Я, разулыбавшись во всю мочь, крикнул:

— Труффальдино⁈ Это ты там, что ли?

— Приветствую вас во Дворце от всего обслуживающего персонала, Ваше Высочество, Принц-Наследник, господин главнокомандующий Александр Игнатьевич!

Охренеть! Труффальдино! Живой! В смысле, целый и функциональный. И не он один! Ещё десятки и сотни кухонных роботов, сервов-консьержей, уборочных автоматов, андроидов-дворецких, ботов-лакеев, вооруженных кухонной утварью, поднялись на гребень баррикады.

Так вот кто те звери, которым даже оружия не выдают.

Опасные вещи, сами умеющие быть оружием, если понадобится.

Теперь я понял, что случилось во Дворце в последние часы. Труффальдино со всем своим кухонным рыцарством и всей своей клининговой ратью внезапно выдернул красную ковровую дорожку из-под вставшего на изготовку по тревоге ордынского гарнизона, да настолько резко и лихо, что расколотил ему башку так, что уже и не собрать обратно.

— Ты это видишь, Октавия? — воскликнул я. — Ну, как тебе?

— Креативная железяка, — бесцветно отозвалась Октавия.

У неё всегда такой тон, когда она очень загружена. На эмоциональную подсистему ресурс не тратит.

— Похоже, у них тут земля под ногами горела! — огляделся я, глядя на панораму поверженных врагов.

— Я учился боям в стесненном пространстве у лучших, Ваше Высочество, Принц-Наследник, — поклонился мне Труффальдино.

Охренеть, ты льстец придворный, впрочем, это и не удивительно, удивляет тут другое, как это ты узнал, какой у меня теперь ранг в Системе Наследования, ведь тебе вроде не докладывали? Получается, Труффальдино независимо получает системную информацию в каком-то объеме. Интересно —то как!

Но, в любом случае, его вклад в это сражение трудно переоценить. Я рад, что он тут уцелел и продержался, чтобы выступить ровно в нужное время и в нужном месте. А это дорого стоит!

— Ты молодец, Труффальдино, — улыбнулся я. — Был бы ты человеком, дал бы тебе дворянство, прямо тут, на поле боя, не откладывая.

— Так я не откажусь, Ваше Высочество, — хладнокровно отозвался этот дерзкий серв.

— Вот же наглец, вы посмотрите на него! — искренне восхитился я. — Куй железо, пока куется, да, Труффальдино? Ну ладно, ты сам этого хотел. Вова! Меч мне! Труффальдино! Пригни колено, а чёрт, у тебя же колесо.

Труффальдино тут же опустился корпусом, почти до пола скрыв колесо внутри себя. Ну, сойдет за почтительный книксен!

Хлопнул героя Мечеломом по металлическому плечу

— Нарекаю тебя Труффальдино де Железяка. Встань, славный имперский рыцарь! Встань, и служи Империи верно, как ты умеешь.

Это я, кстати, только что своей властью его из придворных сервов в вольные искусственные интеллекты произвел, и на службу в свою армию призвал. Повысил из дворцового имущества до моего личного вассала. Прецедент, однако. Поинтересовался между делом у Октавии не растоптал ли я какие-нибудь священные имперские уложения в связи с этим? На что она ответила, что такое уже бывало в периоды междуусобных войн, что я в своем праве, праве созыва ополчения, в которое могу призвать буквально кого угодно, хоть маленький отважный тостер, если мне такое в голову взбредет.

— Благодарю, Ваше Высочество, Принц-Наследник, — ответил Труффальдино, возвращаясь к своему обычному росту. — Этот день не изгладится из моей памяти никогда. Я его дважды зарезервировал.

— Ты надежный парень, Труффальдино! — захохотал я, возвращая Мечелом Вове. — На тебя можно положиться, я это всегда знал. Ну что-ж, а теперь надо закончить уборку. Вышибем синемордую шваль из Дворца!

И мы дружной командой отправились вышибать непрошенных посетителей вон.

— Чем ты занимался всё это время? — спросил я у него, пока мы выдвигались на новые позиции.

— Держался в тени и не отсвечивал, — отозвался Труффальдино. — Я знал, что пригожусь вам, когда вы вернетесь. Ваше Высочество. И приготовил всё, что мог, к этому моменту.

— Ты отлично справился, — одобрил я.

