Пробы воды показали ее безопасность, и наверняка те, кому повезло заниматься подготовкой стволов к транспортировке, в свой обед найдут минутку, чтобы искупаться. У Малиники едва была минутка на сам обед. Она сидела на ступеньке у входа в вычислительный центр и механически орудовала ложкой, поглощая какой-то салат. Мысли вертелись вокруг вороха моделей. Как далеко находится поселение местных? Какова его численность? Все ли они имеют столь же сильно измененный геном, как тот, кого они встретили в Винегрете? Каково состояние их технологий и устройство общества? Как это все повлияет на возможную эпидемию?

Данных не хватало, но какие предположения ни подставляй, ясно одно: экспедиция Б-32 не выдержит такой нагрузки. Какие идеи ни обсчитывай, все скатывалось к кризису по той или иной причине примерно через месяц. И ладно еда. «В конце концов, тритоны в системе водоснабжения крупные и не ядовитые!»

Малиника на секунду зажмурилась, прогоняя ужас сегодняшнего утра. Ужас и острое чувство вины за то, что из-за ее решений чуть не погиб Ямакава. «Нам хватит стойкости противостоять голоду и стихийным бедствиям. Но как справиться с тем, что, возможно, мы принесли смерть другим людям?» Взгляд невольно остановился на законсервированном катере, сиротливо стоявшем в стороне от бурлящей суеты. Что, если они принесут смерть нам?

Малиника вздрогнула: на плечо легла чья-то рука. Обернулась.

— Пойдешь со мной в медпункт? — Алия. В другой руке держит контейнер с едой. Видимо, для Роба.

Малиника молча кивнула. Сгребла ложкой все, что оставалось на ее тарелке, и поспешно запихнула в рот.

* * *

Наземная база, 2550-07-21 13:12

В медпункт Алия вошла без стука и тут же направилась к столу, за которым сидел Робин. Отстраненный и сосредоточенный, он разглядывал какие-то визуализации на стационарном терминале. Малиника остановилась в дверях.

Операционный бокс был убран, но пациент все еще находился в реаниматоре, едва видимый за окружавшим его тело оборудованием. Большую часть лица закрывала дыхательная маска, однако уже можно было разглядеть, что с кожи ушел жутковатый желтушный оттенок, глаза спокойно закрыты, а брови расслаблены. Казалось, Ямакава просто отдыхает после сложной процедуры.

Но чувствовалась во всем этом какая-то неправильность. Еще в старших классах школы Малиника получила базовую хирургическую подготовку, благо с современным уровнем роботизации для этого не требовались годы обучения и практики, но даже ее небольшой опыт говорил, что после успешной операции для восстановления пациенту обычно требуется гораздо меньше приборов. Особенно тревожно выглядели две вещи: корсет, который, как дополнительный комплект внешних ребер, охватывал грудь Ямакавы и мерно пульсировал в помощь аппарату ИВЛ, и то, как Роб, кивнув Алие, вскрыл контейнер и начал есть, ни на секунду не отрывая взгляда от экрана.

— Что-то не так?

Роб замер с не донесенной до рта ложкой. До этого момента он, похоже, вообще не замечал присутствия Малиники. Проглотил то, что уже было во рту. Пристроил контейнер на стол перед собой. Обернулся.

— Одно из веществ не вычищается ни иммунитетом, ни почками, ни печенью, ни гемодиализом. Не могу понять, почему.

Он коротко взглянул на Вязиницыну, но его глаза тут же соскользнули вниз и забегали туда-сюда, словно он ни на секунду не прекращал обдумывать вставшую перед ним метаболическую задачу.

— Небольшое снижение концентрации есть, но очень медленное, и я никак не могу поймать конкретную реакцию.

Роб неопределенно шевельнул челюстью и замолчал. Сосредоточенный, напряженный, сбитый с толку. Такая надежная, такая всемогущая медицина, способная побороть все, от простуды до рака, на этот раз не знала ответа. «Сколько бы веков мы ни потратили на развитие технологий, сколько бы сил ни положили на расширение наших знаний, всегда будет граница с неизведанным, за которой наши технологии бесполезны». Малиника на один вдох плотно закрыла глаза. «И тогда вместо технологий мы применяем то, что их создало, — собственные мозги».

