Ну и получили на выходе бунт. Которым непременно воспользуются мои политические противники. Если уже не воспользовались — уж больно эта схема похожа на классическую схему с выкручиванием рук правителю при помощи недовольных гражданских масс.

Вполне в стиле Хольмдома.

— Александр Игнатьевич — великий князь, — тихо поправил Иннокентия Егерь. — Вы же сами за него голосовали…

— Я голосовал. И считаю его своим сюзероном и… и наставником. Но внутри моих внутрисистемных дел — я князь.

Ишь ты, какой прошаренный у нас в феодальных вопросах оказался.

— Ну, и что мы будем делать? — спросил я собравшихся, и тут же понял, что спрашиваю сам себя.

Действительно, Саша, что будем делать?

Собрать карательную армию, залить континент кровью? Проявив тем самым слабость.

Или пустить всё на самотёк. Дать рекомендации князю, или залить всё деньгами, погасить кредиты, например…

Нет. Всё-таки сам, решил я.

— Октавия, — отдал я приказ. — Подготовь «Иолая». Завтра… нет, послезавтра совершим бросок. Дай пресс-релизы о том, что ситуация лично у меня на контроле контроле, и скоро я посещу бастующих.

— Господин главнокомандующий! — обеспокоилась Октавия. — Может, лучше «Геркулес»? С десятком катеров и корветов сопровождения.

— Отставить «Геркулес». Достаточно одного «Иолая». У нас не карательная миссия, а рабочая поездка.

Закончив совещание, я остаток дня потратил на Дашу и наследничков. Государственные дела, конечно, важны, но семейные — не менее важные.

— Опять, значит, рабочая поездка? — вздохнула Даша. — Плавно переходящая в перестрелку со всеми энергетическими тактиками.

— Брось, это же Орхидея. Что может пойти не так?

— Слишком часто я от тебя эту фразу слышала перед всякой неимоверной жестью… Опять безо всякого плана? Я же просила… Ты бы хотя бы соломки какой-то подстелил, а?

Ну, я и подстелил. Когда стемнело — вызвал Капитана Немо, нашего серв-мастера с навыком стеллс, на закрытую площадку рядом с «Иолаем».

— Проведи сбор разведсведений. Держи контакт с Октавией, найди лидеров и подстрекателей беспорядков. Дополнительное задание получишь от меня на месте.

А затем швырнул его гиперброском на Орхидею — как раз в район охваченного беспорядками Баженово. Пусть подготовит почву к нашему визиту.

На самом деле, я мог кинуться решать проблему сразу же, в своём излюбленном стиле. Но я помнил слова Даши и снова доводить её до слёз совершенно не хотел.

Потому — тщательная подготовка, а уже потом быстрое и оперативное вмешательство.

Надо же уже когда-то начинать расти над собой и не наступать на старые грабли?

Вообще, конечно, не царская это работа — исправлять за вассалами разного рода управленческие косяки.

Так почему я решил спуститься со стратегического на тактический уровень управления и изучить всё самостоятельно? Потому что иногда приходится. Потому что заливать всё деньгами, брать кредиты и делать то, что уже делали местные власти — это лишь временное решение проблемы. Костыль. Иногда надо прилететь самому и одним своим появлением навести шороху. Мне уже не в первый и не в последний раз разгребать подобное дерьмо.

К тому же, такое веселье очень часто может быть проявлениями куда более глобальных проблем.

Начать с того, что не мог поверить, что такая планета не сможет найти решение, исправить ситуацию и прокормить себя самостоятельно.

Блин, ещё три года назад, до того, как я починил акведуки, на Гербере почти не сеяли зерновых, и почти всё поставлялось с Ковыля — или с Орхидеи. То есть планета не импортировала, а экспортировала зерно! Да даже и в прошлом году, перед нашим с Дашей променадом на Геспериду были какие-то поставки, я точно помню по отчетам. Тут явно есть чьё-то вмешательство. Какого-то моего противника, внутреннего супостата. Ясно, что основные причины голода могут быть чисто-внутренними: поломанная серв-экономика, накопленные ошибки отца и деда. Но вот активно сыграть на струнах этих сдержек и противовесов было бы вполне логично кому-то, кто собирается соперничать со мной за трон галактики. Я бы обязательно сыграл бы.

