По пути наломал дровишек из окрестного кустарника, «наколдовал» огонь, чтобы не мучиться с розжигом костра. Так, греясь, и просидел остаток ночи, опасаясь уснуть и замёрзнуть во сне. Сколько таких трупов находил, замёрзших в городе летними ночами, пока работал в милиции. Была ещё одна причина не спать ночью в горах, и это не ожидание бандитов, те тоже ночью спят, не такие уж они супермены, чтоб по горам ночью шататься. Я опасался диких зверей, способных прийти на запах костра и человека.

У костра не только согрелся, но и перекусил при первой возможности. Служба меня научила, как солдата, есть в любое время, другой возможности может не оказаться. Так что запах еды и человека наверняка далеко разошёлся по окрестным горам и тропинкам. И не надо говорить, что в тридцати километрах от большого города нет опасных зверей. Бешеные лисицы совсем не боятся человека, могут просто подойти и укусить, после чего убивать её будет бесполезно. А сыворотку против бешенства в Душанбе на пороге гражданской войны я могу не найти вовремя. Зачем мне такие хлопоты?

Кроме того, могут прийти к моему костерку не только бешеные звери, но и обычные хищники. Те же медведи никого не боятся. Я сам, в своей прежней жизни, слышал рассказы моих коллег, каждое летнее утро наблюдавших, как медведь роется в мусорном баке на окраине нашего городка. Запах костра и огонь медведей не пугает. Во время моих туристских походов к нашим палаткам часто приходили медведи в поисках пищи, не смотря на запах костра и тлеющих углей. Те же снежные барсы на территории Таджикистана и Туркмении водятся до сих пор, совсем не хочу с ними встречаться, даже с моими скоростными способностями. После такой встречи я окажусь если не убит, так тяжело ранен, барс тоже будет изранен. А зверь этот очень красив, его жалко. Так и себя мне тоже жалко. Лучше посижу ночью у костра.

Так и просидел я до рассвета у костра, размышляя о разном. Как выбраться домой, как разобраться с накопившимися вопросами? Для чего все мои хлопоты? Зачем мне все навороченные структуры бизнеса, если мои мечты дальше тихой жизни с любимой женщиной, детьми и внуками, не простираются? Многие свои планы скорректировал, даже пути отхода в Екатеринбург продумал в нескольких вариантах. Отчего с первыми признаками рассвета бодро двинулся в путь и прошагал часа три, пока не понял, что заблудился. Так вот получилось, в лесу я с детства не заблужусь, а в горах, получается, мои умения не работают. Даже солнце не помогает, направление держу правильное, но пока одну гору обойду, другую речку перепрыгну, направление и тропинка куда-то уходит.

Только к обеду удалось выйти к какому-то довольно крупному селению, даже с чайханой. Чайханщик недовольно скривил рожу при виде русского, но я показал пару крупных купюр и обед был подан сразу. Пусть без улыбки, но плов оказался отменным, как и геок-чай, так в этих краях называют зелёный чай. Правда, пока я обедал, остальные старики, сидевшие под навесом, куда-то разошлись незаметно. Может их моя винтовка напугала? Хоть и завёрнутая в одеяло, она не выглядела рыбацкой удочкой. Сидеть долго, наслаждаясь второй чашкой геок-чая, мне не удалось. Я опять потерял сознание. Хорошо, хоть падать далеко не пришлось, сидел я на достархане без обуви, в позе лотоса. Так боком и свалился.

Последней мыслью была надежда, что не зарежут сразу, пока обыскивают карманы и рюкзак, проснусь. Как говорится, накаркал, или сглазил? Потому как очнулся через пару минут, не больше. В тот момент, когда меня только затащили в какой-то сарай и бросили на земляной пол. Даже не связали, паршивцы. Пришлось быстро вскочить и парой ударов уложить моих отравителей на пол. Первым дело связал им руки и заткнул рты кляпами, чтобы не шумели. В одном из этих нехороших людей признал чайханщика, вторым был похожий на него молодой парень. Сын или брат. Кто же будет добычей с чужаками делиться? Винтовки и рюкзака я в сарае не нашел. Расстроился и собирался выйти поискать, но тут зашла женщина, судя по возрасту, жена или сестра чайханщика.

