётушка честно призналась, что хотела уплясать меня, чтобы затащить к себе в квартиру.
— Но сил у меня нет, а ты парень хоть куда. Сможешь меня затащить в кровать, адрес скажу? — Хитро блеснула глазами женщина, сдунув с носа спутавшиеся пряди взлохмаченной причёски.
— Нет, дорогая, «там, в краю далёком есть у меня жена», — пропел я старую народную песню. Помог убрать всё барахло в дом. При этом шепнул Олегу:
— Не забудь завтра обязательно прийти в МММ за своими деньгами. Чтобы подумали, что без денег сидишь!
— Зачем? — не подумав брякнул мужчина, потом затих и понимающе кивнул головой.
На этом мы расстались, и я поковылял домой. Тоже устал, не каменный. Нина поглядела на меня и пошла заваривать мяту для ванны. Туда я и отправился, по пути закинул одежду в стиральную машину. Всё равно пропах дымом и жареным мясом, всё надо стирать. В ванне отмокал полчаса, пару раз добавляя горячей воды. Потом сел с кружкой чая в зале и пересказал жене события свадьбы, всё равно узнает, лучше от меня.
— Представляешь, свидетельницей у невесты оказалась девушка, за которой я года четыре назад ухаживал. Даже в гости к её родителям приходил знакомиться. Тогда и поспешил уйти, ибо понял, что девушка слушает родителей беспрекословно. А меня не любит ни капли. — Взглянув жене в лицо, понял, что правильно всё выложил. Она уже что-то узнала про Анну. Куда деваться, хоть население Ёбурга больше полумиллиона жителей, круг юристов достаточно мал, все друг друга знают. И не откажутся лишний раз собрать слухи да посплетничать.
— Нынче на свадьбе узнал, что эта Анна не замужем, да и ведёт себя как на охоте. Зато порадовался, что вовремя расстался с ней. Видимо, предчувствовал наше знакомство. — Лишний раз обнять и поцеловать любимую женщину всегда приятно. Больше мы на эту тему не разговаривали. День подходил к концу и вечер мы полностью посвятили детям, чтобы уснуть со спокойной душой в предчувствии нескольких месяцев такой жизни в кругу семьи.
Понедельник начался обычно, с ранней пробежки по нашему району. Я пользовался каждым ясным днём для прогулки, а то скоро начнётся время осенних затяжных дождей. Если гулять с коляской во время дождя вполне можно — в сапогах и под зонтиком, то бегать под дождём, по моему мнению — мазохизм. И дело не в грязи и воде сверху, а в сыром асфальте, траве и грязной земле. Каждый шаг машинально делаешь осторожнее, чтобы не поскользнуться. От этого всё удовольствие свободного бега пропадает. Получается какая-то разведка в тылу врага, а не отдых. Но тем утром всё оказалось приятно и улучшило настроение.
К моменту пробуждения Васи и Нины я успел сварить утреннюю кашу всем, кофе для взрослых и какао для малыша. На эти запахи в залу, где мы обычно кушаем, вышел сынок из своей комнаты, сонно моргая глазками. За ним появилась Нина, с использованным памперсом в руке от младшего. За разговором о всяких мелочах и планах на день мы позавтракали. Затем я позвал Васю мыть посуду, малышам очень нравится помогать родителям на кухне. Пока мы трудились, отмывая тарелки и кружки, жена отправилась кормить младшенького.
