Так что даже если люди ничего не слышали, нежное кошачье ухо различало, как щелкают какие-то переключатели в недрах корабля, как скулят и откровенничают в трюме пираты, как течет по трубам охладитель реактора и как булькает в регенераторе вода. Как кряхтит, ворочаясь Джетт, отбивший бок во время шуток с гравитацией и нежно сопит в постели Тая. Как натачивает об острые зубки кабель мышь в техническом отсеке, недалеко от реактора. Там тепло и провода толстые.

Никс сидел на корточках в темном углу технической секции, сливаясь с тенью. Только кончик хвоста выдавал его напряжение. Едва заметно подрагивал. Кот повел носом. Мышь пахла пылью и ацетоном. Осмелела. Она, должно быть, решила, что раз корабль затих, а вибрация двигателей стала ровной, можно выбраться из щели за новой порцией «лакомства».

— Ну же, — одними губами шепнул Никс. — Покажись.

Шорох донесся сверху. Никс медленно, перетекая, как ртуть, поднял голову. Под потолком, там, где пучок кабелей уходил в жилой модуль, мелькнула тень.

Омерзительное существо. Никс видел крыс на Фризе, мелких и пугливых, ворующих сухари у вахтовиков, пушистиков с черными глазками. Но эта пыльная тварь была совсем на них не похожа. Лысая, бугристая и тупоносая, перебирала тонкими лапками, цепляясь за пластиковую оплетку.

Мышь замерла. Ее безглазая морда повернулась в сторону каюты капитана.

— Э, нет, — подумал Никс. — Туда нельзя. Там нужные ботинки.

Мышь, словно услышав его мысли, метнулась вперед, к вентиляционной решетке над дверью.

Никс прыгнул. Оттолкнулся от стены, перевернулся в воздухе, ухватился за трубу, идущую под потолком, и подтянулся.

Мышь зашипела, звук был похож на стравливаемый пар, и попыталась юркнуть в щель.

Поздно.

Никс ударил лапой наотмашь. Когти лязгнули по металлу, но тварь успела увернуться, спрыгнула вниз и, шлепнувшись на пол с противным чавкающим звуком, рванула вдоль коридора.

— Быстрая, зараза, — хмыкнул Никс, мягко приземляясь на четыре точки.

Азарт охоты ударил в кровь горячей волной. Он сорвался с места. Никаких мыслей, только инстинкты. Он видел цель, он слышал, как ее коготки скребут по полу, он чувствовал ее страх.

Мышь попыталась забиться под шкаф с оборудованием. Никс в бреющем полете проехался животом по полу, преграждая ей путь рукой. Тварь попыталась тяпнула его за палец, но напоролась на коготь.

— Ты слишком медленная, — проурчал Никс.

Мышь развернулась и совершила отчаянный рывок прямо по стене, вверх, к вентиляции. Она была быстрой, невероятно быстрой для человека.

Но Никс был быстрее.

Он оттолкнулся от стены, взмыл вверх, перехватывая тварь в полете. Его пальцы сомкнулись на холодном, жестком, как наждак, теле. Мышь извивалась, сильная, как пружина, ее хвост хлестнул Никса по запястью.

Приземлившись, Никс не стал церемониться. Он перехватил тварь удобнее и одним точным, выверенным движением провернул ее голову, как крышку на банке. Раздался сухой хруст.

Тварь обмякла.

Никс перехватил ее за хвост и потряс в вытянутой руке. Полетела труха и пыль.

— Тьфу, гадость, — он разметал пыльное облако свободной рукой.

Толкнул тушку когтем. Мышь не шевелилась. Победа. Тринадцатая, как и обещал. К утру, как хотел капитан.

Мышь была тяжелой, фунта три, не меньше. Наела бока на казенных харчах.

Никс посмотрел в сторону каюты Маркуса. Дверь была приоткрыта.

Нужно было отнести ее в утилизатор, конечно. Это было бы правильно, гигиенично и по-людски. Но Никсу слишком сильно хотелось похвастаться.

Он тихо скользнул в каюту. Маркус спал, раскинувшись на кровати, одеяло сползло на пол. Он дышал ровно и глубоко.

Никс аккуратно положил мышь на пол, так, чтобы мышь была первым, что увидит капитан, проснувшись. Трофей. Доказательство.