И все ниточки тянутся к Хольмдому.

А о Хольмдоме у нас есть один неплохой осведомитель.

На следующее утро, позавтракав в нашей семейной гостиной, я решил наведаться на Сансару. На этот раз выбрал в качестве транспорта «Солнышко», а на плаце космодрома встретил Макса, проводящего строевую подготовку своих новоприбывших легионеров.

— Левой, левой! — гулко рявкал он, и легионеры послушно тянули носок.

Завидев меня — так же дружно отсалютовали. Любо-дорого посмотреть.

— Ты мне нужен, — сообщил я Максу по аудиоканалу.

Он тут же скомандовал «Разойдись!» и поспешил ко мне.

— Навестим одну нашу знакомую, — сообщил я ему.

— Далеко? Турели брать? — тут же навострился Макс.

— Обойдёмся без турелей. Недалеко. На Сансару.

Макс неожиданно поёжился.

— А можно как-то без меня, командир?

— Чего так?

— Да какой-то… жутковатый это корабль, честно говоря. Сколько ему лет? Семь тысяч или вроде того? Я там чувствую себя, как будто снова в той капсуле лежу.

Я аж рассмеялся.

— Ты скольким уже ордынцам пасть порвал? Сколько их кастрюль космических квадробластерями расковырял? А корабля первой империи испугался.

— Ну, должна же у меня быть какая-то слабость, — вполне резонно заявил Макс.

— Всё верно. Вот, давай, пойдём и победим твою слабость.

Уселись на Солнышко, сразу поднялись повыше, совершили полвитка и пристыковались к Сансаре.

Нас встречал Молохович, ещё незнакомый с Максом. Оба выглядели настороженными, очень забавно было наблюдать — вот такая вот встреча цивилизаций. Но руки друг другу пожали.

— Тот самый четвёртый легион? — спросил Молохович. — Наслышан.

— Веди нас в ваш клуб перешедших на Тёмную сторону, а затем раскаявшихся.

— Вы вовремя. У них как раз заседание в цирке.

Мы проехали на лифто-автобусе до цирка. Макс ехал и всему удивлялся — вот реально, как большой ребёнок. И цирк он первый раз видел, и челноки неимперских моделей, и местный неформальный народ.

Лидия восседала в центре манежа в позе лотоса. Рядом с ней — три бандитского вида бугаи и две барышни неопределённых лет, весьма пропитого виду. С алкоголем на Сансаре было строго, выдавалось очень понемногу, на праздниках и для разных местных религиозных обрядов. Монополия была у семьи, и единственный самогонный аппарат стоял у бабули в подсобке. Но народ, очевидно, гнал что-то и сам, или обменивал на остановках. Потому нарушители попадали вот в такой вот клуб «попавших на тёмную сторону».

Неподалёку стояли качок Сэм и циркачка Лара, не то как тренеры по осознанности, на то как санитары для особо буйных участников клуба.

— Хорошую ты кампанию себе нашла, Лидия, — усмехнулся я.

Она на миг округлила глаза, но затем на её лице опять отобразилась безмятежность.

— Я рада вас видеть, господин главнокомандующий, — сказала она.

— Как успехи по возвращению обратно, с тёмной стороны? — вопросил я.

— Более чем успешно. Я поняла, насколько мелочны были все политические дрязги, что на Орхидее, что в Лунном Дворце. Здесь я нашла себя, обрела покой и умиротворение от слияния с Бесконечно-вечным…

— Эк её мощно приложило, — прокомментировал Макс. — Совсем испортили девку.

— А ещё я улучшила свои способности, лучше открылась Энергии Большого Взрыва… — проговорила она, проигнорировав высказывание Макса.

Подняла с земли небольшой мячик для жонглирования, ощутимо напряглась и заставила мячик левитировать несколько секунд.

— Ранее мне были доступны только иллюзии… — пояснила она.

— Похвально, похвально! — я картинно поаплодировал. — А то негоже суперадминистратору без способности физического спектра разгуливать. Кстати, о твоих обязанностях. Ты же теперь, надеюсь, всецело за порядок и безопасность в Империи? И против беспорядка и криминала?