После нападения Орды они ушли в подполье, скрывались в недрах Дворца, оставшихся недоступными захватчикам. Кто-то прятался в технических ходах, вентиляционных шахтах, канализации, мусорных сбросах. Кто-то в шкаф залез, кто-то мебель изображал на виду у всех. Но все они по крупице готовили этот день, День Отвоевания, потому, что Труффальдино верил, знал, что мы вернемся.

И мы его веру не подвели. Мы здесь.

Я сам ещё вчера знать не знал, что мы аж сюда доберемся, а он верил и ждал.

Как-то очень это ответственно, когда в тебе настолько уверены. Не хочется обмануть столь искренние чувства.

Труффальдино и его команда оказались ценнейшим источником информации по боевой обстановке и хитрым неочевидным маршрутам по заброшенным помещениям.

И поскольку Труффальдино у нас теперь имперский рыцарь, я назначил его командовать собранным им дворцовым ополчением. Будет у нас умывальников начальник и мочалок командир, нехай он Орде в страшных снах присниться, чтоб ей икалось.

— Ты знаешь, где расположен кибермозг Дворца? — спросил я. — Его основная реплика.

— Конечно, Ваше Высочество, — подтвердил Труффальдино.

— Показывай кратчайшую дорогу, — приказал я.

— Кратчайшая дорога лежит через тронный зал, — ответил Труффальдино. — Но, думаю, вам понравится то, что вы в нем увидете.

— Да уж будь уверен, не понравится, — усмехнулся я. — Но я тут уже немало насмотрелся некоторого дерьма, так что вряд ли ты меня чем-то особенно удивишь.

Вот же я неистребимо неумеренный оптимист…

Удивился ли я, что ядро дворцового кибермозга скрывалось под тронной залой? Да не особенно.

Удивился ли я, что подходы к дворцовой залы охранялись противником? Да тоже нет.

Но вот при виде того, что именно его охраняло, я, признаюсь малость оторопел. А кто бы на моем месте не оторопел? Нет, вы мне скажите, кто? Я тут даже теперь не знаю кто-кому в страшном сне присниться и кто из нас раньше икать начнет.

Разведчики, изрядно сбледнувшие с лица после дистанционного осмотра зала, должны были меня морально подготовить, но не подготовили к тому, что я увидел там сам.

Это было… Ну наверное это можно было назвать человеческой многоножкой… С кучей бластеров в каждой парной этим ногам руке. Сюрреалистичное насекомое, при различении деталей вызывающая липкое гнетущее ощущение отвратительного тяжелого сна. Длинное тело, собранное из сотен человеческих торсов, отвратительная, но цельная как сколопендра, заборированная распиленными на отдельные куски десантными скафандрами…

— Ох, ты ж, мать твою, — проговорил Вова, подтвердив, что он это тоже отчетливо видит, что это не гребанная галлюцинация, а плод сумеречного ордынского разума.

— Вашество, — пробормотал Вова. — Давайте не пойдем туда? Давайте это просто издали взорвем? Ну его нахрен, серьезно.

— Вова, — встревоженно произнес я. — Ты это брось. Это просто многоручка… многоножка… хрень какая-то. Мы там ничего взрывать не будем, там Трон Империи, вообще-то. Общечеловеческая историческая и культурная ценность между прочим.

Ещё ядро дворцового кибермозга расколотим, Империя мне этого никогда не простит!

Империя Терровна имелась в виду, конечно. Но империя в более широком общеполитическом смысле, пожалуй, тоже не простит.

— Давай, Вова, — призвал я напуганного оруженосца, — Соберись и подай мне Чёрный Молот. Тут надо заходить с козырей. Измордуем этот плод противоестественной связи, как гравитация — мокрицу под тапком.

Хотя я бы, конечно, тоже бы туда просто бомбой кинул, без изысков. Но есть вещи, которые вождь должен делать сам, если он, конечно вождь, военачальник и отец солдатам.

Я осторожно, с молотом наперевес вошел в тронный зал, равно через тот же длинный коридор с обрывками имперских флагов на стенах.

Присмотрелся.

Нда. На второй взгляд это оказалось ничем не лучше чем, на первый. От взгляда на это хотелось неудержимо и обильно блевануть и утереться.

Оно шевелилось, извивалось и было омерзительно живым. Мёртвая кожа её, пересеченная бугристыми хирургическими шрамами, покрыта сплошным узором Ыырхува, чтоб, значит сомнений не оставалось, чья именно это работа. Оно существовало на самом деле. И, уверен, если пересчитать все эти жуткие конечности, расположенные асимметрично по трем спиральным осям, и при этом не рехнуться — их число будет кратно трём.