Она как раз и принесла рюкзак с винтовкой, чего так долго возилась, непонятно? Пока связывал ее, и кляп вставлял, посмотрел в щель у двери сарая. Всё нормально, мы рядом с чайханой, видимо чайханщик построил рабочее место возле дома. Связав всех троих, я присел подумать. Убивать никого не хотелось, демонстрировать свои лечебные и антилечебные способности тоже не хочу. Как быть? Впрочем, особого выбора у меня не было. Хотя предварительно решил поговорить с виновниками торжества, с моими отравителями.

— Что можете предложить такого полезного, чтобы я оставил вас троих живыми?

Все родственники пришли в себя и слушали внимательно. Куда им деваться, если люди попались на попытке убийства? Кляпы у них вытаскивать не стал, смотрел на поведение. Поняв, что ответной реакции не получу, встал и принялся проверять содержимое рюкзака. Мало ли что могла подложить туда женщина, слишком долго шедшая из чайханы? Не нашёл ничего подозрительного, вот только фляжка оказалась немного в другом месте рюкзака. Туда она могла и сама сползти, но решил проверить свои подозрения. Пошарил на полке сарая и нашёл алюминиевую кружку, в которую плеснул жидкость из фляжки. Я наливал туда чистую воду, но после того, как рюкзак побывал у отравителей в руках, уже сомневаюсь в содержимом.

Наполнил кружку до половины, толкнул младшего отравителя на пол, повернул лицом вверх. Сел ему на грудь и поставил кружку на землю, чтобы одной рукой схватить горло, а другой выдернуть кляп. При попытке парня крикнуть, сжал горло до получившегося слабого хрипа. Убедившись в тишине, поднял правой рукой кружку и принялся заливать в его рот воду, нажимая левой рукой на челюсть. Когда эту картину увидели старшие таджики, они оба забились, как в падучей. Они замычали и энергично кивали головами. То, чего я добивался. Придётся послушать, чего мне могут предложить. Убрал кружку, вернул кляп. После чего повторил процедуру с кляпом и зажатым горлом с чайханщиком.

— Чего хотел предложить? — негромко уточнил я, сев мужчине на грудь.

— У меня деньги есть, много денег, возьми и уходи. — Сверкая глазами, выдал таджик якобы выгодное предложение.

— Так о деньгах ты мне и так расскажешь, когда тебе глаза выкалывать стану. А потом жену и сына резать буду. Мне твои запасы без надобности.

Такого ответа чайханщик не ожидал, чуть глаза не лопнули от удивления. Проморгавшись, он спросил:

— Чего ты хочешь?

— Проведи меня к перевалу Анзоб. Сможешь? Да чтобы не по дороге, а тропинками? Желательно мимо всех селений. Учти, все трое пойдём, не выведешь к перевалу, всех в пропасть скину, жалеть не стану отравителей. — Я включил своё воздействие на правдивый ответ.

— Нет, по горным тропам дорогу не знаю, — неожиданно для всех, даже для себя, ответил таджик.

Практически сразу забился в конвульсиях его сын, как я уже понял. Вставив кляп чайханщику, я пересел на грудь младшего пленника. Опять вынул у него кляп и уточнил:

— Ты знаешь дорогу тропами до перевала Анзоб?

И снова воздействовал на парня ментально.

— Да, знаю и смогу провести туда хоть прямо сейчас. Оставь моих родителей дома и пойдём. К вечеру доберёмся. Только оставь живыми маму с папой.

Обещание сына отравителей мне показалось правдивым.

— Договорились, только пойдём туда втроём. Чтобы ты видел живых родителей. Согласен? — Парень быстро закивал головой, даже рот открыл для кляпа сам.

— Полежите, я соберу всё необходимое для нашего похода. Тайный выход из вашего дома за селение есть? — Все трое активно принялись кивать головами. А я оставил в сарае хозяев дома, чтобы отправиться к ним в гости. Собственно, мне много не требовалось. Обновил воду в своей фляжке, взял такую же для семьи чайханщика, мало для троих, но потерпят. Добавил четыре одеяла и взял тёплые куртки на всех. Еду брать не стал, должны же мои убийцы преодолевать трудности и невзгоды? Потом почти полчаса ушли на правильную связку моих проводников, увязав их цепочкой. Одеяла они несли в связанных руках, кляпы я пока не доставал. Выходили из деревни задами, шли молча, услуги проводника здесь не требовались. Поначалу я опасался, что соседи увидят и начнут бить во все колокола.