Никс спиной вперед выкрался из капитанской каюты и по дороге в свою решил завернуть на кухню и вознаградить себя ветчиной.

Снилось Маркусу кошачье варьете на Ферре. Перья, хвосты, банты. Джейд солировала. Танцующей походкой она приблизилась к Маркусу, поцеловала в щеку и начала что-то нашептывать томным голосом.

— У меня есть команда, — попытался возразить Маркус во сне. — Им нужен их капитан.

Джейд вместо разочарованного вздоха пообещала перегрызть всем им горло внезапно низким баритоном.

Маркус вынырнул из сна и уставился в низкий сероватый потолок.

Джейд стала его первой подростковой влюбленностью. Болезненной и глупой, но вот такой. И он до сих умудрялся чувствовать к ней глупую нежность и благодарность за то, что когда они не ссорились, Джейд была самой нежной и самой внимательной из всех его девушек.

Он мог приударить за Таей и у них бы даже что-то сложилось. Два человека с похожим прошлым всегда найдут общий язык. Они находили даже тогда, когда Маркус ревел в комм, что ему нужен удар артиллерии и отчет о численности противника, без разницы в каком порядке, а Тая спокойно диктовала сроки и цифры.

Но в маленьком экипаже слишком легко нарушить равновесие, а его Маркус ценил. У них сложилась команда и это было гораздо ценнее, чем интрижка.

Маркус сонно улыбнулся и осторожно выбрался из постели.

Рука Маркуса метнулась за бластером, мышцы напряглись. Пальцы наткнулись на пустую бутылку от воды. Он швырнул ее в монстра, и бутылка упруго отскочил от шкуры.

Тварь не двигалась.

Прямо у кровати лежала серо-коричневая тушка, длинный хвост растянулся до самой душевой.

Маркус пригляделся. Мышь была отчаянно и бесповоротно мертва. Там, где кончалась голова, позвоночник пересекала заметная вмятина. Перебит.

«Вот и попалась!» — ухмыльнулся Маркус про себя.

Он взял со столика комм, откашлялся и строгим командирским тоном позвал:

— Никс!

Ответа не было.

— Никс! Арахнида тебе на хвост! АСТРА, дорогая, где кот?

— Доброе утро, милый, — проворковала искин. — Кот в рубке вместе с борттехником и пилотом. Мы не стали тебя будить, дорогуша. Ты слишком сладко спал.

Только теперь Маркус взглянул на часы. Было начало одиннадцатого. Он так долго не спал… со школы, наверное.

Маркус ухмыльнулся. Вот тебе, получи — подарок от всего кошачьего сердца. Убил чисто и в обозначенный срок. Маркусу выходка понравилась, но отругать кота за антисанитарию он собирался все равно.

Довольный, он встал под душ. Регенератор успел прокрутить утреннюю воду заново. Маркус тщательно побрился, причесался и оделся.

А потом поднял мышь за хвост и на вытянутой руке понес в рубку.

— Доброе утро! — Тая улыбнулась с коврика для йоги и прогнулась в пояснице.

Джетт махнул Маркусу рукой из кресла. На углу консоли рядом с ним стояла кружка с кофе.

— Собака мордой вниз, — пропела АСТРА.

Тая и Никс синхронно выпрямили руки и подняли бедра. Кошачий хвост встал трубой. Никс приветственно махнул кончиком, повернул голову и улыбнулся Маркусу, обнажив верхние клыки. «Видишь? Добыча! Удачная ночная охота. Похвали кота», — говорил его самодовольный вид.

Маркус сделал каменное лицо.

— Зажарим ее на ужин, чел? — Джетт сунул в рот печеньку.

— Я собирался сунуть ее в нейтрализатор, но если ты настаиваешь… — Джетт замахал руками, Маркус продолжил, — Когда прыжок?

— Через час двадцать, капитан. Пираты живы, разведчик следует за нами.

— Хорошо. Никс! — Маркус отсалютовал коту. — Хорошая работа.

— Мы отнесли пиратам воду и завтрак, — улыбнулась Тая.

— Я отнес, — вклинился Никс.

— Вам стоило дождаться меня.

— Я взяла бластер, а Никс на них шипел. Они остались под впечатлением, поверь.

Маркус закатил глаза. Он отнес тушку к утилизатору и нажал кнопку запуска. Позавтракав в одиночестве, он вернулся в рубку и занял командирское кресло. Йога закончилась.