А еще все три тракторных трактора делали с одинаковыми моторами по сорок сил, вот только в Козлове перешли на производство тракторов уже гусеничных, так что пахать черноземы Тамбовщины уже они должны были. И ведь таких тракторов уже на всю губернию должно было хватить, в том числе и на обработку полей, которые «принадлежали товариществам». Раньше принадлежали, а теперь все эти товариществе добровольно стали «арендаторами земли». И это было для них очень выгодно: поля им теперь пахать нуждочки не было, а вот сенокосы у них оставались очень даже доступными, да и все они теперь могли и огороды свои за небольшую плату техникой распахивать: на тракторных станциях еще было завезено довольно много «мотоблоков». Ну а чтобы трактористов от дела не отрывать в посевную, при тракторных станциях были организованы курсы как раз «водителей мотоблоков», на которые набирали парней четырнадцатилетних и обучали их там вообще бесплатно…

Ну а сами тамбовские мужики подумали-подумали — и решили выстроить для своих детей в деревнях и селах школы: на курсы трактористов-то брали не всех, а только «уверенно грамотных», то есть кто уже успел как-то закончить четырехлетнюю начальную школу. Понятно, что с учителями теперь в губернии будет… не особо хорошо, но не особо все же недолго будет: Тамбовское педучилище, которое Александр Александрович Салтыков учредил, уже выпускало по двести учителей (учительниц) в год, а со следующего года в нем количество учениц должно будет утроиться. Ну а так как для учителей именно четырехлетних начальных школ губернатор установил минимальный оклад жалования в сорок пять рублей, довольно много «учениц» туда поступило уже на «летний ускоренный курс обучения», и даже сорокалетние «ученицы» там в приличных количествах появились. Все же такая сумма в семье какого-нибудь мелкого чиновника или полицейского будет приличной добавкой к бюджету, а если взять часов побольше (а «норма» устанавливалась вообще в двенадцать часов в неделю), то семейный бюджет и удвоить получится…

Причем получится без ущерба для бюджета уже губернского: минимальный оклад по губернии губернатор установил, но выплачивать его должны были родители учащихся. И для мужика плата (около рубля в месяц) была все же заметной — но ведь и затраты эти ребенок вскорости окупит! Тракторист ведь в сезон мог и полтораста рублей в месяц получить, и двести — а сезон у него начинался в апреле и заканчивался уже в ноябре. Да и зимой работники тракторных станций без дела не сидели и зарплату, хотя и небольшую, получали: технику требовалось обслуживать, ремонтировать постоянно — а лучше всего это все же делать зимой, в теплой и неплохо оснащенной мастерской…

И мне — несмотря на то, что нагрузка у меня не уменьшилась — было теперь очень интересно «следить за новостями», в основном «производственными», но оказалось, что и новости из области международной политики иногда бывают крайне интересными. Вероятно, кто-то в правительстве решил, что их Москвы следить за всей страной и управлять сразу всеми народами, Россию населяющими…

Кстати, как раз в конце марта ко мне все же приехал (не прилетел, он сказал, что самолеты у него доверия не вызывают) Станислав из Москвы, и мы с ним кое-что внимательно обсудили. То есть она мне задал несколько вопросов относительно моего предложения относительно дефицита денег, затем как-то «в пространство» произнес (думая, вероятно, что я не услышу) фразу о том, что «говорил ведь Василий, что Федор сам не понимает деталей того, что предлагает», а во время дальнейшего разговора он мне более внятную причину переноса столицы в Москву озвучил:

— Федор, тут и понимать особо нечего: из Москвы в среднем в любое место по крайней мере Европейской части страны добраться получается минимум раза в полтора быстрее, а на половину той территории — так вдвое быстрее. И те же линии телефонные: отсюда я могу хоть в Пермь просто позвонить, хоть в Херсон или в Баку — а их Петербурга кроме как в Москву телефонные линии и не дотягиваются. Иногда и вовсе смешно получается: в Пскове из Москвы по телефону с кем-то поговорить нетрудно, а вот их Петербурга туда, хотя и вроде линии телефонные короче, телефонировать просто не выходит: ничего уже не слышно. А уж если самолетами пользоваться… я не о себе, в о чиновниках каких…

— Понятно, гораздо выше транспортная и информационная связность.