— Это вещество опасно?

— Нет. Пока нет. Дрянь не токсична и сама по себе ничего не повреждает, только мешает прохождению сигнала к мышцам, особенно к скелетным. — Врач посмотрел на саркофаг с Ямакавой внутри. Почесал лысый затылок. — Экзомускулы могут сохранять тело близко к нормальной кондиции довольно долго.

— Довольно долго? — не поняла Малиника. Отчего-то слова Роба прозвучали немного зловеще.

— Для обычных людей — до восьми месяцев. Но у Bear из-за особенностей формирования мышц связь с нервной системой, если ее не использовать, деградирует сама по себе намного быстрее. Поэтому их дольше трех недель держать на постельном режиме нельзя. А то, чем Вер отравился, действует по тому же принципу, что еще сокращает сроки и… — Роб вдруг замолчал, словно не находя в себе сил продолжить.

— Если не поторопимся, это пожизненный паралич, — заключила за него Малиника.

* * *

Где-то в лесу, 2550-07-21 17:42

Впереди показался знакомый зев пещеры. Рик с облегчением вздохнул, расслабив плечи и хватку на штурвале. Его, как и большинство вейверов, несколько напрягало обилие растительности на Вудвейле. Почему-то казалось, что в этом живом шелестящем ковре навигация должна работать как-то иначе и катер не найдет дорогу назад. В последние несколько минут даже Гвен приходила в голову эта странная мысль, но на компьютер суеверия не распространялись, и он без труда вывел машину к темному провалу в скале.

И к Джамилю. Тот сидел на пригорке прямо перед круглой дырой, куда они этим утром загнали чужой катер. Возле ярко-оранжевого силуэта в легком скафандре с закрытым шлемом стояла сумка с пробами и лежал карабин. Два небольших сетчатых шара с чем-то голубовато-сизым внутри спокойно гуляли вокруг вбитого в землю столбика, привязанные к нему трехметровыми ядрено-розовыми тросами. Третий сизый комок человек в скафандре держал у себя на коленях, трогательно перебирая то ли шерсть, то ли перья пальцами в оранжевых перчатках.

Джамиль поднял голову. В забрале шлема отразился кружащий над ним катер. Ал-Каласади не торопясь достал из кармана пластиковый кругляш, встряхнул его, расправляя в третью клетку. Отрегулировал ячейки, чтобы комок не смог ходить, и уверенным движением затолкал своего питомца в переноску. Тот не сопротивлялся. Джамиль за тросы подтащил к себе двух гуляющих тварюшек, аккуратно заправил их лапы внутрь, поправил настройки решетки. Щелкнул автосмотку тросов, засунул их в боковой карман сумки. Встал.

— Что это? — Перси удивленно почесал в затылке.

— Джамиль, — пожал плечами Рик и начал снижаться для посадки.

* * *

Где-то в лесу, 2550-07-21 18:02

Забравшись в катер, Джамиль не стал снимать скафандр, лишь стащил шлем и перчатки, и тут же уткнулся в свой планшет. Не то что ни единого слова — ни единого взгляда на товарищей. Товарищи восприняли это как должное, поэтому Перси лишь неприязненно поморщился и решил не возмущаться. Прижал клипсу в ухе, чтобы доложить Шмидту о благополучном возвращении «черта» в лоно цивилизации, но канал связи вдруг выдал, что перегружен. И это при том, что перед вылетом Перси специально перенастроил один из ретрансляторов, чтобы улучшить покрытие района операции. Хмыкнул. «Кажется, я знаю, в чем проблема». Обернулся… и вздрогнул от пристального холодного взгляда разноцветных и словно неживых, кукольных глаз.

— Текстом напиши. — Голос под стать, ни намека на интонацию.

Перси медленно отвернулся и потянул из кармана планшет.

* * *

Наземная база, 2550-07-21 18:03

«Примерно сейчас!» Алия на секунду вынула свой планшет, скользнула взглядом по экрану и удовлетворенно улыбнулась.