— Да, мне Василий говорил, что ты слова новые выдумывать горазд… но я тебя понял… и ты меня верно понял. Но я сейчас приехал вообще-то больше по другому поводу, раз уж нам для того, чтобы твое предложение по финансам воплотить, нужно иметь в казенном управлении минимум третью часть промышленности, по каждой отрасти отдельно, а у нас пока что такое только по электричеству имеется, а в той же металлургии черной казна едва десять процентов производства контролирует… Я по совету Василия вот что у тебя спросить хочу: ты можешь придумать что-то такое, чтобы казенные заводы строить быстрее и гораздо дешевле? Мы уже посчитали: выкупать действующие заводы, даже по остаточным ценам, казна не может, денег у нас столько нет. А при нынешних темпах строительства мы еще лет десять, а то и двадцать так и будем у порога мировой промышленности топтаться. И я сразу предупредить хочу: ты моешь вообще любую чушь предлагать, Василий нас предупредил, что ты всегда в основном ахинею несешь, но из ахинеи твоей почти всегда же и рациональное зерно выделить можно. Ну, как с твоей идеей по финансам вышло… так что ты не стесняйся. Конечно, не стесняйся после того, как все же подумаешь…

И я обещал подумать, причем подумать недолго — хотя парочка «идей» у меня в голове вообще сразу возникла. Я все же немножко знал, как подобную проблему в Китае в двадцать первом веке решали — но ведь напрямую такие решения в Россию начала двадцатого века не перенести, да и сформулировать их требовалось так, чтобы нынешний народ формулировки понял. И особенно мне следовало подумать над формулировками в свете «изменения международного положения». С одной стороны несколько странного изменения, а с другой — с другой стороны оно очень крепко было увязано с серьезными такими изменениями внутри страны. Изменениями, как я понял, в чем-то вынужденными, но довольно неплохо и продуманными. Однако к чему все это может привести, предсказать, как мне кажется, вообще никто не мог. Даже я не мог, потому что нынешняя «картина мира» окончательно стала «альтер нативой»…

Скорее всего в правительстве кто-то осознал, что управление «новыми губерниями» стало слишком уж трудным — если всем хозяйством напрямую из Центра управлять, и было решено создать более многоступенчатую «управляющую структуру». Точнее, саму структуру взяли старую, просто переобозвали ее по-новому: вместо генерал-губернаторств или областей большие части страны назвали «автономными республиками». Но не просто их переобозвали, а добавили автономных же прав: в этих «республиках» уже исключительно местное руководство определяло правила народного образования (и финансировало его уже из «республиканских» доходов, там власти получили право вводить свои «республиканские» налоги (довольно ограниченные по размеру, но все же), и — что тоже имело огромное значение — вводить свои правила и режимы землепользования. Последнее было особенно важно в свете огромного различия «культурных традиций», но в целом все основные законы России полностью действовали и в этих новых образованиях, и финансовая система там устанавливалась именно российская (то есть вводить «национальную валюту» эти республики права не имели).

Впрочем, руководство этими республиками все равно назначалось правительством России, так что все вроде бы выглядело по-прежнему. Однако оказалось, что даже такая «автономия» очень сильно активизировала деятельность разных иностранцев, страстно желающих обеспечить «свободу и независимость порабощенных Россией народов». И в наибольшей степени это у меня вызывало смех то, что во главе этой компании «дать народам независимость» стояли британцы. Вот уж идеологи свободы от колониализма, от них во все стороны так и прыщет желание дать угнетенным народом счастье!